Однако ему действительно нужно было получить деньги. В кармане у него было около тридцати центов, и на этом всё.

Чтобы не совершать этот ужасный звонок, Алекс отправился в "Ланч-бокс", закусочную в нескольких кварталах от особняка, где он снимал комнату у своего наставника, доктора Белла. Игги скоро должен был приготовить ужин, но Алекс ничего не ел с самого завтрака. После встречи со свалкой ему было не до еды.

— Привет, красавчик, — сказала официантка, когда Алекс сел за стойку. — Давненько тебя здесь не было. Что будешь заказывать?

На выцветшей бирке на её синем фартуке было написано "Дорис", но она так давно работала в закусочной, что ей не нужна была бирка с именем. Алекс задумался, есть ли в "Ланч-боксе" ещё одна официантка.

— Кофе, — сказал он.

Голоден он или нет, но он не собирался обижать Игги, поев перед ужином. К тому же у него не было денег даже на яйцо пашот.

— Кто-нибудь оставил здесь газету "Таймс"?

— Вот, держи, — сказала Дорис, протягивая ему сложенную бумагу и ставя перед ним чашку с кофе. Пока она наливала кофе, Алекс развернул бумагу. Она была тонкой и квадратной, а не обычной газетной, и на ее титульном листе значилось название "Полуночное солнце". Почти всю верхнюю треть страницы занимал огромный заголовок: "Убийца-Призрак снова наносит удар".

Алекс с трудом подавил желание застонать. "Полуночное солнце", это таблоид, в котором нет настоящей журналистики, зато полно непристойных слухов и историй о знаменитостях, рассчитанных на падких на сплетни массы. Тем не менее Алекс знал, что Игги захочет обсудить за ужином сегодняшние новости, а сам он уже давно не читал ничего такого, чего Игги не знал бы.

Попивая кофе, Алекс просматривал статью. По словам автора, некоего Билли Таскера, самоубийство пожилого мужчины в фешенебельном доме в районе Внутреннего кольца совпало по времени с двумя другими самоубийствами, произошедшими за последние несколько недель. Во всех трех случаях жертвы были найдены в запертых комнатах в полном одиночестве. Таскер утверждал, что ему известно содержание отчета коронера, и говорил, что каждая жертва была дважды ранена в грудь длинным тонким лезвием. Загадочным было то, что ни на одном из мест преступлений не было найдено никакого оружия.

Разумеется, по мнению Таскера, это было дело рук мстительного духа, убивавшего людей, которые, несомненно, при жизни его оскорбили. Алекс с отвращением отбросил газету, напомнив себе, что в последний раз, когда он видел "Полуночное солнце", в ней утверждалось, что руническая магия на самом деле является языком Атлантиды.

— Вот ты где, — раздался позади него знакомый голос.

Алекс обернулся и увидел в дверях детектива полиции Дэнни Пака. Ему было под тридцать, он был всего на несколько лет младше тридцатидвухлетнего Алекса. У него были черные волосы, оливковая кожа и темные глаза. В его чертах лица угадывались японские корни, а заразительная улыбка только усиливала это впечатление. Кроме того, он был одним из немногих близких друзей Алекса.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Алекс, поднимая шляпу с соседнего табурета, чтобы Дэнни мог сесть.

— Дэнни постоянно сюда заходит, — сказала Дорис, ставя перед детективом чашку с кофе. — Тебе как обычно, дорогой?

— Да, пожалуйста, — ответил Дэнни, усаживаясь за стол.

Алекс приподнял бровь. Он бывал в квартире Дэнни, которая находилась на другом конце Центрального парка, совсем не рядом с "Ланч-боксом". Не было никакой причины ехать так далеко, чтобы поужинать здесь.

Он перевёл взгляд на кухню. Около года назад Алекс познакомился с Мэри, симпатичной девушкой, которая работала в закусочной и хотела стать профессиональным поваром. Алекс привёл её сюда, и с тех пор она работала в "Ланч-боксе".

— Дело не в этом, — сказал Дэнни, заметив выражение лица Алекса. Надо отдать ему должное, он даже не покраснел.

— Тогда, наверное, ты пришёл, чтобы увидеться со мной, — сказал Алекс. — Тебе повезло, что ты застал меня здесь, потому что я обычно не ужинаю здесь.

— Я действительно хотел тебя увидеть, — сказал Дэнни, не обращая внимания на намёк Алекса. — Мне нужна твоя помощь.

— Что случилось?

— Ты слышал о серии краж, которые у нас происходят?

Алекс пожал плечами. Нью-Йорк, большой город с населением более миллиона человек, здесь постоянно кого-то грабят.

— Пострадали несколько доставок, — добавил Дэнни.

— Есть какая-то закономерность?

Дэнни покачал головой и вздохнул.

— Нет, — ответил он. — Вот в чем загвоздка. Похищают все подряд. Что-то имеет смысл красть, но остальное просто барахло. Пропал целый грузовик с комбинезонами и бумажными салфетками, которые должны были отправиться в Делавэр.

Дорис поставила перед ним сэндвич с пастрами на ржаном хлебе, и он откусил кусочек.

— В наши дни люди совсем отчаялись, — сказал Алекс, пока Дэнни жевал. — Может, они просто крадут все, до чего могут дотянуться.

— Может, и так, — ответил Дэнни. — Но я никак не могу сдвинуться с мертвой точки. Я подумал, что если бы ты мог использовать одну из своих поисковых рун, чтобы найти что-то из украденного, то это был бы мой единственный шанс.

— Мне нужно что-то, что связано с пропавшими вещами.

Дэнни кивнул и откусил еще кусочек сэндвича.

— Я об этом подумал, — сказал он с набитым ртом. — У меня есть кусок кожи от машины, которая сшила пропавший ящик рабочих ботинок.

Алекс покачал головой.

— Это не поможет, — сказал он. — Из этого куска кожи, наверное, сшили дюжину пар ботинок. Руна сработает, только если ботинки все еще вместе и находятся в том же месте, и то при условии, что все они были в той пропавшей партии.

— Это маловероятно, — признал Дэнни.

— Алекс, — раздался новый голос.

Он поднял голову и увидел, что из кухни вышла Мэри. Это была стройная девушка с каштановыми волосами и веснушками на носу. Увидев его, она широко улыбнулась.

— Давненько тебя не было, — упрекнула она его. — Почему ты не попросил Дорис передать привет?

— Прости, Мэри, — сказал Алекс, чувствуя себя немного виноватым. — Наверное, я был слишком занят своими проблемами. Как работа?

Мэри просияла.

— Мне нравится, — сказала она. — Макс говорит, что с тех пор, как я пришла, дела пошли в три раза лучше. Он повысил мне зарплату.

— Это здорово, — сказал Алекс.

Она повернулась к Дэнни и стянула через голову фартук.

— Марио уже здесь, — заметила она. — Так что я официально свободна от работы. Алекс приподнял бровь, и Мэри улыбнулась. — Дэнни пригласил меня на танцы.

— Да неужели? — с ухмылкой спросил Алекс. Дэнни был падок на девушек, а Мэри была настоящей красавицей. Алекс гадал, когда же он пригласит её на свидание.

— Если я дам тебе список украденного, — сказал Дэнни, как будто не слышал Мэри, — ты не посмотришь его?

— Конечно, — ответил Алекс, вставая и надевая шляпу.

— Утром занеси его Лесли. Он бросил на прилавок десять центов, пять за кофе и пять за Дорис, и подмигнул Мэри. — Хорошего вам вечера, ребята.

Особняк, в котором жил Алекс, принадлежал его наставнику, доктору Игнатиусу Беллу. Это было четырёхэтажное здание в районе среднего Кольца, всего в шести кварталах от Центрального парка. Когда Игги уволился из Королевского флота и переехал в Нью-Йорк, он застал Алекса за продажей рун на углу улицы. Поскольку британцы использовали рунописцев только в качестве военных врачей, Игги взял Алекса под своё крыло и обучил его ремеслу рунописца.

А ещё он научил Алекса быть детективом.

Игги был не совсем честен с Алексом, когда приютил его у себя. Он служил врачом на флоте, но вышел в отставку за несколько десятилетий до этого, стал писателем и создал самого знаменитого сыщика в истории.

Шерлока Холмса.

Игги, или, точнее, Артур, не хотел покидать свой дом и семью, но во время службы на флоте он сделал еще кое-что: нашел "Монографию Архимеда". В "Монографии", изначально написанной Архимедом Сиракузским, содержались одни из самых могущественных и опасных рун в истории. За этой книгой охотились многие, и некоторые из них были готовы пойти на убийство, чтобы заполучить ее. Поэтому Артур Конан Игнатиус Дойл стал Игнатиусом Беллом и переехал в Нью-Йорк, чтобы обезопасить свою семью.