Вита себе цену знает, не связалась бы с подобным. Но у неё на работе я всех знаю, там подходящих кандидатов всё-таки нет. Значит, со стороны. Не следить же за ней, в самом деле! В голове каша, перед глазами — незнакомка. Одного понять не могу: как смогла так быстро потерять голову? Звонит телефон. Лика. Выключаю звук, отбрасываю трубку в сторону. Не до неё сейчас. Мозг вот-вот взорвётся от мыслей. Почему бы просто не отпустить ситуацию? Почему это так сложно сделать?

Залпом допиваю пиво, сминаю банку. Вот так бы ей шею свернуть! Потребности, значит. А удовлетворителя этих потребностей она с дочерями знакомить планирует? Нового папу в дом приведёт? Тома так же остро отреагирует, или примет? Настя будет папой называть? Какого хуя он вообще в мою семью полез, к моей женщине?! Почему-то вспоминаю, как впервые её увидел. Тогда казалось, время застыло, и всё стало чётким, проявилась каждая пылинка, зависшая в воздухе. А Вита просто прошла мимо, болтая с подружкой. Учёба, еда, сон — голову потерял, только о ней думал. Искал по универу, не находил, худел, нервничал, надеялся… Если этот урод такой же её увидел? Разве можно добровольно отказаться?

Я доказал — можно. Вита тоже хочет жить здесь и сейчас, раз я Лику выбрал. Не выбирал, это Вита за нас всё решила, когда ушла. Как будто могло быть иначе… Собственное мудачество познаётся в сравнении с прилетевшей обраткой. Я же ни разу не думал, каково ей было пережить мою измену. Даже сейчас до конца не понимаю всю степень и глубину обиды и боли, которую причинил. Мне не больно, мне паршиво. Умом всё понимаю, но не стыкуется это с сердцем.

— Ладно, поеду я, — поднимаюсь.

Нет настроения на разговоры. Андрей не отговаривает, убирает закрытые банки в холодильник и советует больше не пить. И не планировал. Возвращаюсь домой и впервые чувствую, насколько он пустой. Везде её рука видится, жду, что выйдет из кухни, светло улыбнётся, подставит губы для поцелуя и начнёт рассказывать, как прошёл день. Потерянно брожу по комнатам, дом кажется слишком большим. Её вещи до сих пор в шкафу, может, поэтому не понимал до конца, что ушла. Как будто на время уехала. Даже одна зубная щётка в стакане не напрягала, а сейчас смотрю на поредевшие шампуни и гели для душа, и внутри всё переворачивается. Она ушла, чтобы не вернуться.

Свадебный альбом лежит на верхней полке, руки сами тянутся. Какие мы тут молодые, счастливые. Смотрим друг на друга, надевая кольца, вспоминаю, как она сказала тогда тихо:

— Ну всё, ты попал.

Из года в год доказывала: не попал, а повезло. Сорвал джек-пот, думал, вечно рядом будет. А она шагнула в новую жизнь без скандалов и упрёков, просто тихо закрыла за собой дверь.

— Что мне теперь делать? — спрашиваю пустоту. Тишина в ответ только добавляет отчаяния. Чувства к Лике, эта лёгкость и новизна сейчас кажутся пустым звуком. Сколько бы отдал, чтобы всё вернуть: жену, нашу семью? Но возвращать больше нечего, утром Вита отчётливо дала это понять, может, поэтому так тошно. До конца не понимал, что развод — реальность, пусть пока отдалённая, но уже определённая. Не мной.

Влад

В офисе бываю редко, только если назначена встреча. Работа налажена, как чёткий механизм, моё присутствие не требуется. По понедельникам на стол ложится отчёт о прошедшей неделе, если необходимо, вношу коррективы, тасую людей, когда не удаётся наладить контакт с заказчиком. Клиенты серьёзные, но часто слишком капризные, за свои деньги некоторые требуют, чтобы не только охраняли, но и жопу целовали. Мои парни такое не терпят даже за приличную сумму, поэтому постоянно приходится подстраиваться, чтобы не терять ни штатных сотрудников, ни заказчиков. Сегодня в офис приехал только для того, чтобы переговорить с начальником охраны из Министерства финансов. Хороший контракт утекает из рук, а это немаленькие деньги. Им на год нужны постоянные, проверенные телохранители, но требования слишком завышенные. Придётся маневрировать, чтобы выплыть.

Секретарша Полина приносит кофе и свежевыжатый апельсиновый сок. Жду, пока поставит на стол, пробегаюсь по фигуре взглядом. Красавица, но главное — умная. Пыталась поначалу в штаны забраться, но я сходу сказал: или мы работаем вместе, или пару раз переспим и расстанемся. Работу и личное никогда не смешивал и не планирую. Полина сделала правильный выбор, уже шесть лет со мной, замуж недавно вышла.

— Мне надо, чтобы ты оформила доставку цветов, — говорю, параллельно набирая сообщение Вите. Стандарт — после ночи поблагодарить. Обычно этим всё заканчивается, но с Витой не так. Что-то зацепило, хер пойми, что именно. Когда увидел, понял: хочу эту женщину. Азарт включился, охотничий инстинкт. Только, когда добился, понял — мало. Хочу узнать сильнее, понять, что в ней влечёт сильнее, чем тянуло до секса.

— Как обычно? — спрашивает Полина. Обычно это розы — банальная классика.

— Нет. Я сам выберу, а ты закажешь, — принимаю решение, которое самого себя удивляет. — Адрес сайта только скинь.

Полина смотрит удивлённо, но благоразумно молчит. Да, на меня не похоже, но Вите розы не подходят. Тут должно быть что-то нежное, и в то же время стильное. Розовые и белые гвоздики, тонкая паутина ковыля и пышные шапки хлопка. Вита — воплощение женственности, но под хрупкостью чувствуется стальной стержень. Может, в нём дело?

Я уже писал ей, утром, спрашивал, как спалось. Вита ответила почти сразу, завязалась переписка, от которой улыбался, как идиот, расхаживая по квартире. На этой неделе дочки с ней, до выходных, скорее всего, увидеться не получится — после работы она к ним, домой.

Мы не сговаривались, но об её браке ни слова: я не спрашиваю, она не рассказывает. Знаю только, что с мужем живут раздельно, этого достаточно. Что там между ними происходит, меня не касается.

Цветы отправляются к ней на работу, встреча с заказчиком проходит удачно, можно выдыхать. К обеду уже свободен. Обычно всегда есть, чем себя занять, но сегодня как назло тренажерный зал закрыт — ежегодная проверка пожарной безопасности. Друзья-товарищи работают, в отличие от меня — на дядю, не на себя. Вита тоже работает, но именно к ней еду. Зачем? Просто увидеть. Пять минут на символический перекур она же сможет выделить? За букет поблагодарила, прислала фотографию с ним, но потом извинилась, что работы много. Тогда какого хрена я к ней еду? Если бы сам знал! Набираю её, включаю громкую связь — за рулём говорить неудобно.

— Не сильно отвлекаю?

— Нет, сейчас как раз появилась свободная минутка.

Слышу по голосу — улыбается. У самого улыбка на пол лица. Нравится слышать её голос, неважно, что будет говорить.

— Хочу тебя украсть.

— С работы? — Вита смеётся. — Мне сейчас надо в пару мест заехать, а потом… Я не против.

— Серьёзно? — внутри всё заполняется иррациональным восторгом. Не надеялся на больше, чем несколько минут. — Тогда позволь быть твоим личным водителем. Я недалеко.

— Тебе настолько нечем заняться?

— Нет. Мне настолько хочется увидеть тебя.

— Хорошо, — отвечает после паузы. — Когда ты будешь на месте?

— Минут пятнадцать, — смотрю на часы, прикидываю загруженность на дороге. — Может, чуть больше.

— Буду ждать.

Что-то в интонации заставляет приподняться волосы на затылке. Как мальчишка, реально! От одной ночи голову потерял? Опасное дело, не хватало ещё нырнуть с головой в отношения, которые ни мне, ни ей не нужны. Притормозить бы, да чувствую, поздно. Несусь на всех парах, а под откос, или вверх — время покажет.

От Виты глаз не отвести. Садится на пассажирское сиденье, наполняя салон уже знакомым ароматом туалетной воды, слегка замешкавшись, тянется к губам. Рука сама поднимается — притянуть за затылок, нырнуть в волосы. Упругие мягкие губы слишком вкусные, чтобы просто так от них оторваться. Но и Вита не делает попыток отстраниться, превращая простой поцелуй в пытку и способ проверить мою выдержку.

— Надеюсь, ты быстро закончишь дела, — шепчу, с трудом отрываясь. Поглаживаю большим пальцем скулу.