Когда черный седан подъехал к зданию, Алекс почти физически ощутил исходящую от него энергию.

— Управляющий мистера Бартона встретит вас внутри, — сказал водитель, пока его напарник открывал заднюю дверь машины.

— Спасибо, — ответил Алекс, выходя из машины и забирая деревянный ящик со стеклянной посудой. За всю дорогу до Эмпайр-Тауэр они не проронили ни слова, и Алекс не собирался настаивать на разговоре. Он был рад, что Игги помог ему справиться с тремором, но не знал, как будет оплачивать дорогостоящее и постоянное лечение, даже с помощью Игги.

— Сюда, — сказал здоровяк, закрыв за Алексом дверь и направившись к главному входу.

Поскольку в башне больше не располагался коммерческий центр, фасад был переделан, и внутрь вела только одна пара двойных дверей. Алекс не заметил никаких охранников, но предположил, что они внутри.

Он ошибался.

Когда здоровяк подошел к двери, он взялся за богато украшенную ручку, чтобы открыть ее, и Алекс почувствовал, как по коже побежали мурашки. Какое-то магическое устройство распознало здоровяка, и дверь открылась, когда он потянул за ручку. Это была не рунная защита, а гораздо более мощная магия чародеев, и от исходящей от нее энергии у Алекса волосы встали дыбом.

Алекс последовал за здоровяком внутрь, через длинный, богато украшенный мраморный коридор к паре лифтов в конце коридора. Из коридора в полудюжине кабинетов, закрытых ставнями, не доносилось ни звука. Казалось, что во всем здании, кроме Алекса и здоровяка, никого нет.

Над лифтами в конце коридора висел массивный бронзовый барельеф с изображением самой Эмпайр-стейт-билдинг, занимающий целый этаж. От вершины башни расходились лучи силы в стиле ар-деко, окружая ее, словно ореол. Однажды Алекс прочитал в журнале статью о башне, в которой говорилось, что символ лифта появился еще до того, как Бартон купил здание. Утверждалось, что именно этот символ вдохновил Бартона на покупку башни.

На каждой двери лифта была блестящая стальная панель с более простым барельефом башни, с теми же лучами силы. Проводник Алекса нажал на кнопку вызова лифта, и Алекса снова окатило волной магической энергии, от которой волосы встали дыбом. Алекс позавидовал тому, сколько силы было использовано только для того, чтобы убедиться, что кнопку лифта нажал нужный человек. Если бы у него была такая же магическая сила, рассуждал он, он мог бы сделать все, что угодно.

Не успел он об этом подумать, как раздался звонок и двери лифта открылись. Здоровяк наклонился и нажал кнопку внутри кабины, а затем отошел в сторону, чтобы Алекс мог войти.

— Наверху вас встретят, — сказал он.

После долгой поездки на лифте Алекс вышел в элегантно обставленную комнату ожидания. Повсюду стояли диваны и столики, на которых были со вкусом разложены последние модные журналы и издания по инженерному делу. Вдоль одной стены располагались телефонные будки из темного дерева, а напротив — барная стойка из того же темного дерева. За барной стойкой стоял щеголеватый молодой человек в красном бархатном жилете и протирал стакан, а за его спиной на полках выстроились десятки бутылок с ликером.

Коридоры вели из зала ожидания направо и налево, и Алекс слышал, как справа доносится отрывистый стук клавиш пишущей машинки.

В дальнем конце зала ожидания находилась единственная дверь лифта. Рядом с ней стоял деревянный подиум, за которым мог бы стоять метрдотель, встречая гостей в дорогом ресторане. На подиуме стоял черный телефон, а за ним — мужчина в черном смокинге.

— Бикман? — спросил Алекс, подходя ближе.

Гэри Бикман, бывший камердинер Эрнеста Этвуда, широко улыбнулся.

— Я у тебя в долгу, Алекс, — сказал он, пожимая Алексу руку. — Никогда бы не подумал, что у тебя такие высокопоставленные друзья. Ледяная королева... то есть мисс Кинкейд знала, что мистер Бартон ищет нового стюарда, и устроила меня сюда. Не знаю, как тебя и благодарить.

— Это здорово, — сказал Алекс.

Лицо Бикмана помрачнело, но он не отпустил руку Алекса.

— Мне, э-э, заплатят только в конце недели, — тихо сказал он. — Но даже после этого нам с женой нужно будет искать новое жилье, так что, возможно, пройдет какое-то время, прежде чем я смогу тебе заплатить.

Алекс не ожидал, что Бикман так быстро найдет работу, поэтому просто улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Я знаю, что ты справишься, — сказал он.

— Я все же порекомендовал тебя мистеру Бартону, — сказал он. — Ему нужен был детектив, и я подумал, что эта работа поможет тебе продержаться, пока я не смогу расплатиться.

Алекс гадал, зачем Повелитель молний хотел его видеть. Он уже видел этого человека, точнее, его образ, когда Сорша предупредила его о заговоре с целью убить четверых из "Нью-Йоркской шестёрки", но Бартон его не видел. Насколько было известно Эндрю Бартону, Алекса не существовало. Он подумал, что, возможно, дело в статье в "Солнце", но сильно сомневался, что такой человек, как Бартон, читает таблоиды.

— Спасибо, Бикман, — сказал Алекс с искренней улыбкой. — Я ценю это.

Гэри улыбнулся ему в ответ, а затем выпрямился и одернул пальто, чтобы убедиться, что оно на месте.

— Ну да, — сказал он. — Мистер Бартон велел привести вас, как только вы приедете, так что прошу за мной.

Он подошёл к лифту и нажал кнопку вызова. Снова вспыхнула магия, и двери лифта тут же открылись.

На этот раз Бикман поднялся в лифте вместе с Алексом, и через несколько мгновений они вышли прямо в роскошный кабинет. Северную стену занимали высокие окна, выходящие на два этажа и открывающие вид на город и парк. Левая стена была заставлена книжными полками, шкафами и витринами, а справа висела огромная фреска, изображающая историю промышленной революции вплоть до наших дней.

Под массивными окнами стоял стол, который был длиннее, чем кабинет Алекса, и был завален бумагами, свернутыми чертежами, механическими моделями и деталями оборудования. В центре комнаты, напротив друг друга, стояли два длинных дивана, а рядом с ними, по-настоящему впечатляющий бар с откидной столешницей.

За столом пожилой мужчина с седыми волосами и закрученными в колечки усами расхаживал взад-вперед, прижимая к уху телефонную трубку. На нем был жилет золотистого цвета, а поверх белой рубашки с закатанными рукавами — золотой галстук. В свободной руке он держал зажженную сигарету и размахивал ею, сопровождая разговор репликами.

— Мне плевать на другие кражи, — говорил он. — Вещи воруют постоянно, но не у меня.

Он замолчал и продолжил расхаживать по кабинету.

— Нет, — почти прокричал он. — Сходи туда лично и скажи этому кабинетному работнику, чтобы он взял свою задницу в руки и нашел мой мотор.

С этими словами он бросил трубку на рычаг и сделал затяжку.

— Идиоты, — произнес он это слово как ругательство. — За что, по их мнению, я плачу налоги?

Бикман громко откашлялся, и Бартон поднял на него глаза.

— Наконец-то, — сказал чародей — Где ты был? В Бруклине?

Алекс не знал, что ответить, поэтому просто изобразил самую радушную улыбку и пожал плечами.

— Если вы хотели со мной связаться, могли бы просто позвонить мне в офис.

Бартон нахмурился, кончики его усов опустились.

— Я так и сделал, — сказал он. — Ваша секретарша сказала, что вы ушли домой.

Он демонстративно посмотрел на массивные часы, висевшие над книжными шкафами. На них было четыре сорок пять.

— Ну и банкирские часы у вас, — продолжил Бартон. — Это что, ваша рабочая этика?

Алекс ощетинился. Чаще всего он засиживался на работе допоздна, а иногда и вовсе не спал. Но дразнить чародея было плохой идеей, поэтому он просто застыл с улыбкой на лице.

— Мне нужно было забрать кое-что для клиента, — сказал он, в доказательство подняв деревянный ящик со стеклянной посудой. — Я как раз собирался доставить это по адресу, когда меня нашли ваши люди.

— Гэри, — обратился он к Бикману, — вызови сюда курьера, чтобы он забрал посылку мистера Локерби.