Игги снова выпрямился и бросил на него испепеляющий взгляд.

— Детвайлер не поверит ни единому твоему слову, — сказал он. — Тебе придётся самому найти Кинга и привести его к нам, прежде чем лейтенант хоть чему-то поверит. А если ты придёшь к нему с чем-то меньшим, он выдвинет против тебя обвинения, будь то хоть в таблоиде, хоть где-то ещё.

— Отлично, — Алекс потёр виски. Как ему найти в Нью-Йорке бывшего заключённого, который, как считается, умер?

— Итак, — сказал Игги своим командным голосом старшего детектива. — Что ты собираешься делать, чтобы найти нашего Призрака?

Алекс надолго задумался.

— Я должен выяснить, как он оставляет свои призрачные следы, — сказал он. — Я почти уверен, что он использует руну побега, чтобы скрыться с места преступления. Это единственное логичное объяснение после истории с Марселлусом Гордоном. Если бы он ушел другим путем, копы бы его заметили. — Он почесал подбородок. — Может быть, Кинг воспользовался руной побега, чтобы проникнуть в дом?

Игги покачал головой.

— Есть только два способа привязать руну побега к определенному месту, — сказал он. — Первый...

— Нарисовать связующую руну на том месте, куда вы хотите попасть, — подсказал Алекс. Именно так работала вторая часть его собственной руны побега. Если он активировал руну, то он и все, кто находился в радиусе трех метров, телепортировались на высоту около 30 метров над Северной Атлантикой, а затем он телепортировался еще раз и приземлился прямо на руну, которую вырезал на полу в библиотеке особняка.

— И второй... — подтолкнул его Игги.

— Использовать широту и долготу в самой руне побега, — сказал он. Так работала первая часть его руны. Координаты места над Северной Атлантикой были закодированы прямо в руне, вытатуированной на его левом предплечье. Конечно, точность была ужасающе низкой, но это не имело значения, ведь суть руны заключалась в том, чтобы сбросить всех плохих парней в радиусе трех метров в океан. Она никогда не была достаточно точной, чтобы можно было телепортироваться в конкретную комнату.

— Есть вероятность, что Кинг месяц назад пробрался во все эти дома и вырезал связующие руны под их столами, чтобы подготовиться? — спросил Алекс.

Игги не удостоил его ответом.

— Не думаю, что Кинг унаследовал кучу денег, пока сидел в тюрьме, и мог позволить себе пару десятков рун для взлома, — сказал Алекс.

Руны для взлома могли бы помочь Кингу проникнуть в запертую на засов дверь дома Гордонов, но стоили они около 150 долларов. У бывшего заключенного не было таких денег, так что этот вариант отпадает.

Что-то шевельнулось в его голове. Что-то насчет того, что под столами убитых вырезали руны связи, но он слишком устал, чтобы вспомнить. К тому же он знал, что в тех комнатах не было никаких рун, ни под столами, ни где-либо еще.

Или все-таки были?

— Погоди-ка, — сказал он, доставая блокнот. — Я совсем забыл тебе сказать, что нашел фрагмент руны в мусоре Марселлуса Гордона.

Он открыл страницу, на которой нарисовал то, что осталось от руны, и протянул блокнот Игги. Старик щелкнул золотой зажигалкой и поднес ее к рисунку, чтобы рассмотреть.

— Я пока не знаю, что это такое, — начал Алекс, но Игги вернул ему блокнот.

— Это руна сокрытия, — сказал он. — Нарисуй ее теми же чернилами на документе, и текст станет нечитаемым. Некоторые бизнесмены наносят такие руны на важные бумаги и контракты.

— Какой смысл в контракте, который никто не может прочитать? — спросил Алекс.

— Нарисуй руну на стеклянной линзе, и любой, кто посмотрит на нее через линзу, сможет ее прочитать, — объяснил Игги. — Кроме того, руна сокрытия блокирует любые руны связи.

— Должно быть, Уотсон использовал ее на каких-то деловых бумагах, — сказал Алекс. Он не нашел ни одной неразборчивой записи, но, поскольку руна была в мусоре, скорее всего, Уотсон ее уничтожил.

Вздохнув, Алекс закрыл блокнот и положил его обратно в карман.

Еще один тупик.

Такси остановилось перед особняком, и Игги расплатился с водителем, пока Алекс выходил из машины. Он не знал, который час, но ему нужно было лечь спать. Не потому, что он устал, а потому, что завтра ему предстояло найти труп, вернуть двигатель и спасти жертву похищения, и все это успеть до свидания с ангелом.

"Выше нос", подумал он, поднимаясь по лестнице к входной двери. "Завтрашний день не может быть не хуже".

Несмотря на то, что Алекс лег спать далеко за полночь, в девять утра он уже был на работе. В детективном бизнесе в это время клиентов было немного, но это время можно было с пользой потратить на решение различных задач, которые нужно было решить, чтобы завершить дела и поддерживать бизнес на плаву.

— Ого, — сказала Лесли, когда он вошел в кабинет. — Дела, должно быть, хуже, чем я думала, раз ты пришел вовремя.

— Ты даже не представляешь, насколько хуже, — ответил Алекс. С помощью трех чашек самого крепкого кофе, который варил Игги, ему удалось проснуться и добраться до офиса, но в голове все еще было туманно. — Пожалуйста, скажи, что у нас есть кофе, — попросил он.

Лесли подошла к маленькому столику, стоявшему рядом с картотечными шкафами, и взяла стальной кофейник, стоявший на пробковой подставке. Пройдя мимо Алекса, она зашла в его кабинет, а затем в маленькую ванную комнату, примыкавшую к кабинету, и наполнила кофейник водой. В кабинете не было плиты, а радиатор, подключенный к котлу в подвале, на лето отключали, но были и другие способы приготовить кофе, особенно в Нью-Йорке. Вернувшись, Лесли поставила кофейник обратно на пробковую подставку и открыла узкий выдвижной ящик в передней части столика. Внутри лежала декоративная деревянная шкатулка с красными и оранжевыми бумажными язычками пламени, приклеенными по бокам и сверху. Открыв шкатулку, Лесли достала небольшой коричневый камень, который пульсировал красным светом, исходящим откуда-то изнутри. У Алекса возникло ощущение, что камень дышит.

Это был котловой камень, изобретение чародея Малкольма Хендерсона, одного из "Нью-йоркской шестёрки". Сам по себе камень был ничем не примечательным, разве что немного жутковатым, но стоило погрузить его в воду, как она закипала. В большинстве городских зданий котлы были переоборудованы для использования котловых камней вместо нефти или угля. Алекс был рад, что с их помощью можно было готовить кофе.

— Неужели всё так плохо? — спросила она, высыпая в кофейник растворимый кофе, когда вода начала закипать. Не успел Алекс возразить, как она добавила ещё одну ложку. Лесли знала его привычки почти так же хорошо, как и он сам.

— Ну, вчера меня чуть не арестовали, — сказал он.

— Как это,чуть не арестовали? — спросила Лесли.

— Помнишь Дуэйна Кинга?

— Да. Того парня, которого старый налоговый инспектор округа Саффолк обманом лишил земли. Лесли кивнула.

— Так вот, я сказал лейтенанту Детвайлеру, что это он был Призраком-Убийцей.

— Дай угадаю, — сказала она, наполняя чашку Алекса. — У него есть алиби.

Алекс кивнул и сделал большой глоток.

— Отличное алиби, — сказал он. — Он мёртв.

— Ого, — сказала Лесли с болезненным выражением лица. Она взяла кофейник за деревянную ручку и налила Алексу ещё чашку. — Полагаю, лейтенант воспринял это не очень хорошо. И что теперь?

Алекс взял чашку и сделал большой глоток обжигающей жидкости. Она обожгла ему язык, но ему было всё равно.

— Теперь мне нужно доказать, что Кинг инсценировал свою смерть и на самом деле он и есть убийца.

Лесли подняла бровь.

— Похоже, у меня впереди целое утро, — сказала она. — Ты написал те руны, о которых я просила?

— Вчера вечером, — ответил Алекс, допивая вторую чашку. — Они в сейфе, но какое отношение это имеет к твоему утру?

Лесли мило улыбнулась ему и обошла стол.

— Потому что, — сказала она, — мне нужно либо доставить эти руны тем, кто их заказал, либо искать работу, за которую мне будут платить. — Алекс обиженно поджал губы. Это была их игра. Он знал, что Лесли не сдастся без боя. Как и он сам, если уж на то пошло, но то, что она подняла эту тему, означало, что они всё ещё в опасности.