Когда девочки поняли, что это сделано для них, они простили мне мою избирательность. Висели на мне, целовались, обнимались, чуть не задушили и не раздербанили мое платье на сувениры. Была у местных девочек мода воровать бантики и подбирать потерянные украшения своих взрослых кумиров. А уж когда эти малявки узнали, что я собираюсь напечатать им в типографии «розовые билетики», благодаря которым их любимые мальчики смогут единоразово попасть в сад в строго определенный для этого день, ооооо. Истару пришлось брать дело в свои руки, иначе бы я точно оглохла от их восторженных визгов.

Короче, идея прижилась, и первые две недели балдели и маргаритки, и их мальчики. Я не стала ставить к ним няньку, вместо этого у входа стояли стражники. Причем, им было разрешено заходить внутрь только в крайних случаях, а внутри за порядком следить назначались дежурные среди девочек.

Но тут нашлись новые обиженные. Соседские аристократки, узнав о моей инициативе, ужасно оскорбились от того, что их драгоценных сыновей никто не позвал! Пришлось писать письма с извинениями, а потом рассылать розовые билетики их отпрыскам. И намекать непрозрачно, что следующие билеты придется покупать.

Инициатива была очень хорошей, всем понравилась. Матушка вообще назвала меня гением и сказала, что я далеко пойду в последнем письме. Да вот только не ожидала я, что из-за этого на меня свалятся настолько большие объемы работы. Открыли мы сад Смеющихся Маргариток месяц назад, а количество писем увеличивалось в геометрической прогрессии. Благо, у меня хотя бы были Лиса и Лиля, которых я могла привлечь к посильной помощи.

— Ох, это просто тихий ужас, — сокрушалась я за завтраком. — Вот, девочки, давайте советоваться. Меня завалили возмущенными возгласами по поводу того, что я больше не набираю фрейлин! Мол, все самые лучшие возможные партнеры — только для своих! А я что? Я понимаю, что если дам волю этим людям, то вас в этом саду набьется, как яблок в бочке для маринования!

— А если устроить очередь? — осторожно предложил Истар.

— Думала я об этом уже, — вздохнула я. — Оскорбятся. Особенно оскорбятся, если в очереди будут не только сыновья знатных родов, но и простолюдины — с простыми мальчишками часто приходили их сестры! Для этих девочек завести знакомство с аристократками порой единственный путь получить в будущем хорошую работу, вот я и закрывала на их приходы глаза. Даже напротив, можно сказать поощряла!

— Госпожа Аэлрия, — привлекла мое внимание Лисохвост, — а что если строго ограничить количество людей в саду и сделать отдельные очереди для каждого, скажем так, класса?

Я задумалась. Лисохвост вообще была умничкой и вела себя зачастую куда более зрело, чем другие девочки. Будто только притворялась ребенком, а на деле была вполне себе взрослой.

Идея была хорошей, и я принялась выкладывать перед собой фрукты и ягоды на тарелке, составляя примерный план.

— А что, неплохая идея, — сказала я. — Можно напечатать разных билетов. И устроить два дня вместо одного в неделю. В один день будете отдыхать вы, наши фрейлины, со своими мальчиками и пятью-шестью приглашенными юношами. А в день для чужих — предлагать на продажу десять билетов для девочек и двадцать для мальчиков. Причем, два женских билета оставлять для талантливых простолюдинок, и пять мальчишечьих — для талантливых и красивых простых юношей. Пускай умные ребятки тоже наверх проталкиваются, чего плохого?

— Госпожа очень благородна, — хмыкнула Лилия, — и удивительно терпима к представителям других рас и кровей. А не будут эту парочку простолюдинок обижать?

— Пускай только попробуют, — отмахнулась я.

— О! — буквально подпрыгнула на месте от хорошей идеи Лисохвост. — А почему бы не давать двум гостьям из простолюдинок выбрать, кому подарить билеты бесплатно на следующую встречу? Да, немножечко застратно, но зато мы их таким образом оградим от издевательств и пренебрежения. Напротив, с ними все будут хотеть подружиться.

— А почему именно две простолюдинки? — озадачилась Лилия, а потом хлопнула себя по лбу. — Ну ведь точно! Чтобы им было не страшно!

— Верно, — кивнула я. — А идея Лисы мне очень сильно нравится. Два-ноль в ее пользу.

— Ах! — возмутилась Лилия. — Отстаю…

Она задумчиво потерла подбородок, уши у нее принялись шевелиться от мысленного напряжения. Эта эльфийская особенность просто сводила меня с ума! Шевелящиеся ушки, что может быть более умилительным⁈

— А что если заодно иногда устраивать соревнования по владению шпагой? — неожиданно предложила она.

— Вау, это очень здорово, — пришла в восторг Лисохвост. — Хорошая идея, к тому же, новая.

— Да, и правда можно попробовать, — кивнула я.

— А еще, — усмехнулась Лилия, почувствовав себя увереннее. — Можно приглашать на встречи девочек их кумиров. Всяких знатных дам, примеры для подражания.

— Это ты предлагаешь, чтобы с любимой писательницей познакомиться, — показала ей Лисохвост кончик языка.

— Ух, — кончики ушей Лилии порозовели. — Предательница.

Они уже хотели шутливо поругаться, как часто бывало во время завтраков, да только неожиданно в дверях показался посыльный. Я озадаченно уставилась на парня, явившегося в сопровождении одного из стражников. То был симпатичный белокурый эльф со стрижкой каре, облаченный в белую сорочку с кружевом, шорты на подтяжках, черные гольфы и остроносые светлые туфли. Через плечо висела сумка-почтальонка.

Я уже видела подобных юношей. Так выглядела почти вся прислуга королевы Мелуарии. Надо сказать, что у старой извращенки были своеобразные вкусы.

— Что-то случилось? — напряженно спросила я.

Парень учтиво поклонился, а потом, покопавшись в сумке, достал для меня письмо.

— Доброго утра вам, госпожа Тир’Фаэль, — учтиво сказал он. — Ее величество велела передать вам это письмо лично в руки и подождать, когда вы напишете ответное.

Испытывая нехорошее предчувствие я распечатала конверт. Внутри, что удивительно, оказалась не стандартная открытка с яблоневым деревом, символом королевы и гербом Тиар’Мелин. Нет, королева неожиданно прислала красивую личную открытку, явно нацеленную на то, чтобы мне понравится. На ней была изображена луна, звездочки, и летящая по небу умильная, пушистая летучая мышь с большими ушами.

Я с улыбкой показала эту прелесть Истару. Тот смутился, а девочки разулыбались. Вампиров и здесь сравнивали с летучими мышами, так что намек был понятен.

— Что пишет? — осторожно спросил Истар. — Надеюсь, ничего плохого?

Я глянула на текст.

«Драгоценная моя гостья из иного мира».

Я тут же напряглась. Я знала, что матушка все Мелуарии рассказала, но не думала, что она начнет так подчеркнуто обращаться ко мне в своей первой открытке. как к иностранке. Плохое предчувствие усилилось и я принялась читать дальше. Исписана открытка была вдоль и поперек, Мелуарии еле-еле хватило места.

'Драгоценная моя гостья из иного мира.

У меня для тебя плохие новости. Как бы я не старалась, а мне не удалось уговорить короля клана Тиар’Эльна снять Лаурэанта с поста посла. К сожалению, улик, подтверждающих его вину, слишком мало. Единственное, чего мне удалось добиться, это проверки при помощи сыворотки правды.

Проверка будет проводиться сегодня днем на нашей территории. Буду присутствовать я в качестве обвинителя и советник короля со стороны Тиар’Эльна в качестве адвоката. Обо всех результатах я сообщу тебе завтра.

Искренне твоя, королева Мелуария.

p.s. Дорогая, зная что ты еще плохо ориентируешься в наших порядках, я намекаю прямо. Если ты в свой сад моих драконят юных не пригласишь — я обижусь'.

Я вздохнула с некоторым облегчением.

С одной стороны — плохо. Мама спала и видела чтобы Лаурэанта сняли с должности. Про Истара я вообще молчу — он на бывшего муженька Аэлрии зуб точил с момента, как тот убил его сестру. Я же эльфа скорее побаивалась, видя в нем гору ненужных мне на новом месте проблем.

— Ну, что там? — уточнил Истар.