И где-то глубоко внутри она понимала, что это только начало. Что впереди ещё будут испытания, и, возможно, самые трудные. Но сейчас, глядя на мужчину, который чистил картошку на её кухне и смеялся над шутками её сына, она была готова поверить, что счастье возможно. Даже для неё. Даже после всего, что было.

Глава 15. Женщина из прошлого

Приглашение на благотворительный вечер пришло за неделю, и Эмилия отнеслась к нему с той же настороженностью, что и к первому приёму. Александр на этот раз не присылал официальных писем и не ставил условий — он просто спросил, пойдёт ли она с ним, и в его голосе была та мягкая настойчивость, которая заставляла её соглашаться даже тогда, когда здравый смысл требовал обратного. Вечер устраивал фонд поддержки детских больниц, и Эмилия подумала, что это, по крайней мере, достойное дело, а не очередная демонстрация богатства и власти.

Платье на этот раз она выбрала сама — тёмно-синее, скромное, но элегантное, — и когда Александр увидел её, в его глазах промелькнуло что-то, от чего у неё перехватило дыхание. Он не сказал комплиментов, не рассыпался в восторгах, просто смотрел на неё несколько секунд дольше, чем требовалось, и этого было достаточно.

— Вы готовы? — спросил он, предлагая руку.

— Готова, — ответила Эмилия, хотя внутри всё сжималось от предчувствия.

Вечер проходил в старинном особняке, который когда-то принадлежал купеческой семье, а теперь использовался для приёмов и выставок. Залы были украшены гирляндами и живыми цветами, на сцене играл струнный квартет, официанты разносили шампанское и закуски. Эмилия держалась рядом с Александром, и он представлял её как дизайнера проекта, что вызывало у окружающих вежливый интерес.

Первые два часа прошли спокойно. Эмилия познакомилась с несколькими инвесторами, поговорила с женщиной-архитектором о новых материалах, даже обменялась визитками с представителем фонда. Александр был рядом, но не довлел, не контролировал каждый её шаг, и это было приятно. Она начала расслабляться, начала верить, что вечер пройдёт без неприятных сюрпризов.

Но ближе к концу, когда Александр отошёл к группе мужчин, обсуждавших что-то деловое, к Эмилии подошла женщина. Высокая, элегантная, в чёрном платье, которое, казалось, было сшито на заказ у лучшего портного города, она держалась с той уверенностью, которая даётся годами светской жизни. Её волосы были уложены в идеальную причёску, а на лице играла улыбка, которая не затрагивала глаз.

— Эмилия Харт, если не ошибаюсь? — произнесла она, останавливаясь рядом. — Я Маргарет Уинстон. Мы с Александром давние знакомые.

— Приятно познакомиться, — ответила Эмилия, стараясь говорить ровно.

— Взаимно. — Маргарет оглядела её с головы до ног, и в этом взгляде было что-то, от чего Эмилия почувствовала себя неуютно. — Я слышала, вы работаете над проектом на Набережной. Говорят, у вас талант.

— Спасибо. Стараюсь.

— Александр всегда умел находить талантливых людей. — Маргарет сделала глоток шампанского. — И талантливых женщин. У него был отличный вкус. Особенно в отношении Виктории.

Эмилия почувствовала, как внутри всё сжимается. Она знала это имя, знала историю, но слышать его из уст незнакомой женщины, которая явно хотела что-то доказать, было неприятно.

— Я слышала о ней, — сказала она осторожно.

— Не сомневаюсь. Александр не любит об этом говорить, но мы, его друзья, помним. Виктория была особенной. Не просто красивой — она была… — Маргарет помолчала, подбирая слово. — Она была светом. Понимаете? Когда она входила в комнату, всё становилось ярче. Александр был другим с ней. Живым. Смеющимся. А потом её не стало, и он словно окаменел.

Эмилия молчала, не зная, что сказать.

— Я не хочу вас расстраивать, — продолжила Маргарет, и в её голосе появилась фальшивая участливость. — Но я вижу, как он смотрит на вас. И я думаю, вы должны знать: он никогда не сможет забыть Викторию. Она была его первой любовью, его невестой, его будущим. А вы… — Она сделала паузу, и её улыбка стала почти сочувственной. — Вы просто женщина, которая оказалась в нужное время в нужном месте. Не обижайтесь. Я говорю это не со зла.

Эмилия почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она хотела ответить резко, хотела сказать, что не нуждается в непрошеных советах, что её отношения с Александром — не её дело. Но слова застряли в горле, потому что где-то глубоко внутри уже шевелился червячок сомнения. А что, если Маргарет права? Что, если она действительно просто замена? Что, если Александр видит в ней не её саму, а тень той, кого потерял?

— Спасибо за откровенность, — сказала она наконец, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Но я предпочитаю судить о наших отношениях по поступкам Александра, а не по чужим словам.

Маргарет подняла бровь, словно не ожидала такого ответа.

— Что ж, — произнесла она, — возможно, вы правы. Но будьте осторожны. Александр Грей — не тот мужчина, который умеет любить дважды.

Она кивнула и отошла, оставив Эмилию стоять с бокалом в руке и чувством, будто её только что ударили под дых. Она попыталась найти глазами Александра и увидела его в другом конце зала, разговаривающего с каким-то мужчиной. Он улыбался, но эта улыбка была вежливой, дежурной, и Эмилия вдруг подумала: а часто ли он улыбается по-настоящему? И кому он улыбался так, как ей — в ту ночь на кухне, когда чистил картошку и смеялся над шутками Ноа?

Она сделала глоток шампанского, пытаясь успокоиться. Слова Маргарет не должны были её задеть. Она знала, что Виктория была важна для Александра, что он до сих пор её оплакивает. Но одно дело — знать это в теории, и совсем другое — слышать от посторонней женщины, которая явно наслаждалась своей ролью вестницы неприятных истин.

Когда Александр наконец вернулся к ней, Эмилия уже взяла себя в руки. Она улыбнулась, спросила, как прошёл разговор, и он ответил что-то про инвестиции и сроки, но она слушала вполуха. Её мысли были заняты другим: как спросить его о Виктории так, чтобы не выглядеть ревнивой дурой? И стоит ли вообще спрашивать?

— Что-то случилось? — спросил Александр, заметив её задумчивость.

— Нет. Просто устала. Здесь много народу.

Он кивнул, но в его взгляде осталось сомнение. Он не поверил.

Домой они ехали молча. Эмилия смотрела в окно, на проплывающие огни города, и думала о том, что Маргарет, возможно, права. Что она, Эмилия, — просто женщина, которая оказалась рядом. Что Александр никогда не сможет полюбить её так, как любил Викторию. И что рано или поздно он поймёт это сам.

Когда машина остановилась у её подъезда, Александр вышел, открыл ей дверцу и проводил до крыльца, как всегда. Но на этот раз он не ушёл сразу, а стоял, глядя на неё с той серьёзностью, которая всегда пугала её.

— Эмилия, — сказал он тихо, — я знаю, что сегодня кто-то с тобой говорил. Я видел, как ты изменилась в лице после разговора с Маргарет. Что она тебе сказала?

Эмилия подняла на него глаза и вдруг поняла, что не может лгать. Не после того, как он был с ней честен.

— Она сказала, что ты никогда не сможешь забыть Викторию. Что я просто оказалась в нужное время в нужном месте. Что ты не умеешь любить дважды.

Александр закрыл глаза на секунду, и в его лице что-то дрогнуло — не гнев, не раздражение, а усталость, словно он ждал этого разговора и боялся его.

— Маргарет любит вмешиваться в чужие дела, — произнёс он наконец. — Она была подругой Виктории и до сих пор считает, что имеет право решать, как мне жить дальше.

— Но она права? — Эмилия смотрела на него, и в её глазах стояли слёзы. — Ты действительно не сможешь забыть её? И я всегда буду второй?

Александр взял её за руки и притянул к себе.

— Послушай меня внимательно, — сказал он, и его голос был твёрдым, но в нём была и та нежность, которую она так любила. — Я никогда не забуду Викторию. Это правда. Она была частью моей жизни, и я не собираюсь делать вид, что её не было. Но это не значит, что я не могу любить тебя. Это значит, что я умею любить не вместо, а после. И если ты думаешь, что ты для меня просто замена, то ты ошибаешься. Ты — не она. Ты — это ты. И я выбрал тебя не потому, что ты похожа на неё, а потому, что ты другая. Потому что с тобой я чувствую себя живым.