«Или я идиот, или Виндстоун попросту забыл, что разговаривает с ребенком, — появилась у меня мысль, — Если бы он знал о моей природе, то уже сдал Отделу Тайн, а не рассказывал о прозе жизни здешних одаренных. Или я чего-то не понимаю?»
— Что ж, — вздохнул я, когда волшебник закончил свою речь, — Мне остается только поблагодарить вас за предоставленный мне шанс.
— Сделаете это… позже, — усмехнулся Виндстоун, поднимаясь из-за стола, — Я же предпочту вас покинуть.
Проследив за уходящим волшебником, я закрыл книгу и направился к мадам Пинс. Женщина, увидев как я подхожу к ней, поинтересовалась:
— Уже закончили, мистер Поттер? Что-то, вы сегодня рано.
Покачав головой, я произнёс:
— Не самая приятная литература, знаете ли…
— Так зачем же вы взялись изучать столь серьёзный материал? — фыркнула женщина, — Или не рассчитали свои силы?
— По распоряжению декана, — пожал я плечами, — Ему виднее, как вы понимаете.
— Ох, да, — сочувственно кивнула мадам Пинс, — Руководителям всегда виднее, что должны делать их подчинённые. Даже если речь о преподавателях и студентах.
— Кстати, — вдруг решил я прояснить только пришедший в голову вопрос, — А эта книга… Как давно она в библиотеке? И кто её сюда внёс?
— Кхм… Эта? — покосилась на детище Патреона женщина, — Мистер Виндстоун и принёс. Примерно, за неделю до того, как вы за ней пришли.
«Вот это новость! — ошеломленно подумал я, — А декан-то ещё тот хитрец! Как изящно всё провернуть! Не удивлюсь, если и сама книжка содержит изрядное количество сюрпризов.»
— Тогда, вы не поможете мне развеять мой недостаток знаний? — спросил я у мадам Пинс, пока она записывала дату и время очередной сдачи книги.
— Конечно, помогу, мистер Поттер, — улыбнулась женщина, — Что вас интересует?
— Что вам известно о Патреоне Темном?
Бросив на меня взгляд, женщина покачала головой:
— Ничего, мистер Поттер. О таком волшебнике мне не известно ничего достоверного, сверх того, что написаное в этой книге. На текущий момент, она является наиболее полным источником информации из всех существующих, — едва я открыл рот, чтобы начать задавать следующие вопросы, как мадам Пинс, продолжила, — Однако, учитывая то, что мне известно о темных семьях и волшебниках, что предпочитают черпать силу во Тьме, сомневаться в достоверности данного труда у меня нет причин. К тому же, сам факт существования Патреона Темного является реальностью. Этот маг действительно входит в число долгожителей и несколько веков назад, собрав своих последователей, создал для собственных нужд целый остров, где и проживает по сей день. С другой стороны, биография и труды Патреона считаются достаточно спорной темой, вызывающей вопросы даже у Блэков. А они, как вы понимаете, на сегодняшний день являются наиболее квалифицированными специалистами Британии в тёмной магии и работе с Тьмой.
— Вот как, — вздохнул я, — Что ж, благодарю вас. Вы мне очень помогли.
— Не стоит, мистер Поттер, — усмехнулась библиотекарь, — К слову, раз уж вы стали подвергать сомнению достоверность некоторых книг, хочу заметить, что мистер Виндстоун предоставил библиотеке не только это, — кивнула женщина на «Тьму и её адептов», — Но и другие материалы. Всего, порядка сорока книг различных годов издания. Все они, включая прочитанный вами труд, разрешены Министерством, хоть и обладают как возрастным, так и магическим ограничением. Например, любые источники, касающиеся темной магии, разрешено предоставлять лишь тем студентам, что уже обладают связью с Тьмой. Аналогичная ситуация касается и тех направлений, что тесно связаны со Светом. Значительная часть этой литературы заменила порядком устаревшие труды, находившиеся в библиотеке Хогвартсва. Например, того же Сириуса I Блека, который в былые годы внёс существенный вклад в развитие магии в целом и её темного направления в частности.
— А какие ещё есть направления? — поинтересовался, понимая, что подошел к весьма интересному и более чем важному пласту информации, — И сколько их всего?
— Ох, мистер Поттер, — приложила ладонь к щеке Пинс, — В былые века направлений были сотни. Сейчас… Давайте сосчитаем. Тьма, Свет, четыре стихии, Хаос, Время и Пространство, хоть их многие и пытаются разделять на отдельные составляющие. Это основополагающие Первосилы, что в наши дни доступные смертным, — пояснила женщина, — Раньше ещё были Жизнь, Смерть и Геена. Последняя, к слову, так и осталась доступна сквибам — демонологам. Однако, из-за того, что они теперь полностью под контролем Ватикана, мы считаем данное направление магии утеряным. Ещё были так называемые Прядильщики Судеб, работавшие с вероятностями и невероятностями событий, предметов и явлений, но что с ними стало — не известно. Атлантида попросту исчезла, спровоцировав данным фактом достаточно глобальные катаклизмы. Провидцы, но… Сложно сказать способны ли они именно к вмешательству в реальности и грядущие события. То, что подобные мастера способные буквально читать будущее, события и участвующих в них личностей — факт. Беда в том, что Провидцы — крайне редкие мастера. Да и афишировать подобные способности попросту опасно. Очень уж много тех, кто решит поставить себе на службу их возможности.
— Очень интересно, — кивнул я, сопоставив слова Пинс с тем, что чувствовал и видел у «Гренадеров Честера».
Моя интуиция оказалась права. Кто-то из «бойцовых девиц» Джима является провидицей. Да ещё и достаточно сильной, чтобы видеть не просто размытые образы, а вполне конкретные детали. И не спонтанно, а целенаправленно используя свой дар. Так они меня и вычислили.
Ко всему прочему, сейчас мне окончательно стало ясно, что библиотеку крепости придётся изучить куда более дотошно, уделяя внимание не только сугубо прикладным направлениям, необходимым «здесь и сейчас». Как оказалось, более фундаментальные знания в этом мире могут быть не менее полезны даже в качестве оружия.
Между тем, библиотекарь и не думала останавливаться, продолжая свой рассказ?
— Сноходцы, что могли проникать в чужие сны, меняя разумы и тела своих жертв по своему усмотрению… Собственно, сразу всех и не вспомнить, мистер Поттер. Магия и её проявления, невероятно разнообразны. Вы сейчас лишь начали познавать её, — улыбнулась женщина, — В действительности, мало кто смог полностью изучить хотя бы пару направлений, поскольку каждое из них содержит множество разветвлений. Например, если вы вздумаете в дополнение к Тьме наладить связь с одной из стихий, например, с Огнём, то сможете развиваться не только двумя путями сразу, но и создавать некие… Назовем это, совмещениями. Так вот, одним из примеров такого совмещения является Черное Пламя. Пусть это и сугубо боевая практики, мастером которой являлся Грин-де-Вальд, но она требует глубочайших познаний как в темной магии, так и в магии Пламени.
Слушая мадам Пинс я всё больше убеждался, что об этом мире знаю преступно мало. Можно сказать, ничтожно мало. А, ведь, знания под носом. Целая библиотека. Мне же, из-за существующих проблем, приходится довольствоваться жалкими кусочками мозаики картины здешнего мироздания. Столь печальная ситуация может стать причиной проблем в будущем. Возможно, фатальных.
Впрочем, кто сказал, что информация о прошлом не может содержать в себе ключей для дверей в будущее? Изучая биографии выдающихся личностей можно узнать не просто некие вехи их жизни, но и достаточно большой объем и вполне практических сведений.
— Скажите, а от всех этих людей, что работали с вероятностями или снами, хоть что-то осталось? Кроме исторических документов? Да и сами книги об этом периоде истории Земли хотелось бы узнать немного больше.
Покачав головой, Пинс сняла очки и, растерев переносицу, произнесла:
— Чтобы вы понимали, мистер Поттер, всё куда сложнее, чем нам всем хотелось бы. Те же маги времени практически выродились. Единственные известные в наше время волшебники Британии, что обладают возможностью взаимодействовать с пространством и временем — Лавгуды. Однако, будем откровенны, шансов на то, что Ксено женится повторно и обзаведется уже сыновьями, крайне мало. Он далеко не юн, классическое целительство на членов семьи Лавгуд, в силу особенностей их дара, действует слабо, а темные направления… Едва ли он жаждет оказаться в Азкабане. К тому же, все волшебники, что обладали подобной силой, изрядно отличались от остальных как в восприятии мира, так и в своей логике. Если вы понаблюдаете за его дочерью, Луной, то поймёте о чем я говорю.
