На закрытом канале, перехваченном искажённым сигналом, спецгруппа Феникс-9 вышла на след межпространственного коридора. Агент Дариан — высокий, с платиновыми волосами, словно ледяной свет. На его спине — эмблема меча, охваченного огнём. Его глаза — ярко-зелёные, с вертикальным зрачком. Идеальное тело, идеальная координация. Его побратимы — не менее впечатляющие: огненно-рыжий с черепно-волчьей маской и бархатным голосом, и темноволосый с фиолетовыми глазами и изломанной усмешкой хищника.

— Объект «НОВО-17» подтверждён. Она выжила.

— Время действия: маскировка.

— Место внедрения: Аукцион Нар’Кхай.

— Цель: сорвать продажу.

— Приоритет: ноль. Сохранить объект любой ценой.

Они будут там. Уже были. И всё это время она была под наблюдением.

* * *

В её глазах — земля, в её сердце — огонь

Лариса стояла на сцене. Смотрела в бездну зала. И вдруг… её взгляд скользнул по ложам и остановился на одном из троих в капюшонах. Сердце забилось чаще. Браслет мигнул. Что-то внутри неё шепнуло: «Он здесь. Один из них. И он не позволит тебе исчезнуть.»

Впервые за всё время… она почувствовала не страх. Надежду.

Под куполом аукционного зала не было неба — только вселенная. Реальная. Живая. Настоящая.

Свод здания был полностью прозрачен, превращён в гигантский иллюминатор. За его пределами — пространство, от которого захватывало дух: умирающая синяя звезда, всполохи фиолетовых туманностей, танец астероидов, извивающийся кольцевой мир с шестью лунами, одна из которых медленно разрушалась — в прямом эфире космоса. Это был не фон. Это была реальность.

Именно здесь продавались живые тела, как товар.

Лариса стояла на вращающемся круглом постаменте, как экспонат. Прожекторы скользили по её фигуре. Её тело, обновлённое, в этой странной светящейся тунике, воспринималось почти чужим. Казалось, будто она смотрит на себя глазами кого-то другого — той пожилой женщины, которая когда-то просто шла в магазин.

Браслет на руке светился чуть ярче. Каждое сердцебиение эхом отдавалось в металле.

* * *

Колорит чужого мира

Снизу поднимались голоса — гортанные, шипящие, многоголосые.

— Две с половиной миллиона. Теплокровная, без биомодификаций. Исключительно органика…

— Уникальная психика. Земной разум. Архаичный страх смерти. Великолепно для опытов на грани.

— Слишком тонкий костяк. Но глаза… Да, глаза подойдут для слияния с кристаллическим восприятием.

Существа, что сидели на нижнем ярусе, не были похожи друг на друга. Один — покрытый сверкающими насекомыми хитином, с множеством рук и без рта. Другой — плоский, как тень, и переливающийся, будто его тело из дыма. Кто-то из присутствующих излучал свет, кто-то издавал запахи, кто-то менял цвет в зависимости от эмоций.

Лариса в ужасе осознала: они не просто люди с другой кожей — это абсолютно иные формы жизни, с иными моральными кодексами, в которых её страдание ничего не значило.

* * *

Иллюзия покоя

Голос аукциониста звучал на всех языках сразу — благодаря особому излучению, встроенному в пол купола. Он транслировался прямо в мозг. «НОВО-17. Последняя землянка, омоложенная, многосовместимая. Гарантия продолжения вида в шести формах. Образец вне серий. Уникальный экземпляр.»

Её заставляли двигаться. Сделать оборот. Сесть. Встать. Показать жесты. Она подчинилась, но внутри — пульс на грани взрыва. Её пальцы дрожали. Но тело — слушалось. Подготовка была идеальной. Они сделали из неё лот. Красивый, послушный, непокорный в мыслях, но — товар.

* * *

Трое в тени

Те, кто сидели в высшей ложе, по-прежнему молчали. Под капюшонами их лица были невидимы, но Лариса чувствовала, будто чьё-то дыхание касалось её кожи. Один из них слегка наклонился вперёд. Лариса не видела глаз — но знала: он смотрит ей прямо в душу.

Тень шевельнулась в воздухе. На долю секунды браслет на руке Ларисы мигнул и… отключился. Её сердце остановилось. Она почувствовала — если бы захотела, могла бы шагнуть за границу круга.

Свобода? Нет. Проверка?

Браслет вернулся в нормальный режим, но с той секунды она знала — кто-то внутри зала играет по другим правилам.

* * *

Паника в воздухе

— Неизвестные сигналы на канале Zeta 19, — прорычал Нар’Кхай-надсмотрщик в микроканал. — У нас… наблюдатели. Имперские? Нет. Не зарегистрированы.

Среди охраны началось движение. Тихое. Незаметное для гостей, но ощутимое для обученного глаза. Несколько дронов заняли боевые позиции в воздухе. Капсула экстренной изоляции поднялась из пола под сценой, готовая закрыть Ларису в случае экстренной эвакуации товара.

Но поздно. Сигнал был послан.

* * *

Где-то поблизости

На борту малозаметного крейсера «Иш’Сара», зависшего за пределами гравитационной сети, военные из группы Феникс-9 смотрели трансляцию аукциона.

На экране — Лариса. Её профиль. Биохимия. Интеллект. Эмоции.

— Подключено. Местоположение подтверждено.

— Время на внедрение: 6 минут.

— Переводимся в фазовый режим. Выходим в зал под ложным протоколом наблюдения.

Командир, Дариан, натянул капюшон. Его серебристо-белые волосы исчезли под тенью, но из-под ткани сверкнули глаза — яркие, зелёные, змеиные. На его запястье — браслет, похожий на тот, что носила Лариса… но с иным сиянием.

Рядом с ним — двое других. Рыжий, с меткой пламени на виске, и тёмноволосый с изломанным, хищным взглядом и холодным металлом на пальцах.

— Мы берём её. Сигнал с Земли был настоящим. Она последняя.

— Она ещё не знает, кем может стать, — тихо произнёс тёмный.

— Но узнает. Если выживет.

* * *

И в последний момент…

Лариса стояла посреди светового круга, и вдруг… воздух над залом вспыхнул. Не взрыв. Разрыв ткани пространства.

На долю секунды галактика за пределами купола завибрировала. Что-то огромное, древнее, но невидимое — коснулось купола извне.

Никто в зале этого не заметил.

Кроме неё.

И троих в капюшонах.

Голографические проекции танцевали вокруг Ларисы, когда вспыхнул сигнал.

Сначала — едва заметный всплеск в браслете. Потом — жар внутри. Не физический. Глубже. Тепло, поднимающееся от позвоночника к шее, к затылку. Сердце забилось сильнее. Что-то отзывалось в груди, будто внутри неё пробуждалось чужое сердце.

Она ахнула, когда волна прошла по телу — как волнение воды под ветром. Не больно. Но… очень личное. Интимное. Древнее.

«Внутри меня что-то отозвалось. Не от ужаса. От… чьего-то присутствия.»

* * *

Генетический клейм

Она не знала, что в лаборатории Нар’Кхай, где её «переписывали», ей вводили генетические маркеры шестнадцати рас. Проекты межрасового разведения, бездушная селекция, десятки пробирок — в её крови теперь бурлила смесь, которую сами нар’кхай называли Геном Слияния. Им удалось невозможное: создать универсальную носительницу.

Но с одной ошибкой.

Старый ген. Скрытый. Неназванный.

Он не был в базе. Он не поддавался классификации. С ним входили лишь трое — мужчины с неизвестной, почти стёртой генетической цепью. Их раса не числилась в каталогах живых.

* * *

Крушение идеального аукциона

Свет погас.

Мгновенно.

Не как авария — как прорыв.

Из ниоткуда вырвался волновой импульс. Купол вспыхнул, завибрировал. А затем — лопнул. Не физически, а на уровне системы. Иллюминатор погас, все проекции исчезли. Аукционист завизжал. Существа забеспокоились. Голографические завесы рассыпались. Паника. Дроны — вышли из строя.