Вокруг вышки раскинулся кластер зданий — угрюмый бетонный бункер с узкими щелями окон и сорванной дверью, наполовину засыпанной землёй. Стены покрывали чёрные разводы копоти, а крыша зияла провалами, будто кто-то выгрыз куски бетона. Чуть дальше виднелись ангары автопарка — их ворота, покорёженные временем, чернели пустыми пастями, а внутри угадывались ржавые скелеты платформ и россыпь обломков. В стороне стояла диспетчерская башня, невысокая, с обвалившейся верхушкой и болтающейся лестницей, которая скрипела на ветру.

Но дальше, за станцией, рассыпались руины. Каменные колонны, изъеденные ветром, торчали из земли, как выбитые зубы гиганта.

Дейн толкнул дверцу квик-кара, та скрипнула, как обиженный зверь, и выбрался наружу. Холодный ветер ударил в лицо. Он поправил шляпу и бросил взгляд на Сайджеда, который возился с багажником.

— Будь ты на месте Гроуле, где бы устроил тайник? — спросил Краут, оглядывая мрачный пейзаж.

Сайджед выпрямился, хлопнув крышкой багажника, и кивнул в сторону руин, протягивая Дейну потёртый фонарь.

— Там, — коротко бросил он, зажигая свой фонарь. Луч света дрогнул в его руках, осветив бледное лицо.

Дейн хмыкнул, щёлкнул кнопкой фонаря — тот загорелся тусклым жёлтым светом — и кивнул.

— Ладно, допустим, ты прав. Пошли, посмотрим, что там за чертовщина.

Они двинулись вперёд, шаги хрустели по песку и мелким камням. Руины раскрылись перед ними во всей красе — остатки храма или театра, давно поглощённые временем. Колонны, покрытые выцветшими резными узорами, стояли криво, некоторые обломились у основания, будто подрубленные исполинским топором. В центре руин зияла лестница, уходящая под землю. Лестница вывела их в узкий коридор. Стены, шершавые и холодные, были испещрены граффити — грубые рисунки, кривые символы и надписи, вырезанные чем-то острым. "Здесь был Орик", "К чёрту корпорации!", "Беги, пока можешь".

— Очаровательно, — проворчал Дейн, проведя пальцами по выщербленной поверхности.

Сайджед осветил фонарём дальний конец коридора, нахмурившись.

— Если Нира что-то тут спрятала, любой бродяга мог это найти, — заметил он, и в голосе сквозило сомнение..

— Посмотрим, — отрезал Краут, шагая вперёд.

Коридор плавно расширялся, и вскоре они оказались в просторном зале. Потолок уходил вверх, теряясь в тенях, но трещины на нём намекали, что он может рухнуть в любой момент. Пол усеивали каменные обломки, стены покрывала копоть, а граффити здесь были ещё гуще — от непристойных рисунков до выцветших ругательств. Дейн остановился, оглядываясь. "И что нам искать?" — мелькнула мысль.

— Сканируй, — бросил он Коде, парящему у плеча.

Конструкт издал короткий писк и поплыл вдоль стен, освещая их тонким лучом. Сайджед водил фонарём по углам, хмуро щурясь.

— Честно говоря, не верю, что тут что-то есть, — пробормотал он, пнув камешек носком ботинка. — Это место — проходной двор.

Дейн уже собирался согласиться, — но тут Кода издал резкий, пронзительный визг, зависнув у одной из стен.

— Нашёл что-то? — Краут круто развернулся, шагнув к конструкту.

Кода направил луч на кирпич, почти незаметный среди хаоса граффити. Дейн и Сайджед подошли ближе, фонари осветили стену. На камне проступал рисунок — простой, но чёткий: песочные часы, а под ними кривая ухмылка, нацарапанная грубыми штрихами.

Сайджед наклонился, прищурившись.

— Это ещё что?

Дейн провёл пальцами по символу, ощущая холод камня и неровности линий.

— Знак Лукавого Дуа, — негромко сказал он, и в голосе его мелькнула тень удивления.

Историк выпрямился, вскинув бровь.

— Думаете…

— Нира оставила его, — ответил Краут, не отрывая взгляда от стены.

Он надавил на кирпич ладонью, сначала легко, потом сильнее. Ничего. Сайджед открыл рот, явно собираясь съязвить, но не успел — из глубины стены донёсся низкий, протяжный скрежет. Где-то в камне зашевелились древние механизмы, шестерни заскрипели, пробуждаясь от векового сна, и пол под ногами слегка дрогнул.

— Что за… — Сайджед попятился, чуть не выронив фонарь.

Глухой удар эхом отозвался в зале, будто тяжёлый замок щёлкнул, отпираясь. Стена задрожала, пыль посыпалась с потолка, и камни медленно, с натужным скрипом, начали раздвигаться, открывая тёмный проход.

Дейн отступил на шаг, положив руку на кобуру, и бросил взгляд на Сайджеда.

— Кажется, мы нашли, что искали.

За тайной дверью открылся узкий коридор, уходящий вглубь земли. Дейн повестил фонарём — луч выхватил из мрака неровные стены и ушёл вперёд, растворяясь в тенях.

— Идём, — бросил он через плечо, шагнув в проход. Сайджед шумно выдохнул, будто собираясь с духом, и двинулся следом, бормоча себе под нос:

— Ну конечно, куда ж я денусь…

Лестница под ногами была древней — каменные ступени, стёртые временем, крошились под ботинками, покрытые тонкими нитями плесени и серой пылью. Воздух здесь был сухим, почти колючим, пахнущим чем-то странным. Сайджед шёл чуть позади, касаясь стены рукой.

— Интересно, как далеко вниз уходит лестница? — пробормотал он, скорее себе, чем Дейну.

Краут не ответил. Он заметил, что коридор был чище, чем верхний уровень — ни граффити, ни мусора, только голый камень да тишина, нарушаемая их шагами. Лестница вскоре вывела их в просторную комнату.

Стены, сложенные из кирпичей, покрывали древние фрески — не грубые царапины бродяг, а настоящие картины, слегка выцветшие, но всё ещё завораживающие своим мастерством. На панно вырисовывались фигуры в длинных, струящихся одеждах, их лица, обращённые к потолку, выражали смесь благоговения и страха. Руки тянулись к центру композиции, где на высоком троне восседала женщина. Её взгляд был холодным, почти ледяным, а голову венчал высокий убор, похожий на корону из острых шипов. В руках она сжимала скипетр и что-то похожее на звезду, вырезанную из камня.

— Ну и ну… — выдохнул Сайджед, замерев на месте. Его фонарь дрожал в руках, луч метался по фреске, выхватывая детали. Глаза историка загорелись, как у ребёнка, нашедшего сокровище.

Дейн скользнул взглядом по изображению, потом повернулся к Сайджеду, прищурившись.

— Это тоже от предыдущих поселенцев осталось?

Сайджед покачал головой, не отрываясь от фрески, и провёл пальцами по краю одной из фигур.

— Нет, — ответил он. — Это намного древнее.

— Отлично, — буркнул Дейн, скрестив руки. — Кода, сканируй.

Конструкт пискнул и поплыл вдоль стен, методично освещая каждый участок. Сайджед открыл было рот, явно собираясь рассказать об увлекательном прошлом этой планеты, но тут Кода издал короткий, резкий сигнал и завис у одной из стен.

— Нашёл что-то? — Дейн шагнул к конструкту, направив фонарь туда же.

Луч Коды упёрся в ряд кирпичной кладки, и на трёх кирпичах проступили знакомые знаки: песочные часы с кривой ухмылкой — эмблема Лукавого Дуа. Только теперь их было три, разбросанных по фреске.

Дейн нахмурился, водя фонарём между символами.

— Странно…

— Это загадка, — сказал Сайджед, отступив на шаг и склонив голову набок. Он прищурился, разглядывая стену, будто перед ним была шахматная доска.

Фреска изображала сцену аудиенции у царицы. Перед ней выстроились послы в одеждах разных стилей. Каждый держал дары — корзины, сундуки, свёртки. Но знаки Лукавого Дуа были вырезаны только под тремя из них.

— Надо нажать в правильном порядке, — уверенно заявил Сайджед, кивнув самому себе.

Дейн покосился на него с лёгким скептицизмом.

— Уверен?

— Не до конца, — честно признался историк, пожав плечами. — Но попытка не пытка. Сомневаюсь, что здесь есть ловушки… Надеюсь на это.

Он подошёл к фреске, провёл рукой по камням и остановился у первого посла — того, что нёс всего одну корзину. Нажал. Раздался тихий щелчок, словно что-то внутри стены встало на место. Сайджед кивнул и шагнул к следующему — посол с двумя сундуками. Ещё один щелчок, чуть громче. Наконец, он надавил на третий камень — под фигурой с целой горой даров, сваленных у ног.