— Хорошо, — кивнула я, чуть приободрившись. — Осталось решить, что делать со всем остальным…

Мы замолчали, думая каждый о своем.

Я тихо ненавидела Кайрена. Так ненавидела, как не ненавидела никого в жизни своей! Я была готова пойти и самолично убить его сейчас. Проткнуть шпагой засранца казалось мне невероятно хорошей идеей, тем не менее, я остужала свой пыл как могла.

«Давай, думай, — велела я себе. — Чего он добивался?»

Тут все было ясно как божий день. Он хотел выставить Истара чудовищем. Убить меня его руками. Он, гад такой, наверняка разнюхал, что вампир пьет только мою кровь. Возможно, подлил мне что-то в вино в надежде, что Истар просто-напросто убьет меня при следующей кормежке. Ну или выпьет до дна и обратит вампиршей.

Это выглядело бы очень уместно. Как акт ревности.

А еще я могла, в чистой теории, поцарапаться или подраться где-нибудь на приеме. А может быть даже мне с этим бы помогли. Если бы Истар бросился на меня при всех, это сыграло бы Кайрену на руку.

И даже если бы все кончилось благополучно, нашлась бы куча свидетелей того, как Истар, пусть и кратковременно, потерял над собой контроль. Наверняка Кайрен бы воспользовался страхом этих свидетелей, да того же несчастного возницы, и раздул скандал. Истара бы увезли в тюрьму, исследовали биографию, а там его бы ждал бесславный конец. И никого бы не озаботило то, что обративший его вампир был ублюдком, а Истара опоили, чтобы он взбесился. Все улики к тому времени бы пропали.

«Охрененный план, — подумала я, испытывая мрачное восхищение чужим, извращенным гением. — Такой изящный, что и не придерешься. Да что там… самому вампирскому божеству пришлось вмешаться, чтобы все кончилось мало-мальски благополучно. И как… как бороться с этим невероятно умным злодеем?»

Надо было ехать к матери. Советоваться. Что-то решать. Одна бы я не справилась. Этот человек был несомненно очень хитер, раз придумал что-то подобное.

— На самом деле, — неожиданно подал голос Лаур, — у меня есть одна идейка, что нам делать. Только она тебе совершенно не понравится, Аэ…

— Говори, — уверенно кивнула я.

— А давай обратим меня в вампира, — ошарашил меня эльф.

У нас с Азаром вытянулись лица.

— И как нам это поможет? — раздраженно уточнила я. — Брось, Лаур, ты бредишь.

— Я думал, что смогу сбежать от отца, если ты опечатаешь меня, — пожал плечами Лаур. — Но он, видно, решил, что если нет госпожи, то нет и проблем. А если я стану вампиром — то он уж точно разочаруется. Разочаруется же?

Он болезненно фыркнул и потер переносицу.

— Во имя чистого зимнего неба, легче было бы вообще умереть, — простонал он. — Могу я просто исчезнуть с лица земли, чтобы никто больше не пострадал из-за меня⁈

— Боюсь, тогда твой отец устроит геноцид или стравит Тиар’Эльна и Тиар’Мелин, — хмыкнула я. — Отомстит за сына. Почему он вообще так зациклен на том, чтобы у тебя все было правильно? Просто прихоть маньяка?

— Это — последняя воля моей покойной матери, — у Лаура опустились уши. — Я ее совсем не знал, она умерла при родах. И велела отцу хорошо заботиться обо мне. Он часто мне об этом напоминает, если честно. Мол, чтобы о тебе твоя мать подумала?

— Хорошее оправдание для убийства людей, — фыркнула я и отвернулась. — А о смерти и становлении вампиром забудь. Я не дам тебе на эмоциях уничтожить собственную жизнь.

— Да, она дело говорит, — поддержал меня Азар. — Это только кажется, что со всеми нами все в порядке. Но вампиров не просто так считают проклятыми. Нам совсем не здорово живется.

Мы замолчали, думая каждый о своем. Чтобы отвлечься, я опустила руку в воду, в которой лежал Истар. На вид она выглядела вполне обычной, но на ощупь это была весьма странная штука. Она обволокла руку будто масло, но когда я достала ее, пальцы были совершенно сухие.

— Что, заинтересовались слезами луны? — с улыбкой человека, наблюдающего за глупым ребенком, спросил Азар. — Интересно стало, что течет в жилах вашего возлюбленного?

— Простите, — я виновато убрала руку, поняв, что, по сути, вздумала плескаться в крови вампиров. — Забылась на фоне стресса. Мда… прошу прощения за богохульство.

— Мы не относимся к этому так серьезно, — пожал плечами Азар. — Да к тому же, ваш интерес понятен. Вы потеряли много крови. Не удивительно, что вас тянет макать в слезы луны руки, она хорошо спасает от анемии, даже если ее не пить. Так что я напротив, рекомендовал бы вам продолжать.

Я помешкала, а потом сунула в странную жидкость руки до самых локтей. Осмотрела аккуратные пальчики с ровным маникюром.

Первое время в новом мире, когда я смотрела на свои новые руки, они казались мне чужими. Так бывает, когда кардинально сменишь прическу — смотришься в зеркало, и кажется, будто что-то не так. Но теперь я уже настолько привыкла к новому телу, что не испытывала от него ни малейшего дискомфорта.

«Будь на моем месте прошлая Аэлрия, она бы наверное скандал закатила, — подумала я. — Оттаскала бы за уши Лаура, потом нагрубила его отцу, устроила бы полный трындец всем причастным. Сэли говорил, что она была довольно благородной девушкой, несмотря на склочный характер. Да уж… в этом плане я от нее сильно отличаюсь. Может, я и обожаю порядки Тиар’Мелин, может, я и нравлюсь местным больше нее, но мне однозначно не хватает этого огня…»

Подумав так, я, неожиданно для себя, испытала не стыд или горечь, а нашла в себе силы вытащить руки из воды и подняться на ноги.

— Аэ? — озадаченно посмотрел на меня Лаур. — Ты чего?

— С тех пор, как мы уехали с приема, прошло совсем немного времени, — сказала я. — Там должны были начаться представления наемных артистов, которые продлятся до заката. Пусть главные виновники торжества благополучно смылись, эльфийки не упустят шанса хорошо перемыть нам кости. Вряд ли они все разъехались. Да и твой отец не уедет до конца, соблюдая приличия. Ну, я, по крайней мере, на это надеюсь.

Я наклонилась, забирая из бассейна со слезами луны две серебряные стрелы.

— Возница все еще ждет у входа, — сказала я. — Сейчас я опять напрягу этого парня. Мы поедем обратно, а как только я прибуду на место, я наброшусь на твоего, Лаур, отца. Даже если мне не удастся на месте доказать, что он меня опоил, я хотя бы первая нанесу удар.

— Боюсь, это плохой план, — покачал головой Лаур. — Все просто подумают, что это — обычная твоя истерика. Всего-то. Поверь мне, не все верят в то, что ты изменилась. Без доказательств тебя просто обзовут неадекватной…

— В теории доказательства есть, — остановила его я. — И они находятся прямо на месте. Азар, скажите, а можно как-то определить, подсыпали ли тот порошок в вино?

— Да, — кивнул Азар, вставая вслед за мной на ноги. — Я отправлюсь с вами и покажу наглядно. Вам могут не поверить, если вы поедете одна, но как главный жрец луны в столице я имею хоть какой-то вес. Потом, если будет нужно, я подтвержу все что скажу и сделаю под сывороткой правды в сыскном доме. В этой непростой ситуации я — целиком на вашей стороне.

— Это бессмысленно, — покачал головой Лаур. — Наверняка все улики уже убрали. Бокалы помыли и…

— Точно! — чуть не подскочила на месте я. — Бокалы! Лаур, мы так углубились в общую канву того, что случилось, что даже не подумали о том, как враг все это провернул! Как вообще твой отец угадал, какой я бокал возьму?

— К слову, об этом, — сказал Азур, — пусть ваши болячки поджили, но я все еще ощущаю, и очень остро, запах приправленной порошком крови. И не один, а два.

Мы уставились на него ошарашенно. Потом переглянулись.

— Вино ведь с вашей домашней винокурни, — напомнила я. — Так… зачем твоему отцу было запариваться с тем, чтобы отравить всего один стакан? Если состав не имеет ни запаха, ни вкуса, его куда легче было подмешать во все вино на банкете. И опоить сразу всех, оптом.

— Ох, господин Азар, а насколько это вообще опасно? — ошарашенно уставился на старого вампира Лаур.

— Ну, положим, вы кажетесь мне сейчас довольно вкусными из-за вашего сладкого запаха, — сказал он с мягкой улыбкой. — Если бы я не был таким старым, то непременно постарался бы подлизаться к вам, сделать вид, что голоден, и попросить об услуге. Что до молодых вампиров, даже запах ваших болячек вскружил бы им голову, и они могли бы попытаться напасть на вас двоих.