Выдохнул Пири Рейс восторженно и захлопал в ладоши.

– Может хочешь похвастать успехами перед кем-нибудь.

Но Этэри не привыкшая к похвалам и высоким речам лишь отрицательно покачала головой. На самом деле она и не совсем поняла, что сейчас сказал про нее маг. Так была поглощена рассматриванием своей сколии и мало что слушала.

– А это мальчик или девочка?

Вот это сейчас больше волновало царевну. Что понравилось Пири Рейсу. Этэри не проявила себя как властолюбивая и амбициозная царевна. Она просто любовалась своим творением.

– Сама и узнай.

– А имя, – нервничала Этэри, – имя я могу ей дать?

– Ну, конечно.

Сколия уже расправила крылышки и стала ползать по ладоням Этэри. Призрачный цветок лотоса медленно исчезал.

– Она, – захлебывалась от восхищения Этэри, – такая же красивая как мой папа и Эдвард.

Пири Рейс лишь потрясывал тюрбаном, выпучивал глаза и поднимал брови вверх. Но не мешал девочке знакомиться со свой питомицей. Первый контакт он всегда такой волнительный.

– Я назову тебя Лина, можно?

Этэри боязливо глянула на мага в ожидании разрешения. Тот лишь пожал плечами, показывая, что девочка властна сама выбирать.

– Лина, – ворковала Этэри, – моя Лина. Я познакомлю тебя с одной проказницей. Это божья коровка. Она такая же красивая, как и ты, Лина. Вы будете лучшими подругами.

Этэри справилась со своей первой магией первоклассно. Пири Рейс не сомневался в ее успехе в дальнейшем обучении. Однако о впечатляющих результатах царевны решил не полностью докладывать царю Филиппу.

Восточная мудрость и хитрость подсказывали, что всегда нужно иметь туза в рукаве. Тем более сердечные дела ученика его лучшего друга Грааса фон Горица так и могли остаться только его бедой.

Эдвард и Этэри нравятся друг другу. Но узнай царь Филипп кто его младшая дочь, ценник вырастет до таких высот, что Эдварду тут ничего больше не светит, как говорится в одной грубой пословице. А Пири Рейс в данной ситуации работал на царя Филиппа, но преследовал интересы Герцога Эдварда Гессен Эденбургского. Принца из далекой могущественной северной страны под названием Мальборк. Пири Рейс был предприимчивым и изобретательным магом. Получать вознаграждения от двух великих правителей гораздо выгоднее, чем работать на одного.

Спустя пять дней Этэри стояла на пирсе и провожала в далекий путь домой Эдварда. Молодые люди сдружились и хорошо ладили между собой. На что неустанно, но ненавязчиво указывал царю Филиппу Пири Рейс. Царь все видел и втайне радовался этому союзу. По его мнению, принц Эдвард хорошо подходил на роль будущего жениха для Этэри.

Всего через два года малышка станет царевной невестой и со всего мира потянутся претенденты на ее руку. Дети бастарды вполне годны для неплохих коммерческих союзов. И тем крепки и надежны эти связи, если у молодых есть лад.

– Я тебе иногда буду писать, можно? – спрашивал у Этэри разрешение на письма Эдвард.

– Их будут читать все кому не лень, ты же знаешь, – отвечала Этэри.

– А что делать?

Эдвард не выдержал сердечного пыла и все как есть рассказал Этэри. Но девочка не посмеялась над его чувствами. Приняла как должное. Она сама не скрывала, что парень ей симпатичен. Конечно, это не был жар страсти и нетерпение любви. Этэри всего четырнадцать исполнилось и ей еще гораздо интереснее было побегать босиком по крышам и погонять беспокойных чаек.

Но рядом с Эдвардом было хорошо и весело. С ним всегда находились темы для бесед. И даже уже появилась своя маленькая тайна. Ребята весь вечер накануне отъезда принца просидели над таинственной картой изучая ее. Любопытство подогревалось еще тем, что маршрут по карте вел по суше в самые горные ущелья. Путь был извилист и запутан.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Я вот думаю и не пойму.

Рассуждала Этэри в полголоса, глядя как матросы бегают по палубе готовящегося к отплытию судна. Марсовый уже забирался по вантам на грот-мачту. Эдвард следил за его передвижениями, медленно поднимая голову.

– Что?

– Почему линия пути так странно была нарисована. Не шутки ли это? Или шарада какая магическая, – водила пальчиком по крышке бочки Этэри.

Ее очень волновала эта загадка. Она наклонилась и из пожарного ящика достала пару горстей сухого песка. Рассыпала по крышке и нарисовала сильно извилистую линию.

– Вот что за блажь идти прямо, – оставляла она на песке след пальцем. – а затем зачем-то развернуться и пойти обратно. А потом снова вернуться. И вот так туда-сюда, туда-сюда. Там какая-то ловушка, затуманивающая разум?

Матрос зацепился за мачту и по веревочным лестницам, окутывающим весь парусник обошел мачту пару раз по кругу, все поднимаясь вверх. Этэри не отрывала глаз от своего незамысловатого чертежа. А Эдвард, наоборот, засмотрелся на юркого паренька марсового. Он уже практически добрался до своего вороньего гнезда, где ему предстояло нести вахту.

– А что если.

Пришла ему на ум одна идея и Эдвард над всем зигзагом Этэри начертил огромный шалаш.

– Что это? – округлила от удивления глаза Этэри.

– Гора, – наклонился ближе к уху Этэри Эдвард и заговорил шепотом, – а тропа идет по перевалу, поднимаясь все выше и выше в гору.

– Значит так обозначаются участки подъема или спуска с горных вершин, – догадалась Этэри и тоже зашептала взволнованно. Вот интересно, куда ведет эта дорога? Наверняка в пещеру ведьмы дождя.

Невдалеке стояли царь Филипп и граф Граас фон Гориц. Теперь неизменный Пири Рейс в своем белоснежном тюрбане находился всегда где-то рядом. Он хвалил успехи царевны Этэри и Филиппу это нравилось. Икар стоял, как всегда, по правую руку от Филиппа и глаз не сводил с молодежи, так увлеченно что-то рисующее на крышке бочки. Не сводили глаз с них и все остальные.

– Могу ли я, – сухо скрипел фон Гориц, – обнадежить своего короля в том, что у него есть надежда на успешный союз между нашими государствами?

– Обязательные процедуры все же должны быть соблюдены, – ответил царь Филипп, – однако доложите королю Людовику Эдинбургскому, что союз с ним принесет нам обоим много выгоды.

Граф скрипнул еще раз и отвесил Филиппу легкий поклон, означающий высшую степень удовлетворения ответом. Икар сузил свои пронзительные глаза. Он был уже так стар, что переходил уже к дряхлости. В ногах и руках все меньше сил, а в голове все больше тумана. Его единственная отрада и смысл – маленькая Этэри. Хватит ли ему сил дожить до того момента, когда он со спокойным сердцем положит ее руку в крепкую ладонь молодого принца? Икар видел, что этот юноша надежный и верный. Этэри с ним будет под защитой. Но надо протянуть еще шесть лет, а сил жить все меньше и меньше.

– Однажды мы это проверим, – заговорщицки шептал Эдвард, – ты главное надежно прячь карту.

Этэри сузила глазки и пристально посмотрела на Эдварда, не шутит ли? По его взгляду было видно, что нет. Она никогда не откажется от такого заманчивого предложения.

– Уж будь уверен.

Кивнула она головой и оба внезапно рассмеялись.

– Ваше высочество! – раздался голос графа Грааса.

– Мне пора, – тут же поправил на себе камзол Эдвард, – я приеду через два года.

– Свои письма клади в его конверт, когда он пишет Пири Рейсу, – указала глазами на Грааса Этэри. – так я получу от тебя весточку без лишних глаз.

– Отличная идея, – расплылся в улыбке Эдвард, – а ты мне напишешь?

– Если Пири Рейс ответит на письмо своего друга.

Эдвард протянул Этери руку, и она по-дружески пожала ее широко и весело улыбаясь. Странная штука любовь случилась с Этэри. Парень ей нравился, и она ему. Но отчего-то она не смущалась и не краснела, и не терялась. Это внутри беспокоило девочку. Она столько книжек прочла про чувства, что переживала, а у нее они правильные?

Два следующих года прошли как в сказке. Этэри много училась и весело проводила время. Но еще больше она ждала возвращения сестры. И вот уже две недели город готовится к возвращению царевны наследницы.