В его шее торчало несколько метательных ножей.
— Вы меня разочаровываете. Некоторые представители низких рангов больше меня пугали, чем вы, — сказал его трупу охотник за головами, переводя взгляд на до сих пор не предпринимающего никаких действий стражника. — Чего? Испугался?
— Нет. Жду, когда ты возьмёшь в руки меч, — последовал лаконичный ответ.
— Странно. Думал, что цель боя — это убийство, — напрягся Криз, подходя к стонущей фигуре с мечом в спине. — Ты жива? Забавно.
Не успела мастер дотянуться до своего копья, как он повторил удар уже в нужном месте, обрывая её жизнь.
— Смерть врага лишь результат. Процесс мы вольны выбирать сами, — сообщил ему глава фракции стражников. — Или ты думаешь, что у тебя резко появились шансы от того, что эти два человека недооценили низкого по рангу воина?
— Ты сделал то же самое, — парировал мужчина, шагая к нему расслабленным шагом. — Я сохранил энергию для своей техники, это просто великолепно.
— Уверен? — улыбнулся старик, после чего демонстративно закрыл глаза. — Я просто готовился к тому, чтобы удивить такого наглеца, как ты.
Криз инстинктивно отошёл, видя, как вокруг меча стражника начал сгущаться ветер, а позади собрались небольшие завихрения из песка.
— Высшей формой для любого гладиатора является не количество техник или прожитых лет сражений, — торжественным тоном объявил Вик. — А лишь одно. Умелая казнь. Один удар, после которого ничего не остаётся. Идеальное владение собственным оружием. Впрочем, я сомневаюсь, что ты способен это понять, мальчишка.
Давление по всей арене росло, пока ветер сменил свой цвет на зеленоватый. Охотник за головами упрямо стоял на месте, лишь крепче обхватывая свой собственный клинок.
— Думаю, что именно я и способен понять, — прошептали его губы.
Пока остальные сражающиеся ошеломлённо смотрели на создаваемый главой фракции стражников вихрь, разбегаясь прочь, Криз тоже закрыл глаза. Он оказался в зале, где часто медитировал и черпал энергию. Подойдя к чаше, мужчина заглянул внутрь.
Там было не так много крови.
— Мне нужно больше.
Мужчина поднял голову, смотря прямо в пульсирующий шар, который после устроенной им бойни так и не восстановился в размерах, но день за днём прибавлял в массе. Протянув туда руку, он ощутил обжигающий холод, что начал перетекать через конечность во всё его тело. Но человек не остановился, продолжая дальше погружаться внутрь.
Его голова начала сильно болеть, стоило шару медленно спуститься ниже, но Криз терпеливо продолжал тянуть на себя. Проклятие, которым одарила его Крон, стало способом преодолеть человеческие пределы за счёт всех ресурсов его тела и того, что было за гранью возможного.
— Мне будет очень больно потом. Может не выживу даже, — хмыкнул Криз, открывая глаза обратно.
Их взгляды встретились.
— Старик, позволь мне показать и мой лучший удар, — выкрикнул охотник за головами, сжимая меч крепче.
Глава фракции стражников наблюдал за тем, как по красной стали пробежали набухающие чёрные молнии. Через несколько мгновений внешность Криза начала меняться, приобретая вид скрюченной фигуры в балахоне. А клинок в руках стал немного удлиняться, изгибаясь, словно испорченная версия косы.
— Невероятно, — подумал стражник, а затем побежал вперёд. — Тебя надо убить сейчас, чтобы больше никто не мог посягать на мою власть в Малой Арене.
В отличие от него, Криз даже не шевельнулся, ожидая столкновения, чтобы выпустить всю накопленную ярость. Когда лезвие меча старика было возле маски, мужчина отпустил шар. В его глазах потемнело, но тело при этом действовало самостоятельно.
Все остальные зрители, коих собралось очень много, узрели лишь большое песчаное завихрение, а затем волну отдачи, ставшую потоком ветра, сбивающего всех с ног и забивающего острым песком глаза и ноздри. Многие начали кашлять, а другие пугливо разбегаться прочь.
Криз, до крови прикусивший язык, смотрел прямо в глаза старика, что стоял прямо перед ним. Их клинки столкнулись друг с другом, и никто больше не шевелился. Лишь когда песок улёгся обратно, а люди смогли вернуться на свои места, голова главы фракции стражников начала медленно съезжать, после чего покатилась по песку прямо под ноги Криза.
— Получилось, — мелькнуло в голове мужчины, но при этом двигаться он не спешил. — Если дёрнусь, сам умру. Чёрт, как же холодно.
Озноб лишь увеличивался, предвещая чудовищную отдачу после использования навыка. Мало того, что ему пришлось принять удар воина высочайшего ранга Малой Арены на себя, так ещё и собственная сила грозила развалить тело на части. Из носа Криза пошла кровь, стекая по губам вниз.
Он услышал, как люди на трибунах кричат от ужаса, тыча пальцем куда-то в сторону. Любопытство оказалось сильнее риска, и Криз очень медленно повернулся в сторону, осматриваясь. И поражённо застыл вновь.
На жёлтом кругу арены не осталось никого живого. Некоторых людей впечатало в стену волной стражника, а другие фонтанировали кровью, пока их головы покоились около их коленей. Перед глазами мужчины потемнело от осознания только что произошедшего столкновения.
Он совершил осторожный шаг вперёд. Это чуть не стало его фатальной ошибкой, ибо его ориентация в пространстве оказалась слишком нарушена, и человек чуть сам не рухнул следом за остальными. Сплюнув кровь под ноги, Криз упрямо продолжил движение к выходу, игнорируя шум вокруг себя.
Охотник за головами знал, что уязвим как никогда. Но никто больше не рисковал нападать на человека, убившего такое количество людей за столь короткий срок. Трескун, который наблюдал за боем, как и остальные, выглядел смертельно бледным, дрожащими руками удерживая в руках горсть монет.
— Ну… что? — прохрипел Криз. — Неплохо, да?
— Будь ты проклят, ублюдок, — прошептал ему в ответ стражник. — Ты понимаешь последствия своих действий? Уничтожил целую фракцию и лишил другую главы. Тебе не жить.
— Я и не собираюсь оставаться в пределах Малой Арены, — бросил ему в ответ Криз, опираясь о каменную стену туннеля к выходу. — Или я не заработал тринадцатый ранг по-твоему? Кто вообще эту чушь с плюсами придумал?
— Заработал, — согласился Трескун. — Но репутация… Скажем так, не буду портить тебе впечатления о процессе перехода. Уж поверь, такому уроду, как ты, понравится.
— Урод? — Криз кое-как поднял руку, снимая с себя маску. — Посмотри в мои глаза и повтори это вслух, Трескун.
Стражник было поднял голову, но затем быстро опустил обратно. Выдержать жуткий оскал человека перед ним было невозможно.
— Уходи, — сказал он по итогу. — Переход можно будет сделать только завтра с утра. Нужно обновить реестр, а глобальные записи делаются только после полуночи.
— Понятно, — кивнул ему охотник за головами, возвращая маску на лицо. — Прощай, ты был неплохим человеком, но слишком трусливым.
— Может быть, — прошептал стражник, смотря в точку перед собой. — Но я хочу жить в достатке и умереть в тепле. Тебе такой судьбы пожелать не могу, но прощай. Больше мы не увидимся, Возмездие.
Криз плёлся по главной улице в сторону Борделя, стараясь не потерять сознание. Его мысли все были сосредоточенны вокруг одного — движения.
— Это стало возможным только из-за техник Селин, — анализировал ситуацию он.— Только тренировки и постепенный рост внутренней силы. Однако… Это была лишь Малая Арена? Почему легенды про чудесный город великих воинов не содержал абзаца про магию и загадочных эльфов?
Для него волшебство было выдумкой, что родители рассказывают детям перед сном. Даже сам факт перехода через великую пустыню не считался воином чем-то странным. Тогда он верил в естественное происхождение подобного. Даже факт наличия других миров не особо смущал простого охотника за головами. Но последующие факты, странные зелья, руины древних королевств эльфов и чудеса перемещения песчаных копий. Это всё нельзя было назвать естественным.