Я гулко сглотнула, когда мой взгляд случайно упал на одного из несчастных, кого спасти не удалось, а от позорной потери сознания меня спасла личная помощница мэтра Листера, лэра Тана.

— Пойдёмте, леди Ковентри, вы меня смените хотя бы ненадолго. К мэтру сегодня отправляют офицеров, а вы же понимаете, у них раны на такие страшные, личная магия начинает залечивать самое опасное. У меня сил уже нет, постойте хотя бы полчаса рядом с мэтром. У него магии ещё хватает, а я пустая. Он раздражается, делает ошибки, а в нашем деле это неприемлемо.

Лэра Тана, опытная и сильная магически для её положения, обычно смотрела уверенно, а сейчас на её лице я заметила растерянность и… Банальное истощение, вот что это было.

Мне стало её по-человечески жаль, настолько усталой она выглядела. Я нервно дёрнула ртом, ответила, пока не передумала:

— Да я бы помогла, но я даже первую практику в лечебнице не проходила… Может, поделиться с вами магией… У меня есть накопитель, — по привычке взяла из дома. Он у меня мощный.

Лэра сначала замялась, но всё же решительно ответила:

— Вы накопитель мне передайте тогда, я знаю, кому его отдать. Но леди Ковентри, давайте так договоримся, я рядом буду стоять и подсказывать, вы хотя бы первую ступень прошли, и то хорошо. Поверьте, сегодня у мэтра не так страшно, как обычно бывает, когда идут потоком.

Саквояж с зельями, которые я привезла с собой, я прихватила в лечебницу. Поэтому отдала его лэре, а накопитель достала из потайного кармана, прося:

— Это родовой, личный, его нужно будет вернуть, лэра.

Я видела, как загорелся взгляд леры Таны, когда она увидела сначала размер накопителя, а после открыла саквояж и поняла, что зелий внутри много больше, чем кажется снаружи.

— Да, лэра, вы не ошиблись. Я узнала, что наша лекарня переполнена и мне пришлось воспользоваться неприкосновенным запасом. Когда вернусь домой, нас с отцом ждут долгие дни, чтобы возобновить часть запаса.

Лэра Тана споро перебирала то, что я привезла, повела меня в комнату-склад, прихватив по пути бежавшую по своим делам ещё одну помощницу, и велела ей:

— Лэра Мара, за мной. Быстро рассортируйте всё, определите что куда. Быстрее же, быстрее, я небольшую часть заберу нам с мэтром.

Задержались в комнате-складе мы всего ничего и поспешили к мэтру.

Мэтр Листер, мой несостоявшийся наставник, только услышав предложение своей помощницы, хмуро посмотрел на меня и грозно ответил:

— А если леди сознание потеряет или не дай Единый, вывернет её прямо здесь? Лэра Тана, заберите у леди Ковентри накопитель, и…

Мэтр перевёл взгляд на меня, и в его уставших глазах промелькнула такая досада, что я решительно ответила ему, не отпуская взгляд:

— Я справлюсь, мэтр, и если мне станет дурно, я успею отреагировать. Нет повода беспокоиться.

Мэтр несколько секунд смотрел на меня, оценивая мой ответ, а после просто махнул рукой:

— Наверное, я слишком сильно устал, но да Единый с вами, леди Ковентри.

Так я встала рядом с лэрой, слушая её и самого целителя, исполняя всё в точности, как и было велено.

Здесь не было званий и титулов, и мэтр поставил меня в известность:

— Ни на какие мои слова здесь, во время исцеления, не обижаться, леди Ковентри. Надо будет, сокращу и ваше имя, будете отзываться на «леди». Ну, что, лэра Тана, этого можно отвозить и брать следующего. Пока готовите его, я отдохну пару минут.

Мэтр ушёл за ширму, сел в кресло, откинувшись на спинку и закрывая глаза, и быстро затих.

Следующего привёз дюжий помощник, хмуро кивнувший лэре, и, забирая уже прооперированного пациента, не стал задерживаться.

Внутри меня всё просто бурлило от страха сделать что-то не так, от неприятия того, что я увидела, когда мы приступили к очищению ран перед работой целителя.

Когда я уверено применила очищающее заклятье малой формы, лэра покачала головой и объяснила:

— Э, нет, так и вы долго не протянете, а целители и мы, помощники, иногда часами на ногах стоим. Вот закончится у вас магия, источник будет пуст, и что делать прикажете? Магию мы с вами, леди, будем экономить. По капле там, по капле здесь, и только, если нет другого выхода. Слушайте и запоминайте. Берёте зелье, капаете… Да, печать очищения накладываете сейчас... Эх, что же она у вас такая кривая?.. Ладно, больше практики и каждое ваше движение станет отточенным, поверьте моему опыту... а теперь сюда...

Через полчаса я даже втянулась, меня перестала раздражать манера общения мэтра Листера и лэры Таны, ещё через час я с непривычки так уставала, что даже очередной раненый воина с развороченной грудной клеткой не стал для меня поводом сразу же лишиться сознания.

К нам в лекарню довезли очередную порцию раненых, которых полевые лекари и целители просто вводили во временный стазис, потому что такие раны в полевых условиях было сложно лечить.

Всё упиралось в конечность источника.

Лэра Тана сжалилась надо мной, когда у меня начали дрожать руки.

— Это всё в непривычки, и только. Эмоции, переживания, вы истратили моральные и физические силы. Пока перерыв, пойдёмте, я выведу вас и вы отправитесь спать.

Только я начала что-то говорить, как метр, снова ушедший за ширму, подтвердил слова своей помощницы:

— Всё верно говорил лэра, у неё опыт с моими неоперившимися птенчиками-целителями огромный. Это я старый и циничный мастер, который забыл уже, каково это — сочувствовать, сопереживать. Здесь, пока целю, я просто инструмент. Так легче, леди Ковентри. Ступайте и отдыхайте. А лучше примите снотворное зелье и ложитесь спать. Так просто, думаю, вы не заснёте, слишком много переживаний. Обычно я новичков не допускаю до подобных операций, здесь теперь почти полевые условия. Ладно, что-то я разворчался. Ступайте, леди, отдыхайте, завтра поговорим, завтра такого бардака уже не будет. Надеюсь…

Когда мы вышли из палаты, в коридоре, и правда, стало поспокойнее. Лэра Тана снова завела меня на склад и буквально силой впихнула мне стакан с водой и тремя каплями снотворного зелья, что я привезла.

— Пейте, у вас хватит времени привести себя в порядок и лечь спать. Без зелья вы точно не заснёте.

Оба, и мэтр, и лера Тана были правы. Оставшись одна, я начала вспоминать некоторые моменты, и мне становилось дурно, а ведь я сдержалась, хотя поначалу боялась жутко. Боялась я всего: и сами раны, и ответственности, когда каждое твоё действие может привести к фатальным последствиям, и самой атмосферы, бесконечный поток раненых, сменяющихся на столе.

Кроме страха, во мне росло восхищение от действий самого мэтра. Ведь я так и не узнала до сегодняшнего дня, каков он был в действии, как филигранно владел магией, как умело накладывал печать за печатями, как его руки порхали над пациентом, а магические иглы или ножницы, а то и нити делали своё дело. Мэтр мог бы залечить всё чистой магией, не прибегая, пусть и даже к магическим, но костылям. Опять же, тогда метр не мог бы стоять несколько часов и целить очередного раненого. И так много часов.

Заснула я сразу, как только голова коснулась подушки, и мне ничего, абсолютно ничего не снилось. Мне выделили ту самую спаленку, выходящую в общую большую комнату, которую обычно занимал отец, под личное пользование. Я предлагала поставить небольшую кровать для лэры Марики, ведь она была незамужней девицей, но она сама отказалась. А на следующий день у нас в зельеварне, на втором этаже, где находились раненые, проживали мы, зельевары, и часть служащих лекарни, случился скандал.

Я встала рано, хотя накануне так устала, что и сама не заметила, как заснула. Ощущение опустошения магического источника полностью пропало, а ещё я ощущала удивительный подъём. Похоже, именно применение моего дара целительства так быстро прокачивало мой резерв. Обрадовавшись этому факту, со свежими силами я отправилась помогать мастеру Корвину в приготовлении нужных для лекарни зелий. Уж основы и одно-дву-составные лекарские зелья нужны были всегда, в больших количествах и тоже требовали времени и сил. Сам мастер Корвин запретил мне делать что-то, кроме них: