— Я только сейчас поняла, что почти ничего о тебе не знаю.

— Как и я о тебе.

— Ну, пистолета в сумочке у меня нет, — усмехается.

— Я, как ты заметила, тоже не ношу на постоянке. Хочешь об этом поговорить прямо сейчас, или… — мои руки опускаются на её упругие ягодицы и тянут на себя, — обсудим это позже?

— Если всё легально, тут нечего обсуждать, — она ведёт ладонями вверх по груди, обнимает за шею. – Сейчас мне бы хотелось заняться более приятными вещами.

Без лишних разговоров беру на руки и несу, наконец, к постели. Пугает сила, с которой её хочу, как будто единственная женщина на земле. Целую каждый миллиметр, глажу, наслаждаясь нежными выдохами. От её прикосновений хочется урчать довольным котом, что я и делаю, даже не сознавая.

— Как мне тебя не хватало… — шепчу, погружаясь внутрь, начиная двигаться. — Только тебя…

Вита не отвечает, только обнимает сильнее, двигаясь навстречу. А потом лежит, притихшая, перебирает волосы на моей груди.

— Не хочу тебя отпускать.

Не знаю, сколько раз говорил и сколько ещё скажу, но мне её слишком мало. Все проблемы последних дней растворились, как не было, только счастье осталось.

— Но мне скоро пора уходить.

— Можно, я побуду эгоистом и попрошу задержаться?

Вита поднимает голову, задумчиво улыбается. Её невероятные глаза мягко сияют, ничего красивее не видел. Тянусь, глажу по виску, по скуле.

— Если только ненадолго, — она трётся щекой о ладонь. — На следующей неделе останусь на выходные, если хочешь.

— Целую неделю ждать!

— Больше пока ничего предложить не могу.

Обещал же притормозить, так почему не могу остановиться? Ещё немного, и реально давить начну, просить, чтобы переехала. Чтобы хотя бы зубную щётку привезла. А может, самому купить?.. Беру её лицо в ладони, говорю:

— Пока этого мне более чем достаточно.

Хотя кого я обманываю?..

Костя

Неделя после Питера сумбурная: девчонки договорились, что несколько дней проведут со мной, а несколько с Витой, и выходные тоже принадлежат ей, хотя должны были достаться мне. Задевает. Я хотел провести это время с ними, заказать вкусняшек, поиграть в настолки. С того момента, как всё разрушилось и поменялось, заново их узнаю. Поначалу цеплялся за привычное — дети. Но они не дети уже, хотя и не взрослые. Разные, интересные, умнички. Оказывается, с ними практически на любую тему можно поговорить, а уж спорить — сплошное удовольствие. Распирает гордость, когда каждая начинает приводить аргументы, отстаивая свою позицию, даже если это просто спор про то, какой герой в сериале нравится больше, или почему зима лучше лета.

Тома постепенно превращается в девушку, даже фигура начала оформляться. Неужели у неё скоро появится мальчик? Как подумаю, кровь закипает. Мою девочку кто-то целовать будет, за руку держать?! Большее даже представлять не хочется, сразу появляется желание охрану к ней приставить, чтобы с дубинками отгоняли. Рано ей ещё.

Девчонки уже дома, отвёз и вернулся в офис — надо подписать несколько актов, Андрей уехал, так что всё на мне. На улице армагеддон — настоящая буря с ледяным дождём. Дворники непрерывно работают, еле ползу в потоке. Хорошо, что уже домой. На трасе разгонюсь, пока непрерывно смотрю на часы и мечтаю о горячем душе, чашке тёплого чая, который только Вита умела заваривать… В последнее время слишком часто думаю о ней.

Не хочу верить, что она больше никогда мне не улыбнётся, не возьмёт за руку, не посмотрит так, как на этого Влада смотрела. Да что она в нём нашла?! Андрей правильно говорит: жаба душит. Нелогичная, большая и мерзкая. Я не выбирал Лику, само собой получилось, закрутилось. Как там, в знаменитом фильме: завертелось по пьянке, и не выберешься. Хотя такую отмазку позволить себе не могу: был в здравом уме и трезвой памяти, осознанно к ней пошёл. От Виты. Зачем? Мне бы нынешние мозги тогда…

Она расцвела с другим, а раньше со мной такой была. Кто мешал уделять ей больше времени? Расслабился. Вспоминаю наш последний отпуск, эмоции от него — хорошо же всё было! Иногда думаю, если бы Лика тогда не вмешалась, с ней бы всё после отпуска закончилось. Понимаю — да нихуя. Встряска нужна была, но даже после неё я до сих пор с Ликой. Каждый раз, открывая рот, чтобы сказать, что мы расстаёмся, натыкаюсь на её взгляд, и слова в глотке в комок сворачиваются. Надо решаться, но жалость мешает. Хочется, чтобы сама решилась. Выставила за дверь, сказала, что нашла другого. Так было бы проще всем. С каких пор я стал искать лёгких путей?.. Мужик, называется. Тряпка половая.

Звонок телефона перекрывает музыку в салоне. Вита. Она сегодня уже писала, сказала, надо увидеться и обсудить раздел имущества. Надо, наверное, но это забьёт последние гвозди в крышку нашего брака, а я не готов его хоронить. Был бы малейший шанс её вернуть!

— Не отвлекаю? — спрашивает деловито. Холод из её голоса давно исчез, она разговаривает, как будто мы приятели. Не друзья, а именно так — знаем друг друга, поверхностно и скупо. А у меня сердце быстрее стучать начинает, как услышу.

— Я за рулём, но в пробке.

Так привычно — её звонок по пути домой. Просьба что-то купить домой по дороге, предвкушение вечера… Но дома она не ждёт, и звонит точно не с просьбой купить хлеба и молока.

— Ты можешь в магазин по дороге заехать?

Я едва по тормозам посреди дороги не даю. Перед глазами наши вечера, моё раздражение на просьбы, в последнее время слишком частое. Ведь несложно было привезти что-то, о семье позаботиться. Сейчас те простые просьбы роскошью кажутся.

— Что надо купить?

— Прокладки.

А вот теперь я точно бью по тормозам. Сзади истошно сигналят, хорошо, что скорость черепашья. Снова трогаюсь с места, осторожно спрашиваю, вдруг послышалось:

— Прокладки? Зачем?

— Тебе объяснить, зачем они нужны? — усмехается. — Для Томы, у неё закончились, а по такой погоде нечего ей в магазин идти.

Чувствую, как кровь приливает к щека, уши полыхают. Дожили. Нет, я Вите, порой, покупал, не вижу в этом ничего криминального, но дочке… Протяжно выдыхаю, машинально слежу за работой дворников на лобовом.

— Что, сложно? — участливо и как-то жалостливо спрашивает Вита.

— Нет. Только фотку пришли, какие именно.

— Хорошо. Когда ты сможешь приехать, чтобы всё обсудить?

— Давай на следующей неделе, на этой никак.

Буду оттягивать, как могу, хотя, если Вита что-то решила, переубедить будет сложно. Да и какие у меня могут быть аргументы? Давай не будем разводиться? Надо уже с Ликой решать, у этих отношений никакого будущего не предвидится, с самого начала его не было. Просто секс… Три раза ха! Виту как увидел, понял: с любимой женщиной секс никогда не был просто механикой. Чувства, эмоции — да. То, чего Лика никогда не давала, а я от неё не ждал.

Паркуюсь у супермаркета, уверенно иду в нужный отдел, а вот на кассе как-то неловко, кажется, что все смотрят, хоть это не так, конечно. Убираю несколько пачек в пакет, бросаю на пассажирское сиденье, а дома молча протягиваю Томе. Выхватив, она убегает к себе, я улыбаюсь. Девчонки.

Первый день без них провожу один. Знаю, Лика ждёт, чувствует — между нами всё уже не так и не то. Стала меньше писать, звонить, а мне от этой тишины легче стало. Было ощущение давления, раздражение на него. Желание постепенно стало сходить на нет, а просто так у неё ночевать смысла не вижу.

Оказывается, разрывать отношения, даже такие, непросто. Хочется, чтобы было как у взрослых людей, но понимаю: с Ликой так не будет. Это Вита гордо ушла, а она… На следующий день долго сижу в машине под её домом, собираюсь с духом. Решаюсь, выхожу, невольно поднимаю глаза — смотрит. Стоит у окна, ждёт. Плотнее запахиваю ворот пальто, пока иду до подъезда. Холодно, тоскливо.

Не обнимает с порога, терпеливо ждёт, пока разденусь, садится в кресло, не на диван, как обычно. Я — напротив, сцепляю руки в замок на коленях.