Маша, первой заметив меня, радостно замахала рукой. Я, подойдя к нашему столику, быстро обменялась общими приветствиями и жестом поблагодарила подругу за занятые места. Когда я собралась присесть на свободный стул рядом с Захаром, Маша вдруг ткнула пальцем в кресло поближе к себе.

— Садись сюда, — зашептала она с заговорщицким видом.

— Я думала, тут будет Бен, — так же тихо возразила я, тоже указывая на стул между нами.

— Просто сядь, — шикнула Маша и тут же вернулась к общему разговору.

Я послушно пересела, убрав свою сумку с того самого "спорного" стула, и уткнулась в меню, стараясь не привлекать внимания. Когда через несколько минут этот стул с противным скрипом отодвинулся, у меня запылали щёки. Бен, наверняка, подумает, что я специально устроилась на этом стуле, чтобы разлучить его с Машей. Боже, за что мне эти муки?

Я не выдержала и украдкой взглянула на него. Злым, напряжённым или раздражённым он не выглядел. Напротив, его выражение лица было спокойным и как всегда немного отстранённым. Возможно, ему было абсолютно всё равно, где сидеть. Что ж, вполне здравомысляще.

Я немного успокоилась и попыталась вникнуть в общую беседу.

— ...когда ночи станут совсем тёплыми, — говорила Маша, активно жестикулируя. — Мы уже пробовали в прошлом году, но место выбрали так себе. Бен, а ты как, поедешь с нами с палатками? Лиана говорила, вы семьёй часто ходили в походы.

Я внутренне вздохнула. У Бена не было шансов. Даже если Лиана и приукрасила, дар убеждения Маши был настолько велик, что в палатках окажутся даже те, кто на дух не переносит кемпинг.

— Ходили, — без эмоций подтвердил Бен.

— Вот и отлично! Значит, с нами пойдёшь? Скажем, в июне? — не отступала Маша.

Бен не успел ответить, как в разговор встряла Агата.

— Мы же в июне с Глебом в Турцию летим. Давайте в другое время, — довольно пропела девушка.

Я поджала губы, пытаясь скрыть улыбку. Конечно, делиться радостью от предстоящего отпуска было вполне себе нормальным, но Агата делала это с завидной регулярностью, что уже начало изрядно действовать на нервы. Тем более, летели ребята на семь дней, а в июне, как известно, их больше. Логично, что при всё желании можно было бы найти пару дней для похода.

— Так вы же не на целый месяц улетаете, — простодушно озвучила Маргарита мою мысль.

— Ну ладно, погнали, — протянула Агата и, хмыкнув, добавила: — Не книжки же летом сидеть по вечерам читать.

Я непроизвольно сжала в руках край своей юбки.

Ну зачем? Зачем она так?

Да, в моём книжном блоге было не так много подписчиков, как на её личном аккаунте, но у меня была очень живая и отзывчивая аудитория. Я никогда не позволяла себе насмешливых или пренебрежительных комментариев в адрес её соцсетей, но Агата постоянно говорила что-то колкое в адрес моего блога.

— Просто нужно заранее дату выбрать, чтобы Соня смогла выходные на работе освободить, — быстро добавила Маша.

Агата лишь поджала губы, а я снова с обречённостью уткнулась в меню. Чёрт, теперь мне точно не отвертеться.

Выбор даты отложился, потому что к нашему столику подошёл официант.

— Добрый вечер, вы уже определились с заказом? — обратился он к нам с Беном, видимо, как к новоприбывшим.

Краем глаза я увидела, как парень почти незаметным движением кивнул в мою сторону, предложив мне заказывать первой.

— Цезарь, пожалуйста, и обычную воду без газа, — тихо сказала я, передавая официанту меню.

— Просто воду, — чуть хрипло произнёс Бен позади меня.

Официант, вежливо улыбнувшись, удалился.

Я медленно выпрямилась и посмотрела на Бена. Он сидел в странно напряжённой позе, а его взгляд был устремлён куда-то словно сквозь меня.

— Ты зря ничего не заказал, — зачем-то нарушила я молчание. — Это место не просто так популярно, тут действительно вкусно.

Бен перевёл тяжёлый взгляд на меня, коротко кивнула, после чего тоже сел прямо и повернул голову в сторону Захара и Дениса, которые что-то активно обсуждали.

Я прикрыла глаза на мгновение, почувствовав, как по щекам разлился жар, и попыталась сосредоточиться на беседе девочек.

Зачем? Вот заачем я полезла к нему со своими советами?

С чего я вдруг решила, что если Бен предложил меня подвести, то я ему интересна?

Дура.

Вечерний воздух на террасе был тёплым и густым, пахнущим грилем, цветущей липой и дорогим парфюмом.

Каким-то чудом всё же удалось немного расслабиться.

Поначалу вся моя правая сторона буквально горела от осознания его близости: от локтя, лежавшего на подлокотнике, до бедра, отделённого от его ноги лишь несколькими сантиметрами вечернего воздуха. Каждое его микродвижение отзывалось во мне током, но постепенно я смогла отвлечься, особенно, когда Маша и Маргарита принялись с горящими глазами обсуждать викторианский роман, который я им недавно посоветовала.

— Я просто не понимаю, почему она его простила! — воскликнула Рита, всплеснув руками так, что зазвенели её браслеты. — Он же её публично унизил!

— А что ей оставалось? — парировала Маша, застучав пальцем по столешнице. — Эпоха такая, у женщины выбора не было. Она действовала в рамках здравого смысла и социального выживания.

— Здравый смысл — это уйти! — не сдавалась Маргарита. — У меня бы ноги сами понесли!

— Я, когда читала, тоже думала, что... — мне, наконец, удалось вставить несколько слов в их эмоциональную перепалку, но закончить мысль я не успела. Меня резко перебила Агата, демонстративно уткнувшаяся в телефон, который не выпускала из рук всё время нашего обсуждения.

— Опять эти бесконечные книжки, — громко, с преувеличенной тоской вздохнула она, не обращаясь ни к кому конкретно. — Мир бы не рухнул, если бы вы когда-нибудь смотрели нормальные и современные блоги. Вот у этой девочки, — Агата повернула экран смартфона к Маргарите, тыча в него длинным ногтем, — просто шикарный контент о новых коллекциях. Одна красота и эстетика. Никаких этих ваших выдуманных драм.

По моей спине пробежали мурашки раздражения. Я сделала глоток воды, пытаясь сохранить спокойствие.

— У каждой коллекции свой покупатель, Агата, а у каждой драмы — свой зритель, — проговорила я тихо, но чётко.

— Ну да, особенно у скучной, — фыркнула она, снова уткнувшись в мерцающий экран, давая понять, что разговор окончен.

Я тяжело вздохнула. И что на такое можно ответить? Спорить было бесполезно.

— Твою мать, — вдруг громко проворчал Денис, с комичным стоном откидываясь на спинку стула. — Опять плюс два килограмма после этого чизкейка. Совесть меня просто заест, — парень обвёл взглядом стол и остановился на Бене. — Пойдём, грехи развеем?

Бен лишь молча кивнул, и оба парня одновременно поднялись со стульев.

— Вы дымить? — отлип от своего телефона Захар. — Я с вами.

— Не-не-не, — Денис, посмеиваясь, похлопал его по макушке. — Ты сиди тут, золотой ребёнок. Я обещал твоему отцу, что сберегу тебя от дурных привычек и сомнительных компаний.

— Да я и не курю! И руку убери, — психанул Захар, смахивая ладонь друга. Он тут же включил фронтальную камеру и с сосредоточенным выражением принялся восстанавливать пострадавшую причёску.

— Красуйся, красуйся, — беззлобно рассмеялся Денис. — Главное, чтобы ветер не сдул.

Почти все за столом если не рассмеялись, то, как минимум, улыбнулись.

— Только тебе, Бен, потом придётся в другом конце зала сидеть, — вдруг хмыкнул Глеб, отхлебнув из своего бокала. Его голос прозвучал громче, чем нужно.

Я мгновенно напряглась, почувствовав знакомый холодок тревоги. Алкоголя за столом было не так много, и пили его далеко не все, но Глеб, судя по всему, каким-то образом умудрился перебрать.

Бен, уже успевший задвинуть за собой стул, застыл на месте и уставился на Глеба тяжёлым и вопрошающим взглядом.

— Почему? — спросил он ледяным тоном.

— Некоторым нашим дамам дымок не по нраву, — усмехнувшись, развязно произнёс Глеб, жестом указав в мою сторону.