– Вы теперь распорядитель казны.

Тот сел за стол и положил камень на чистый лист бумаги.

– Есть один серьезный вопрос, – начал он сложа руки на столе деловым тоном.

Молодые люди стояли перед графом теперь как на приеме. Он быстро понял, что всё нужно брать в свои руки. Этэри совершенно не годится для деловых дел.

– Я поданный другого государства, – пояснил граф, – и как гражданин королевства Мальборк, соблюдаю интересы своего короля. Как мне быть управляющим города Семи королей?

Эдвард поджал губы и уставился на Этэри. Та тоже замерла с открытым ртом не зная, что на это ответить. На помощь пришел принц. Он взял за руку Этэри и притянул к себе. Та возмущенно глянула на парня, но тут же улыбнулась.

– А так и быть! – ответил он громко и четко, – форс мажор у нас, да царевна?

Этэри вначале не поняла, а после согласно закивала головой. А Эдвард продолжил.

– Ты и соблюдай интересы своего короля. Для блага Морского царства и Мальборка вместе взятых. Ты мой опекун, а теперь и опекун Этэри. Пока мы не поженимся.

Этэри наклонила голову и густо покраснела. Это понравилось Эдварду. Руку она у него не вырвала. Значит с его словами согласна. Фон Гориц подумал и к общему облегчению Эдварда и Этэри кивнул головой. Молодые дружно выдохнули.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Так тому и быть, – ответил он, – а если сюда прибудет царь Филипп?

Этэри не нашлась что ответить и на это. Уж его она тут вообще не ожидала. По правде сказать, Этэри полагала что царь Филипп мертв, как и все в его городе. Ответил снова принц.

– С той стороны еще не пришел ни один человек. Но если и явится сюда сам царь. Тогда и решим, как быть. А пока пусть все идет своим чередом.

Этэри глянула на принца благодарно и снова улыбнулась. Это тоже очень понравилось Эдварду. Этэри рядом с ним оживает и превращается в ту прежнюю его Этэри. И ему было абсолютно все равно, что глаза ее теперь разные и не меняются.

– Добро, – согласился и на это граф, – тогда начнем наш день. Мне бы позвать толкового кого?

– Это быстро.

Подошла Этэри к двери и подергала за плетеный шнурок свисающий сбоку. Принц был уже рядом и тоже хотел дернуть, тем более после того, как дернула Этэри ничего не произошло. Но та стукнула принца по запястью.

– Мы не могли вначале понять назначения этого устройства, но разобрались довольно быстро. Это система оповещения. Тут звука нет, зато там звонит колокольчик. Поэтому нельзя лишний раз дергать.

– Вот в чем дело, – вытянул удивленно лицо Эдвард, – ему все же хотелось хоть разок дернуть за шнурок.

В дверь постучались.

– Входите.

Сказала Этэри. В кабинет нерешительно заглянула растрепанная голова молодого парня.

– Это Прошка, – познакомила с парнем графа и Эдварда Этэри, – он очень грамотный, но трусоват и категорически отказывается вести переговоры.

Граф махнул рукой и Прошка на полусогнутых просеменил к новому владыке города Семи королей. Этэри сделала правильный выбор и тем была собой невероятно довольна.

– Ну наконец-то я, – проговорила она вслух, – сделала за последние недели одно правильное дело.

Эдвард улыбнулся и стиснул ее запястье еще крепче. Граф уже тихо о чем-то переговаривался с парнем. Этэри подвела принца к одному из окон.

– Гляди что тут есть.

Эдвард восхищенно осматривал огромный внутренний парк. Он был уже частично очищен. Тут было просто море зелени. А еще виднелись статуи, беседки, террасы.

– Вот бы попасть туда, – восхищенно выдохнул Эдвард. – покажешь туда дорогу?

Этэри косо смотрела на принца и улыбалась одним краешком губ. Эдвард понял, она явно что-то задумала и приготовился. Царевна выдержала паузу, дождалась, когда парень начнет нервничать и открыла стеклянную дверь. Эдвард распахнул рот и замер. Этэри ждала именно такой реакции. Она медленно продефилировала в парк прямо из кабинета.

Эдвард тоже сделал два шага вперед, осмотрелся, после вернулся обратно в кабинет.

– Треска соленая мне в рот, – выругался он, забыв о правилах приличия, – дверь прямо в окне! Как? Уму непостижимо. Во предки дают. Эко же додуматься вмонтировать стеклянную дверь в стеклянное окно.

Царевна только и делала, что посмеивалась. Она то уже все тут исследовала и уже многому не удивлялась.

– Молодой человек! – выглянул из-за Прошки фон Гориц, – вам язык перцем давно не мазали?

Этэри быстро вытянула замешкавшегося Эдварда к себе, плотно прикрыла дверь и оба со смехом убежали прочь. Граф покачал головой, выдохнул громко и перевел взгляд на пытливую рожицу Прошки.

– Так что вы, Прошка, говорите?

– Я говорю, – мялся от волнения парень, – на северной стороне в горном массиве штольни заваленные.

Фон Гориц расстелил карту и оба наклонились.

– Вот тут, – ткнул пальцем и тут же отдернул руку Прошка, – мы там уже были. Уголь добывали там. А почем он вам, господин?

Парень часто мигал глазами и не мог от волнения устоять на месте. Граф подкинул на ладони кусок угля.

– А откуда знаешь, что это уголь?

– Да как жешь, топим им холодными зимами печи на побережье.

– Хм, а ведьма? Не боитесь?

– Ведьма? – удивленно воскликнул Прошка, – Маруська наша юродивая с третьей пристани, вот вся наша ведьма. Мы ее иногда во время дождя зельем напаиваем и спит благая.

Надо было видеть глаза фон Горица. Он подкинул уголь и забыл его поймать. Кусок с глухим стуком упал на лист бумаги.

– А, у, – подбирал он слова, – царевне. Этэри ты об этом говорил?

– Так с тех пор, как повадилась в горы уходить, Маруська наша, – неопределенно махнул руками Прошка, – так и сгинула. Не вернулась она. Что и говорить-то.

Фон Гориц вытянул свой бесконечно длинный палец и помахал им.

– Ладно, – опустил он руку, – это все потом. А уголь нам, Прохор необходим для торговли. Вот пока наша валюта будет! А как часто к вам на пристани корабли заходят?

– Так раньше совсем редко захаживали.

Все размахивал Прошка руками. Он весь был как на шарнирах и казалось, что стоит ему остановиться он тут же и рассыплется.

– А теперь почаще будет. Раз в две недели судно причаливает. Они у нас селедкой грузятся.

– Одно судно один раз в две недели! – стукнул себя по голове удручённый граф, – Треска соленая мне в рот!

Прошка замер на месте. Он совершенно не понял отчего так огорчился новый властитель города. Парень наклонился и заглянул в лицо графу.

– Господин, а перца нет.

Фон Гориц резко поднял голову, посмотрел на растерянного парня и рассмеялся.

– Ну и отлично! – воскликнул он, – я не рот перцем хочу себе засыпать, а набить полные карманы вот этими камушками. Идем, Прохор, покажешь мне мои владения.

Этэри и Эдвард бегали по парку играя в догонялки. В центре парка возвышалась башня. Проход в ней шел по кругу винтообразно и завершался смотровой площадкой. Тут и остановилась, запыхавшись царевна. Дворец был спроектирован так, что смотровая площадка ничем не была загорожена с одной стороны и вид тут открывался потрясающий на горы и море. Казалось, что отсюда даль видна на тысячу километров.

– Так магии больше нет?

Стоял за спиной Этэри Эдвард и смотрел тоже на панораму. Он положил руки ей на плечи.

– Нет, – ответила тихо Этэри, – она превратилась в весну.

– Это как?

– Весна наступает на мир со скоростью триста километров в сутки, – отвечала серьезно Этэри, – так и магия исчезает из нашего мира с той же скоростью.

– И однажды ее не будет совсем.

Проговорил Эдвард. Он тоже был магически одаренным человеком, и она ему помогала в жизни. Без магии жить тяжело. И он прекрасно знал, как многие будут не довольны таким ходом событий.

– Увы, – вздохнула Этэри, – магия останется во мне. Я проклята бессмертием. И пока во мне магия я не могу умереть. От этой заразы не так и просто избавиться. А самое страшное в том, что я буду меняться. Я ведьма, Эдвард!