— Что? – я чуть ли не заорала. — Ты сейчас серьёзно?

— Я просто чувствую, что он хочет быть твоим другом.

— О, так ты под кайфом сейчас, – язвительно заметила я, возмущённая тем, что он лезет со своими советами в прошлое, о котором ничего не знает.

— Лиз, да ради Бога, я просто почувствовал это сегодня, понимаешь? Я видел это в его глазах, когда он смотрел на тебя.

— Ну, эти глаза мне изменили, так что нет уж. – Я сжала зубы, стараясь справиться с гневом, который, как мне казалось, уже должен был пройти, и произнесла: — Я не держу зла на Уэса, и желаю ему добра, но предпочитаю держаться от него подальше, спасибо.

— Изменил? – теперь уже Кларк кричал, глядя на меня округлившимися глазами. — Он тебе изменил? Я не знал.

— Да уж, ну, это не то, о чём я люблю говорит.

— Не могу поверить, – произнёс он, медленно покачивая головой, словно я сообщила, что Уэс был настоящим вампиром.

— Так и есть.

— В это просто трудно поверить, – сказал он, потрясённый. — Он не производит такого впечатления.

— Поверь, я в курсе, – ответила я, отчаянно желая, чтобы он прекратил это обсуждать.

— Ты точно уверена? – спросил он, сузив глаза. — Я к тому, что невозможно поверить...

— Да Господи, я не хочу об этом говорить, хорошо? – Я поставила серебряную кастрюлю на журнальный столик и встала. — Дружи с ним, мне всё равно, но, умоляю, просто перестань о нём говорить.

Я залетела в свою комнату и захлопнула дверь, настолько расстроенная, что мне хотелось что-нибудь швырнуть. После долгого дня борьбы с нежеланными эмоциями по поводу Уэса, я просто хотела прийти домой и забыться. Посмотреть комфортный сериал и ни о чём не думать.

А вместо этого мой лучший друг спросил, уверена ли я в измене Уэса.

Уверена ли я?

Что это за вопрос вообще?

Прямо в Новый год, Уэс Беннетт, глядя мне в глаза, сам признался в измене.

“И никакой логики, математики тут нет – я просто знаю, что люблю тебя.”

— Отпуск по обмену

Уэс

— Тук-тук.

Я стоял у двери кабинета Росса, совершенно не понимая, почему он попросил меня зайти к нему после тренировки. Я отлично бросал и был на высоте во время отработок, так что, если только он не хотел засыпать меня похвалами (чего Росс обычно не делал), скорее всего, что-то случилось.

— Беннетт. – Он сидел за своим столом, с раздражённым видом. — Входи.

Я шагнул внутрь, и тут же мой взгляд упал на блондинку.

Ей, вероятно, было немного за тридцать, красивая, как принято в Лос-Анджелесе, в очках «умницы» и блестящих чёрных туфлях-шпильках, в которых можно было разглядеть своё отражение. Она сидела в одном из кресел у его стола, улыбаясь так, словно мы знакомы, в то время как Росс смотрел на неё так, будто не хотел бы её знать.

Интересно.

— В чём дело?

— Это Лилит Гроссман, – произнёс он, с видимым раздражением. — Она режиссёр...

— Мы уже знакомы, хотя и не лично, – перебила она, поднимаясь и направляясь ко мне, протягивая руку. — Ты был достаточно любезен не послав меня куда подальше, хотя я чувствовала, что тебе этого очень хотелось.

— Приятно познакомиться, – сказал я, пожимая ей руку и невольно усмехаясь, ведь мне импонировала её прямота. — И не за что…?

Это вызвало у неё смешок, и она сказала:

— Я бы хотела поговорить с тобой пару минут...

— Она хочет тебе кое-что предложить, – уточнил Росс. — Вот что она имеет в виду.

Она пожала плечами. 

— В кои-то веки он не ошибся. У тебя найдётся пять минут?

До недавнего интервью я бы сказал «нет». Я бы вёл себя с ней в точности как Росс. Но всё сложилось не так уж плохо, и потом она прислала очень трогательное благодарственное письмо. Похоже, она потеряла отца ещё в старших классах, поэтому многие вещи, по её словам, затронули её за живое.

Если добавить к этому тот факт, что Лиз боготворит её, а Росс, судя по всему, терпеть не может, то без сомнения, она была самым интересным человеком в этом здании.

— Конечно, – ответил я, идя за ней к креслам.

— Прежде чем она начнёт тебя обрабатывать, – сказал Росс, — смело говори «нет». Я всецело поддержу твой отказ.

— Спасибо тебе, Росс, – сказала она, улыбаясь.

— Всегда к твоим услугам, Лил, – протянул он, и мне дико хотелось знать, что связывает этих двоих.

— Знаешь, если хочешь пойти побросать мячи или залить в себя протеиновый порошок, я могу сообщить, когда мы освободим твой кабинет, – сказала она, и на этот раз её улыбка была убийственной. — Незачем тебе тут торчать.

— Всё хорошо. Я не против, – сказал он.

— Хорошо. Уэс, – она развернула своё кресло к моему и чуть-чуть подвинулась. — Твоё интервью на днях было потрясающим, оно дало нам представление о твоём вдохновляющем возвращении в Калифорнийский университет Лос-Анджелеса. Я была под огромным впечатлением от той картины, которую ты нарисовал о своей жизни до переезда сюда, настолько сильно она отличалась от твоей жизни здесь, в университете, как бейсболиста. Я практически это представляю. Так что, когда я услышала от Кларка, что ты едешь домой, чтобы помочь маме со всем разобраться, у меня возникла идея.

— Приготовься, Беннетт, – прорычал Росс.

Она закатила глаза.

— Честное слово, я не пытаюсь нажиться на твоей трагедии или превратить её в шоу, но как режиссёр я знаю: пара кадров твоего родного дома и школьного поля, где ты подал ноу-хиттер, могли бы добавить человечности в твою историю. Если ты повторишь уже сказанное, прогуливаясь по своему пустому дому, это придаст сюжету особую, эмоциональную деталь.

Моё сердце сжалось, пока я слушал, не столько из-за её предложения, сколько из-за того, что она напомнила мне о том, что скоро мне в последний раз предстоит пройтись по дому.

— Так вот, – продолжила она, подняв руку, словно ожидая моего немедленного отказа. — Я прекрасно пойму, если ты не желаешь нас там видеть. Откровенно говоря, я ожидаю твоего отказа. Но было бы неправильно с моей стороны не высказать эту идею, просто на случай, если ты не будешь возражать, чтобы Лиз немного поснимала, пока вы будете в городе.

Лиз.

— Вы хотите отправить Лиз? – спросил я. — В Омаху?

Она кивнула, и я попытался представить, как это будет.  

Потому что, хотя я не и мог представить, как она – и, вероятно, Кларк – будут следовать за мной по пятам, пока мы вывозим последние мамины вещи, мысль о том, что Лиз будет рядом, когда я буду прощаться с домом, почему-то казалась правильной, или, по крайней мере, вызывала такое чувство.

— Эм, могу я подумать и дать вам ответ? – спросил я, желая обсудить это с Сарой и понять, почему я не был категорически против этой идеи. 

Ведь я по идее должен был бы, да?

— Конечно, – ответила Лилит, и я не упустил из виду, как она насмешливо взглянула на Росса с самодовольной улыбкой. — Просто дай мне знать как можно скорее, чтобы я могла забронировать билеты, если мы договоримся.

— Хорошо.

Я покинул здание, слегка озадаченный тем, что чувствовал спокойствие. Было сюрреалистично, что это происходит, что Лиз и её команда прибудут со мной в Омаху, но я воспринимал это вполне нормально. Хотя, по правде говоря, я был зависим от Лиз, постоянно ища новую дозу, и этот сценарий гарантировал, что она скоро будет.

Я заставил себя пойти прямиком в библиотеку, потому что нужно было писать курсовую, а я больше не доверял себе дома. В последнее время всякий раз, когда я возвращался в свою комнату в общежитии, я в итоге играл в баскетбол с парнями вместо того, чтобы заниматься. Прекрасно, конечно, жить по соседству с баскетбольными площадками, но не очень-то способствует моей учёбе.