Ответить себе на этот вопрос я так и не смогла, вырубившись в самый разгар ночи.

Однако даже во сне покоя мне не нашлось.

Снилась какая-то дичь. Сначала я за кем-то бегала, потом этот «кто-то» за мной. А финал этих догонялок вообще вышел смазанным из-за появления младшей сестры Верин. Лана выросла у меня на дороге, заставляя резко затормозить. Глаза девочки были преисполнены грусти. Лана печально посмотрела на меня и уныло прошептала: «Ты — не моя сестра…»

Утром проснулась раньше всех. В мокром поту и с плохим предчувствием. Я и раньше понимала, что становлюсь на скользкий путь разоблачения, выбрав на свою голову вампирскую тему для реферата по расоведению, но осознала в лоб только сейчас. Страх быть той, которую оттолкнул единственный дорогой человек — жутко. А Лана именно такой стала для меня после моего фееричного знакомства с букетом Миланы. Беззащитная, но боевая девочка проникла мне под кожу, став родной.

Размышляя о происходящих событиях, я оделась, умылась и побежала к Алетре, мысленно пытаясь организовать нужную дозировку информации, чтобы всем было хорошо. И, при этом, чтобы Лана даже подумать не могла, что с её Верин что-то не то!

Не терпелось узнать, как там дела у Джассан. Поняли ли наставники прогрессивной целительницы, успешной на поприще карьеры, принцип работы первого на Эстене микроскопа?

Вчера я старалась объяснить Джассан свои нарисованные схемы как можно примитивнее. Оправдала появление идеи случайным стечением обстоятельств.

«Помогала дворецкому в саду, уронила его пенсне, разбила дужку… один окуляр наложился на второй — картинка многократно увеличилась. Я пересмотрела все растения в саду с помощью получившегося аппарата, скрепив стёкла между собой прочной проволокой…» — понимаю, что бред, но как версия этот бред отлично вписывается в моё открытие. К тому же этот опыт можно повторить, так что вопросов он не вызовет. Можно сказать, прочный фундамент для обмана.

Что касается идеи исследования крови — так подобные результаты работы мозга постоянно рождаются в голове людей. Мы такими предприимчивыми рождены. Двигатель прогресса лень нам в помощь! Не устаём что-нибудь придумывать. Да, чаще всего это ерундистика по мелочам, но товарищи! Электричество, самолёты, компьютеры! Эти изобретения ознаменовали целый век научно-технической революции! Имея маломальские знания о подобных открытиях своего мира, разве имею я право тихо сидеть и «не отсвечивать»? Конечно, я не собираюсь бежать и изобретать велосипед! Нет! Но и не помочь гонимым вампирам, которых на Эстене ещё элементарно не воспринимают как отдельный вид людей, будет подло.

Я открыла дверь в целительскую и замерла, вдруг осознав, что меня так тревожило на ночь глядя.

«Парень. Пациент Алетры. Его жутковатое внимание … и куда он делся сегодня, если вчера со своей перемотанной грудью выглядел не лучше умертвия?!»

— О! Верочка! — приветствует меня Джассан громким восклицанием, и я подпрыгиваю на месте. Даже родное имя, которым сама попросила меня называть, не понизило градус неожиданности. — Прости, дорогая. Я так тебе рада, что… Ты себе не представляешь!!! — женщина с восхищением хлопнула в ладоши, оказываясь на расстоянии вытянутой руки. — Мои наставники в диком восторге от твоего живого ума! Такое придумать! Элементарно, но невероятно гениально! Это же надо быть безумно наблюдательной и внимательной! Как же целительный факультет потерял, когда ты сделала выбор в пользу боевого!

Несмотря на якобы разницу в возрасте, я чувствовала рядом с Алетрой по-настоящему дружеское плечо. Если с Лайзой и Эллен в наших приятельских отношениях большую долю с лёгкостью можно отдать в пользу ответственности, то с Джассан… Она крутая! Реально крутая. А ещё предприимчивая. И добрая, и отзывчивая. А ещё понимающая всё, что я пытаюсь ей сказать, порой мыча нечто нечленораздельное, как молочный представитель крупнорогатого скота.

— Спасибо, Алетра. Твои слова очень лестны.

— О, Верин! Поверь, — целительница неистово замотала головой, — я говорю всё это от чистого сердца. Твои мысли уникальны. Ты… Да одно твоё предложение сравнить кровь разных рас… Просто уму непостижимо, как нечто подобное не пришло никому из целителей на ум!!! Расология строилась исключительно на видимых различиях видов. Крылья, оборотническая суть, различие форм ипостасей, природа магии или местоположение резерва — всё это отличало виды людей друг от друга. Никому до этого времени в голову не приходило заглянуть в более тонкую структуру расоведения! Изучать кровь не только магически — это… во истину, всё гениальное — просто!

Очередной устойчивый фразеологизм, который я позволила себе вчера, резанул слух, сказанный уже в исполнении Алетры.

«Потихоньку заражаю своим менталитетом всех, кто рядом… Надо завязывать, больше оперируя фразочками настоящей Верин. Или влипну по самые помидоры. И не важно, что у меня их нет. Как в переносном, так и в прямом смысле».

Я пожала плечами, выражая крайнюю степень смущения.

— Ну… это получилось спонтанно. Сначала сломанные очки мии Тергеры, потом моя магия крови. Ты знала, например, что я могу использовать свою кровь, как плату?

Решила перевести разговор, но что-то пошло не так.

— В смысле?

Я замялась на секунду, а потом решила признаться.

— Думаю, ни для кого не секрет, что мой отец пытался меня продать. Венчание с новым герцогом Вриама без моего на то согласия…

— Хм… — Алетра почесала кончиком указательного пальца вздёрнутый носик. — Что-то слышала. Преподаватели шушукались, но я не придала значения.

— Ну, вот. Мы с сестрой сбежали в академию, чтобы найти маломальское убежище. За нами гнались…

Я рассказала о дереве, о моей идее с запахом и об успешной помощи дуба, когда ветки всех соседствующих деревьев сами создали ветер, унося наш запах куда подальше от укрытия.

Джассан слушала со всем вниманием, иногда открывая рот от удивления.

— Именно тогда я решила, что кровь — не просто жидкость, которая питает нас изнутри жизненной силой. Её надо изучать. Анализировать. Сравнивать. Работа с кровью — вытекающая наука из расоведения и расологии. Названия ей пока нет, но я уверена, что оно не заставит себя ждать, и появится в ближайшем будущем. Раз заинтересованных стало так много, — уточнила на всякий случай, уводя от себя все подозрения приближающегося открытия.

После сна, где Лана отказалась от меня, что-то я потеряла всякое желание получить патент за изобретение. Не стоит оно того! Да и денег у меня точно хватит и на учёбу Ланы в магической школе, и на её последующее поступление в академию магии. А там я работать пойду. Пару выгодных вложений — и мы в шоколаде.

— Ты всё верно говоришь, — целительница похлопала меня по плечу, провожая на выход. — Идея — это отлично. Это тот луч, который освещает путь светлым умам, толкает их к действию. Ты сделала этот толчок, но работы теперь предстоит очень много. Кстати! Ты решила, как назвать аппарат для изучения крови?

— Ммм, — я растерялась. Называть микроскоп «микроскопом» точно не стану. Вдруг на Эстене найдётся тот, кто тоже жил на Земле, но непостижимым образом, как и я, очутился здесь?! Пусть патент я себе присваивать не стану, однако то, что идея принадлежит мне, станет общеизвестным фактом. От заслуги отделения вампиров от остальных магов я отказываться не собираюсь. Это моё достижение! И ректор мой! Остальное меня не волнует. — «Увеличитель»? «Миниокуляр»? Не знаю… Я не думала. И вообще… Ты права, Алетра. Я только подала идею. Достаточно размытую, чтобы присваивать создание аппарата себе. Называйте его сами. Мне бы только поработать с изучением крови ректора, сравнить её структуру со структурой крови магов. Это всё, что мне надо.

Джассан остановилась на пороге целительного корпуса, с интересом рассматривая моё лицо. Явно на предмет странного альтруизма.

— Ты серьёзно? Подобное изобретение даже в тандеме с группой магов может принести огромную славу. Подумай лучше. Ты отказываешься от неё?