Не успеваю сделать даже шага, как мне в спину прилетает злобное шипение:

— Если бы ты почаще ноги раздвигала, может быть, твой муж не шлялся бы по разным бабам.

Застываю.

Тело немеет.

Я правильно поняла, Герман спал не только с ней?

Прикрываю глаза. Пытаюсь втянуть в себя воздух, но горло так сильно сжалось, что даже с силой не могу заставить себя дышать.

Как давно Герман мне изменяет?

Какая же я наивная, раз слепо верила мужу.

— По крайней мере, он на мне женился. А ты всего лишь временная подстилка, которая только и умеет, что ноги раздвигать и… — на секунду прерываюсь, вспоминая происходящее за стеклянной дверью, — на коленях стоять.

Ноющая боль поселяется в груди. Судорожные вдохи только подпитывают агонию, заполняющую тело. И, видимо, мне придется смириться с тем, что в сердце навсегда останется рана, которая будет кровоточить и кровоточить.

— Знаешь, — оглядываюсь через плечо, смотрю прямо в голубые глаза Гали. — Хочешь моего мужа? — приподнимаю бровь, видя как удивление отражается на лице девушки. — Забирай. Вы друг друга стоите.

Рот Гали приоткрывается. Не знаю, хочет ли она что-то сказать или просто в шоке, но я, в любом случае, не собираюсь ее слушать. Отталкиваюсь от асфальта и иду в неизвестном направлении. Бреду по тротуару, не видя куда, не понимая зачем.

Просто чувствую, что мне нужно двигаться… нужно!

В голове пустота, в груди дыра.

Желудок стягивается в тугой узел, непролитые слезы жгут глаза.

В мыслях то и дело прокручиваются картинки измены мужа. Его жесткие слова звучат в ушах.

… Ну и куда ты пойдешь после развода? Работы у тебя нет. Родителей, которые могли бы помочь, тоже. С друзьями тоже проблема….

… Ты себя видела? На лице ни капли макияжа, носишь безразмерное тряпье, еще и от пуза никак не избавишься…

… Как я тебя должен хотеть, когда ты выглядишь как… клуша!..

Они въелись в память, крутятся словно на повторе, нанося все новые и новые раны моему истерзанному в клочья сердцу.

Сложно поверить, что это все сказал человек, которого я до безумия любила.

Я впустила Германа в свою жизнь, позволила занять в ней главное место. Отдала ему себя. Доверилась мужу, даже не представляя, какие последствия меня могут ждать.

Видимо, это карма какая-то раз меня в жизни все предают.

Такое чувство, что я с детства блуждаю в темноте, а как только получается выбраться на свет, тьма сразу же активизируется и затягивает меня в свои объятья.

Очередная волна боли вспыхивает в теле, когда вспоминаю претензии мужа, что я не смогу позаботится о нашей дочери.

Я хорошая мама! Хорошая! По крайней мере, стараюсь ею быть изо всех сил.

Герман не имеет права упрекать меня в обратном. Он же знает, что я люблю нашу дочь. Так сильно люблю, что иногда кажется — мое сердце разорвется от чувств к малышке.

Алесенька — единственный свет в моей жизни. Я ради нее сделаю все. Даже буду бороться с мужем, если он решит отнять ее у меня.

Отнять…

Резко торможу.

Алеся!

Страх волнами прокатывается по позвоночнику. Внутри все сжимается. Дыхание прерывается.

Мне нужно домой! Срочно!

Вытаскиваю телефон из кармана плаща.

Бужу экран. Нахожу нужное приложение. Вызываю такси.

Смотрю по картам направление. Понимаю, что “точка” поставилась на противоположной стороне дороги. Поднимаю голову, нахожу взглядом пешеходный переход. Быстро подхожу к нему.

Сердце с невероятной скоростью бьется в груди. Кажется, что вот-вот выпрыгнет.

Господи, хоть бы успеть.

Наступаю на белую полосу “зебры”. Начинаю переходить дорогу.

Снова заглядываю в телефон, смотрю на время. Такси будет через две минуты, но ехать-то намного дольше.

Черт! Герман может оказаться дома быстрее меня.

Долбанная Галя! Если бы она меня не задержала, я бы уже мчалась к своей малышке!

Резкий предупреждающий звук клаксона заставляет меня замереть.

Вздергиваю голову. Желудок ухает вниз. Дыхание застревает в груди.

На меня мчится огромный джип.

Он так быстро приближается, что я не успеваю сделать ни шага, как слышу визг тормозов, чувствую… удар.

Все происходит словно во сне.

Боль пронзает бедро. Воздух выбивается из груди. Меня сбивает с ног.

Лечу назад, чувствуя, как на мгновение останавливается сердце. Очередная волна боли проносится по телу, стоит мне столкнуться с жестким асфальтом.

Не успеваю сгруппироваться, бьюсь головой.

Перед глазами появляется звезды. Тело немеет, мышцы сковывает. Легкие жжет, дышать удается через раз. Кровь разгоняется в венах, в голове пульсирует. Такое чувство, что меня взяли и встряхнули несколько раз, взболтали мозг, а потом выбросили, как ненужную тряпку.

Не знаю, сколько я лежу на дороге, скорее всего, пару секунд, хотя, кажется — вечность, но, в итоге, получается взять себя в руки.

Судорожно втягиваю воздух, пару раз моргаю, прочищая взор. Начинаю подниматься. Руки не держат, трясутся. В голове гудит. Сердце бьется с такой скоростью, что, не остается сомнений — оно вот-вот выпрыгнет из груди.

— Ты совсем идиотка?! — сквозь «вату в ушах» до меня доносится разъяренный мужской голос. — Какой же придурочной нужно быть, чтобы под колеса бросится?! — возмущение звучит в каждом его слове.

Кое-как сажусь.

Сначала замечаю начищенные кожаные с квадратными мысами ботинки, потом идеально-выглаженные черные брюки со стрелками, пиджак, белую рубашку, и только после этого обращаю внимание на лицо. Оно покрыто щетиной и искажено от гнева. Губы поджаты, брови нахмурены, в голубых глазах горит пламя ярости.

«Да, что вы все такие голубоглазые. Это карма какая-то?», — мелькает в мыслях, прежде чем я начинаю вставать.

Подняться на ноги и устоять удается с трудом. Когда я понимаю, что стою ровно, даже несмотря на головокружение, снова вскидываю взгляд на мужчину. А он высокий — приходится запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Мда, конкретный мудак!

— Спасибо, я в порядке, — сарказм наполняет мой тихий голос.

Глаза мужчины сужаются, морщины на лбу становятся глубже, а русые волосы трогает ветер.

— Нужно смотреть по сторонам, когда ты дорогу переходишь, — цедит он сквозь стиснутые зубы. — Или ты решила с моей помощью того… — вглядывается в мое лицо, на котором, без сомнения, отпечатались, все события сегодняшнего дня, — самоубиться?

Злость вспыхивает в груди. Он меня сбил, теперь еще и претензии предъявляет!

Что же за день такой?!

— Здесь, вообще-то, переход, — выплевываю, сжимая кулаки.

Шиплю, чувствуя жжение. Расслабляю пальцы, смотрю на ладони — естественно, все в ссадинах. Этот день точно меня добьет! Надеюсь, хоть с головой все в порядке. Но вроде, кроме пульсации в висках и несильной ноющей боли, ничего более серьезного не происходит.

— А зеленый для пешеходов горел? — мужчина вскидывает бровь.

Хмурюсь. Поворачиваю голову, нахожу взглядом светофор. Неужели, я не заметила «красного человека». Да, какая разница?! На улице не настолько оживленное движение, чтобы не замутить переходившего дорогу человека. Сколько мы тут стоим? Еще ни одной машине не проехало!

Кстати…

Сердце пропускает удар. Где мое такси?

Смотрю под ноги.

Телефон лежит чуть поодаль. В пару шагов преодолеваю расстояние до него, поднимаю гаджет. Экран разбился, но сейчас мне на это плевать. Главное, что я могу зайти в приложение и посмотреть, что такси уже за поворотом. Поднимаю голову и вижу выруливающую на дорогу машину.

— Всего вам доброго, — заглядываю мужчине в глаза. — Надеюсь, «самоубийцы», — кривлюсь, когда произношу последнее слово, — вам больше на пути не встретятся. Во второй раз свалить вину на кого-то еще не получится.

Мужчина еще сильнее хмурит брови, явно, что-то хочет сказать, но я больше не собираюсь его слушать. Мне нужно домой, к дочери, а не разговаривать со всякими хамами на дороге. Тем более, такси останавливается недалеко от нас.