Эмилия постояла секунду, глядя ему вслед, а потом развернулась и зашагала к автобусной остановке. Дождь усилился, и зонт выворачивало наизнанку от порывов ветра. Она спряталась под козырьком остановки, достала телефон и открыла письмо от студии ещё раз, перечитывая строчки, которые ночью казались сном.

«…Ваш проект высоко оценён руководством Grey Group. Мистер Грей лично выразил заинтересованность в сотрудничестве. Встреча назначена на сегодня, 10:00, бизнес-центр «Кристалл», офис 1408. Пожалуйста, подтвердите участие».

Мистер Грей лично выразил заинтересованность. Это могло означать что угодно — от дежурной вежливости до реального шанса. Но одно Эмилия знала наверняка: если она хочет выбраться из той ямы, в которой оказалась после развода, ей придётся быть сильной. Такой, какой она была до замужества. Такой, какой она стала, когда осталась одна с ребёнком на руках и поняла, что никто не придёт спасать.

Автобус подъехал, скрипя тормозами. Эмилия поднялась в салон, заняла место у окна и прислонилась головой к холодному стеклу. За окном проплывали серые улицы, мокрые от дождя, и она вдруг подумала: сегодня всё обязательно получится. Не потому, что она верила в чудеса — она давно перестала. А потому, что другого выхода у неё не было. Она должна доказать — себе, Ричарду, всему миру — что справится. Что её сын вырастет в доме, где нет места унижению и страху. Что она, Эмилия Харт, тридцати двух лет, разведённая мать, способна на большее, чем просто выживать.

Автобус свернул на проспект, и впереди показалось стеклянное здание бизнес-центра, отражающее хмурое небо. Эмилия выпрямилась, поправила воротник блузки и сделала глубокий вдох. Она не знала, что ждёт её за дверью офиса 1408. Не знала, что человек, которого она увидит через час, перевернёт её жизнь с ног на голову. Не знала, что за внешним холодом и властью скрывается мужчина, который однажды станет для её сына больше, чем просто незнакомцем.

Но что-то внутри — то самое упрямое, что помогло ей выжить после развода, — подсказывало: сегодняшний день изменит всё. И, возможно, не только её жизнь.

Она вышла на остановке, раскрыла зонт и зашагала к стеклянным дверям, чувствуя, как дождь барабанит по куполу, словно отсчитывая последние секунды перед тем, как судьба сделает свой ход.

Глава 2. Мистер Совершенство

Дождь, казалось, решил испытать Эмилию на прочность именно в тот день, когда меньше всего хотелось выглядеть растерянной и жалкой. Пока она шла от автобусной остановки к стеклянным дверям бизнес-центра «Кристалл», ветер дважды вырывал зонт у неё из рук, а на перекрёстке мимо промчалась машина, обдав её брызгами из придорожной лужи. Эмилия посмотрела на тёмные пятна на светлой блузке, вздохнула и мысленно произнесла короткую молитву всем известным ей силам, чтобы сегодняшняя встреча прошла без катастроф. Она не верила в приметы, но в последние годы жизнь научила её одному простому правилу: если утро началось с разбитой чашки, жди неприятностей. И всё же она упрямо шла вперёд, потому что отступать было некуда.

В холле бизнес-центра пахло дорогим кофе, свежей полировкой и чужим успехом. Высокие потолки, мраморные полы, строгие охранники за стойкой — всё здесь говорило о деньгах и власти, той самой власти, от которой Эмилия три года назад сбежала, даже не забрав с собой хрустальную вазу, подаренную Ричардом на годовщину. Она поправила воротник блузки, проверила, на месте ли папка с эскизами, и уже собиралась подойти к лифтам, когда телефон в сумочке завибрировал снова. На экране светилось сообщение от няни: «Эмилия, простите ради бога, у меня температура, я не смогу сегодня забрать Ноа из садика. Может быть, вы найдёте кого-то?»

Эмилия остановилась посреди холла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Садик закрывался в шесть, а встреча с мистером Греем назначена на десять. Даже если она успеет провести переговоры за час, дорога до сада займёт не меньше сорока минут, и это при условии, что автобусы не встанут в пробке. Она лихорадочно перебрала в памяти всех знакомых, кому можно было бы позвонить, но список был пугающе коротким: соседка тётя Валя уехала к дочери, коллега Оливия сама сидела с двумя детьми, а просить Ричарда означало выслушать очередную порцию упрёков и, скорее всего, получить отказ. Оставался один вариант — тот самый, который она всегда старалась держать в резерве на крайний случай.

Она набрала номер садика и, стараясь говорить спокойно, объяснила ситуацию. Воспитательница, добрая женщина с усталыми глазами, вздохнула и предложила компромисс: Ноа может побыть в садике до пяти, но не позже, потому что после пяти начинается генеральная уборка и детей оставлять нельзя. Эмилия поблагодарила её, положила трубку и посмотрела на часы. У неё было ровно два часа, чтобы провести встречу, которая должна была решить её судьбу, и успеть за сыном. Два часа, чтобы доказать этому мистеру Грею, что она профессионал, а не женщина, которая не может организовать собственный день. Она сделала глубокий вдох, расправила плечи и направилась к лифтам, мысленно уговаривая себя не паниковать.

Офис 1408 находился на четырнадцатом этаже, и пока лифт поднимался, Эмилия рассматривала своё отражение в зеркальной панели. Тёмные волосы, собранные в строгий пучок, карие глаза, в которых читалась решимость пополам с усталостью, и блузка, которая после утреннего происшествия выглядела далеко не так безупречно, как хотелось бы. Она попыталась стереть пятно влажной салфеткой, но добилась только того, что ткань намокла и стала ещё заметнее. «Ну и ладно, — подумала она. — Если этому Грею нужен идеальный внешний вид, пусть ищет модель из журнала. А мне нужно работать».

Двери лифта открылись, и Эмилия шагнула в просторный коридор, отделанный светлым деревом и стеклом. Секретарь за стойкой — молодая женщина с безукоризненной укладкой и голосом, которым, казалось, можно было заморозить воду, — попросила её подождать в приёмной. Эмилия села в кожаное кресло, положила папку на колени и попыталась сосредоточиться на эскизах, но мысли упрямо возвращались к Ноа. В пять часов за ним нужно было ехать, а значит, встреча не могла длиться дольше часа. Она уже начала продумывать, как вежливо сократить презентацию, когда в коридоре послышались шаги — быстрые, уверенные, словно человек, который шёл по этому зданию, знал каждый его угол.

Дверь кабинета открылась, и на пороге появился мужчина в тёмно-сером костюме, который сидел на нём так безупречно, словно был сшит на заказ у лучшего портного города. Высокий, с широкими плечами и тёмными волосами, в которых уже пробивалась седина на висках, он смотрел на неё холодными серыми глазами, и в этом взгляде не было ни капли тепла. Эмилия поднялась, протянула руку и произнесла:

— Здравствуйте, мистер Грей. Меня зовут Эмилия Харт, я дизайнер интерьеров. Спасибо, что согласились встретиться.

Он пожал её руку коротко, без лишних церемоний, и жестом пригласил в кабинет. Внутри было просторно и строго: тёмный стол, стеллажи с папками, огромное окно с видом на город, который сейчас тонул в серой дымке. На столе стояла чашка кофе, рядом лежал раскрытый ноутбук, и Эмилия вдруг поняла, что этот человек не привык тратить время на пустые разговоры. Он сел напротив, сложил руки на столе и произнёс ровным, ничего не выражающим голосом:

— У меня есть час. Расскажите, почему я должен выбрать ваш проект, а не десяток других, которые лежат у меня в почте.

Эмилия открыла папку, стараясь не обращать внимания на то, как дрожат пальцы. Она заговорила о концепции, о том, как важно создать пространство, в котором люди будут чувствовать себя дома, а не в выставочном зале, о цветах, материалах, освещении. Она говорила быстро, но уверенно, и постепенно голос её обрёл ту самую силу, которая помогала ей выживать в самые трудные дни. Александр слушал, не перебивая, и в его глазах что-то менялось — медленно, почти незаметно, словно лёд, который начинает таять под первыми лучами солнца. Когда она закончила, он откинулся на спинку кресла и произнёс: