Его слова ударили меня в живот, как прямой удар кулаком. В памяти тут же всплыли картины — холодный вес пистолета в моих руках, резкий запах пороха в воздухе, мишени, которые получали пулю за пулей.

Я покачала головой.

— Это была игра, Лео.

— И твое последнее испытание тоже будет игрой.

— Как?

— Ты войдешь в пространство, где все будут хотеть твоей смерти, и каким-то образом ты выживешь.

Я распахнула глаза.

— Какое пространство?

Лео повернулся к Сонгу.

— Проверь, закончили ли они. Нам скоро нужно будет отправляться.

Я сжала кулаки на коленях.

— Куда мы идем?

Сонг поднялся и направился прочь. Добравшись до задней двери, он открыл ее и вышел наружу.

До меня донеслись новые звуки с улицы, приглушенные голоса, быстро и резко говорящие по-китайски, влажный шлеп, раздавшийся в ночи, за которым последовал безошибочный звук разрезаемого мяса. Все это сливалось с перестуком шагов, скрипом дерева и приглушенными приказами Сонга.

Мой живот скрутило от страха.

— Что они делают там?

Лео снова посмотрел на меня.

— Они готовятся.

— К чему?

Его улыбка стала глубже, ленивой и нарочитой, словно сам вопрос его позабавил.

— К твоему последнему испытанию, мой маленький монстр.

И снова это прозвище.

Он произносил это как заклинание, мягко и размеренно. Наверняка он думал, что если повторять достаточно долго, то это вырежется у меня в костях.

Я поерзала на месте, и деревянный стул жалобно заскрипел подо мной.

— Мой маленький монстр, ты чувствуешь, как внутри тебя пробуждается тьма? — Лео наклонил голову набок. — Чувствуешь, как она пускает корни?

— Ты хочешь, чтобы я отвечала на твои вопросы, когда сам не отвечаешь на мои?

— Я и не думал, что мы с тобой на равных. Я все еще уверен, что я похититель, а ты пленница.

Я плотно сжала губы.

— И именно поэтому тебе нужно быть монстром, — он указал на меня. — Я монстр, и именно поэтому никому бы никогда не пришло в голову похитить меня. Кто захочет поймать монстра? Можно ведь и когтями распорото быть, и сожрано заживо. После этого последнего испытания все узнают, кто ты.

Я сглотнула.

— Мой прекрасный маленький монстр.

Эти слова были одновременно и лаской, и угрозой, они вились в воздухе между нами и впивались в мою кожу.

— В чем мое испытание?

— Ты войдешь в шатер, полный убийц, и убьешь там нескольких мужчин. Ты прольешь такую кровь, из которой рождаются легенды.

Мое тело застыло.

Снаружи продолжали доноситься звуки, влажный скрежет чего-то разрезаемого, приглушенный гул голосов, глухие удары тяжелых предметов о землю.

— Оружие, которое ты выбрала, идеально подходит для этого испытания. Они оснащены переключателями, что делает их более сложными и универсальными…

— Я… я никуда не пойду и никого убивать не буду…

— Твои пистолеты будут работать в полуавтоматическом режиме. Таким образом, ты сможешь делать точные выстрелы. В полностью автоматическом режиме ты сможешь быстро уничтожить сразу нескольких врагов за считанные секунды, однако это будет стоить тебе боеприпасов.

— Лео…

— Сонг вставил в твои пистолеты магазины большой емкости. В каждом будет по тридцать три патрона, значит у тебя будет шестьдесят шесть выстрелов для испытания. Но эти мужчины сильны, так что не забывай считать. — Он приподнял брови. — Ты понимаешь?

— Да, но я не хочу этого делать.

Взгляд Лео на мгновение смягчился, и в его глазах появилось странное понимание.

— Никто из нас не хотел этого, мой маленький монстр. Но миру плевать на наши желания. Он берет. Он калечит. Поэтому и мы должны брать. Мы должны калечить.

Я вцепилась в край стола.

— А если я откажусь?

В его глазах мелькнуло что-то неразборчивое.

— Ты ведь знаешь ответ, не так ли? Наши правила всегда были простыми.

Холодная реальность этого ответа еще сильнее сжала мой желудок в тугой узел.

Мой голос был едва слышным:

— Разве правила нельзя изменить?

— Никогда. — Лео откинулся на спинку стула и постучал пальцами по деревянному столу.

Пламя в камине плясало на его лице. Его взгляд был прикован ко мне так, словно он видел каждую мысль, мечущуюся в моей голове.

Я ненавидела то, как спокойно он выглядел, будто все, что происходило этой ночью, было совершенно нормально. Будто он только что не сказал мне, что я должна войти в комнату, полную убийц.

— Теперь мы обсудим стратегию, — сказал Лео мягко, его голос звучал как шелк поверх стали. — В шатре, куда ты войдешь, будет десять человек, которые являются твоими настоящими врагами. Ты узнаешь их по действиям — это будут те, кто первым пойдет на тебя, кто заговорит и поднимется. Эти должны умереть немедленно.

— А остальные?

— Они будут ждать. — Улыбка Лео изогнулась по краям, опасная и знающая. — Они будут ждать, чтобы увидеть.

Мой пульс гулко стучал в ушах.

— Увидеть что?

Улыбка Лео стала еще шире.

— Они будут ждать, чтобы понять, станешь ли ты тем монстром, которого они боятся, или добычей, которую можно сожрать. Так все устроено у «Четырех Тузов». Убей лидеров, тех, кто действует. Остальные отступят, падут на колени и склонятся.

— А если они не отступят и не поклонятся?

— Они отступят, если ты сделаешь все правильно. — Лео положил ладони на стол. — Есть лидеры. Есть последователи. А есть монстры. Сегодня ночью ты покажешь им, кем являешься ты.

— Сколько там мужчин?

— По меньшей мере восемьдесят.

— Господи. — Я попыталась сглотнуть, но горло будто превратилось в наждачную бумагу. — Могу я взять с собой больше магазинов?

— Нет. У тебя не будет времени перезаряжаться.

— Ты не можешь этого знать.

— Легендарному монстру не нужно перезаряжаться. Он убивает тех, кого должен убить, теми пулями, что у него есть.

Моя нижняя губа дрогнула.

— А если я умру?

Выражение лица Лео изменилось, под холодным расчетом проскользнуло что-то почти нежное. Его голос стал мягким, опасным шепотом:

— Мой маленький монстр, я не даю тебе разрешения умереть.

Я с трудом сдержала желание закричать, запустить чашку в стену, но заставила себя остаться на месте.

— Лео, какого блять хуя?

— Убей главных, тех, кто выйдет против тебя, — сказал он просто. — А потом убей еще нескольких, чтобы показать силу. Пару тех, что подальше, чтобы продемонстрировать свои навыки…

— Но это ведь чьи-то братья, отцы, сыновья…

— И они убийцы, которые хотят, чтобы ты сдохла за смерть Янь. Они хотят смерти и твоим сестрам. — Он поднял палец. — Если у них появится шанс прикончить тебя, они это сделают. И в тот момент, когда ты войдешь в шатер без меня или Лэя, они воспользуются этим шансом. Потому что они уверены, что ты мягкая чужачка, которая не способна по-настоящему ими руководить.

— Н-нет. Я не буду этого делать.

— Будешь.

Я резко поднялась со стула и начала метаться по комнате.

— Восемьдесят человек, которые меня ненавидят. Убить несколько. Да что, черт возьми, ты несешь? Я не могу этого сделать.

Лео остался сидеть и посмотрел на меня снизу вверх.

— Мой маленький монстр, ты уже убила…

— Хватит! Я не буду этого делать.

И вдруг Лео двинулся быстро — слишком быстро. Он оказался прямо передо мной еще до того, как я успела отступить.

ДЕРЬМО!

И все же его ладони легли на мои руки неожиданно мягко. Его хватка была крепкой, но не жесткой, как прикосновение любовника, а не тюремщика.

Он наклонился так близко, что я почувствовала жар его дыхания на своей коже и уловила легкий жасминовый аромат, исходящий от него.

Мое сердце дрогнуло, предательски сбившись с ритма, потому что на долю секунды я подумала, что он может поцеловать меня… или сделать что-то еще.

Я широко раскрыла глаза.

Его ладони медленно скользнули вверх и вниз по моей руке, успокаивая.