До этого она работала репетитором, бариста, участником профессионального опроса, администратором галереи и, совсем недавно, начинающим, но неудавшимся продавцом на «Этси». Все эти начинания закончились катастрофой.

— Ты можешь снова попробовать себя в роли бариста, — сказала я. — Моё местное кафе набирает сотрудников, и твой кофе стал, э-э, лучше.

Глаза Скарлетт расширились.

— Что ты делаешь? — Она прошептала, когда Карина отвлеклась, разбирая канцелярские принадлежности. — Она не умеет варить кофе. Её посадят за убийство!

— Я пытаюсь помочь, — прошептала я в ответ. — Тогда ты придумывай идеи.

Скарлетт, конечно, драматизировала, но кофе Карины, пожалуй, мог бы разбудить и мёртвого (не в хорошем смысле). Воспоминание о её попытке приготовить ванильный латте всё ещё горело у меня на языке.

— Нет. Единственное, что мне нужно, связанное с кофе – это его пить, — вздохнула Карина, а мы со Скарлетт одновременно тихо и облегчённо выдохнули. — Я что-нибудь найду, но спасибо, что поддержала. Извините, что я сегодня такая зануда.

— Ты не зануда. Я бы лучше была здесь с вами, чем в каком-нибудь паршивом баре с завышенными ценами на выпивку, — сказала я.

— Именно, — Скарлетт вытянула руки над головой. — К тому же, если мы выйдем, мы не сможем смотреть, как Карина корпит над своей каллиграфией... ах! — Она вскрикнула от удивления, когда Карина скомкала лист бумаги и бросила его в неё. Лист угодил ей прямо в нос.

— Это не смешно, — сказала Карина сквозь искры смеха. — У меня не самый лучший почерк, но всё же можно прочитать.

Скарлетт бросила ей обратно бумажный шарик. На этот раз он застрял в волосах Карины.

— Твои «Н» выглядят как «М»

— Эти буквы, естественно, выглядят одинаково!

— Тогда как ты объяснишь свои «Ш» и «Ж»? — Я ткнула пальцем в благодарственную открытку.

Карина прищурилась.

— И ты, Брут?

— Я просто говорю правду. Не убивай гонца.

Мы втроём молча смотрели друг на друга. На мгновение мы задумались, а потом одновременно бросились к столу, и наш вечер превратился в настоящую битву бумажными шариками.

— Мои буквы Ш. Не. Похожи на буквы Ж! — Карина подчёркивала свои слова удивительно точными ударами.

Забудьте про «Этси». Ей стоит играть в Главной лиге бейсбола.

— Да, это так!

— Это клевета!

— Это клевета только в том случае, если это неправда!

— Бруклин, оглянись!

Я взвизгнула и бросилась за диван, живот сжимало от смеха. Мои волосы были словно отягощены десятком листков бумаги, и я пригнулась, когда над моей головой пролетел особенно большой предмет. Наши крики и смех наполнили квартиру.

Слава богу, Винсента не было рядом, и он не видел, как мы ведем себя как толпа детей в понедельник вечером.

Честно говоря, даже если бы он был, мне было бы всё равно. Мне это было нужно. У меня было полно работы, и я застряла с заявлением на получение МАСП, которое нужно было подать через месяц. Глупо провести вечер дома с друзьями – это то, что доктор прописал.

Наша «борьба» продолжалась до тех пор, пока не закончилась бумага. Смех постепенно стих, и мы радостно и устало повалились на диван.

— Где Винсент? — спросила Скарлетт, когда мы отдышались. — Только не говори мне, что ты его уже убила.

Я фыркнула.

— Нет. Он пошёл помочь Адилю с покупками к празднику или ещё с чем-то. — Была всего лишь середина ноября, но Адиль, как известно, с энтузиазмом выбирал подарки. — Жить с ним не так уж и плохо. По крайней мере, он чистенький и справляется с домашними делами.

Это был плюс. Минусом было то, что мы часто непреднамеренно видели друг друга полуголыми дома.

В голове промелькнул рельефный пресс Винсента. Жар обдал шею, и я решительно отогнала эту мысль.

— Видишь? Я знала, что всё получится! — ухмыльнулась Карина.

— Мммм, — я избегала их взгляда и вытащила завалявшийся между подушками дивана бумажный шарик.

Я ещё не рассказала им о пари с Винсентом. Мне было неловко лгать им, но я переживала, как Скарлетт это воспримет. Конечно, это она предложила ему переехать, но я не думаю, что она ожидала чего-то иного, кроме платонических отношений.

Она, похоже, не из тех, кто взбесится, если мы поцелуемся, но я не могла рисковать. Я слишком ценила её дружбу.

Наверное, стоило подумать об этом, прежде чем соглашаться на пари. Вот до чего меня довела моя импульсивность. Я постоянно попадаю в неловкие ситуации.

Что касается Карины, я не хотела ей рассказывать, чтобы мы обе не скрывали это от Скарлетт. Лучше уж мне одной справиться с этим.

— Я говорила это уже дюжину раз, но спасибо, что позволила ему остаться с тобой, — сказала Скарлетт. — Он любит притворяться, что всё в порядке, и что его не волнует эта фанатская одержимость, но это не так.

— Знаю, — тихо сказала я. Я сразу видела, когда Винсент делал вид, что храбрится перед всем миром, потому что сама делала то же самое. Подсказки были налицо, если знать, на что обращать внимание: слишком яркая улыбка, слишком небрежный тон, напускная беспечность, потому что носить маску было приятнее, чем заставлять волноваться близких.

Я подавила чувство вины и сказала беззаботным тоном:

— В любом случае, не стоит меня благодарить. Он платит за аренду, так что я делаю это не по доброте душевной. Просто хотелось бы, чтобы полиция была не такой бесполезной. Они не продвинулись ни на шаг с тех пор, как мы нашли фотографию на его машине.

— И что, они ждут, пока на Винсента нападут, прежде чем что-то предпринять? Хотя на него не нападут, — быстро сказала Карина, увидев, как побледнела Скарлетт. — Это гипотетически.

— Не знаю. Наверное. — Отлично. Теперь я была занудой, говоря о возможном убийстве. Я переключилась на более лёгкую тему. — Кстати, я забыла вам сказать, ребята, но я иду с ним на ужин к «Зениту» в среду. Ему, э-э, нужен был плюс один.

Карина подняла брови.

— Типа... свидание?

— Нет. Это чисто бизнес. Ему нужен был кто-то для видимости, а я хотела поужинать в хорошем ресторане. Вот и всё. — Я украдкой взглянула на Скарлетт. Новости об ужине были для меня способом оценить её реакцию, если я расскажу ей о пари, но выражение её лица было непроницаемым.

— Классно, — сказала она. — Я была на нескольких деловых ужинах с Ашером. Еда обычно вкусная, но разговоры такие скучные. Они слишком часто используют слово «синергия».

— Я сказала ему, что он должен мне двадцать фунтов, если это слово когда-нибудь всплывет во время нашей трапезы.

Скарлетт ухмыльнулась.

— Гениально. — Если её и смутило то, что я присоединилась к её брату за ужином, она этого не показала.

В конце концов наш разговор перешел на планы на выходные, но я не могла перестать думать о вечере среды.

Это не свидание, я повторяла это про себя. Я сказала «да» именно потому, что это было не оно.

Но это не помешало бабочкам в моем животе размножиться.

 * * *

— Ещё раз спасибо за это, — сказал Винсент. — Я твой должник.

— Пожалуйста, и не волнуйся, — сказала я, когда мы следовали за хостес в отдельный обеденный зал. — Я уже думаю о том, как ты сможешь мне отплатить.

Его губы дрогнули в улыбке, когда он окинул взглядом мой наряд.

— Я забыл тебе сказать, но ты выглядишь великолепно. — Возможно, мне показалось, но его голос звучал чуть хрипловатее обычного.

От этой похвалы у меня по спине пробежала нежеланная искра.

— Ты тоже.

Это был вечер большого ужина «Зенита», и он выглядел более чем великолепно. Его блейзер и джинсы, которые он носил на днях, были хороши, но ничто не сравнится с Винсентом Дюбуа в сшитом на заказ костюме. Мягкая итальянская шерсть идеально сидела на его фигуре ростом 190 см, а насыщенный тёмно-синий цвет идеально контрастировал со светло-коричневой кожей. Он сделал свежую стрижку, а кроссовки «Зенита» стали изящным, но тонким намёком на его потенциального спонсора.