— Ну, — произнёс Ричард, садясь напротив, — что за срочность? Я думал, мы всё выяснили в прошлый раз.

— Мы ничего не выяснили. — Александр смотрел на него холодно. — Я пришёл сказать тебе одну вещь, и ты меня внимательно выслушаешь.

— О, как официально. — Ричард усмехнулся, но в его глазах промелькнула тревога. — Слушаю.

— Я знаю, что это ты организовал статью. Знаю, что ты встречался с Кларой Винсент и заплатил ей за то, чтобы она написала ложь об Эмилии. — Александр говорил ровно, не повышая голоса, но в каждом слове была угроза. — Я также знаю, что ты задолжал людям, которые не любят ждать. И я знаю, что ты пытаешься использовать Эмилию и Ноа, чтобы решить свои проблемы.

Ричард побледнел, но быстро взял себя в руки.

— Это всё домыслы. У тебя нет доказательств.

— Есть. — Александр достал из кармана телефон и положил на стол. — Записи встреч. Показания свидетелей. Банковские переводы. Достаточно, чтобы передать это в полицию и в несколько изданий, которые очень любят истории о недобросовестных отцах, использующих собственных детей в корыстных целях.

Ричард молчал, и в его глазах боролись страх и злость.

— Чего ты хочешь? — спросил он наконец.

— Я хочу, чтобы ты держался подальше от Эмилии и Ноа. — Александр подался вперёд. — Я хочу, чтобы ты прекратил свои игры. Я хочу, чтобы ты исчез из их жизни так же быстро, как появился, и не напоминал о себе ни звонками, ни статьями, ни шантажом. Если ты это сделаешь, я не буду передавать доказательства в полицию. Если нет — я уничтожу тебя. Это не угроза. Это обещание.

Ричард смотрел на него долго, и в его взгляде было что-то, что Александр не сразу смог распознать. Не страх. Что-то более опасное. Отчаяние.

— А если я скажу, что у меня есть кое-что на тебя? — произнёс он тихо. — Кое-что, что может заинтересовать не только полицию, но и твоих инвесторов.

Александр напрягся, но не подал вида.

— О чём ты?

— О Виктории Блейк. — Ричард усмехнулся, и в этой усмешке была та самая злость, которая делала его опасным. — Я знаю, что ты до сих пор не знаешь, кто её убил. И я знаю, что ты боишься, что это может повториться. Так вот, у меня есть информация, которая может тебе помочь. Или навредить. Зависит от того, как ты себя поведёшь.

Александр почувствовал, как внутри всё сжимается. Он не знал, блефует Ричард или говорит правду. Но одно он знал точно: если Ричард действительно что-то знает о Виктории, это может быть ключом к разгадке её смерти.

— Говори, — произнёс он.

— Не так быстро. — Ричард откинулся на спинку стула, и в его глазах появился блеск, который Александр ненавидел. — Сначала ты уничтожишь все доказательства, которые у тебя есть на меня. Потом заплатишь мне столько, чтобы я мог расплатиться с долгами. А потом я расскажу тебе то, что знаю.

— Ты торгуешься со мной, используя смерть женщины? — Александр сжал кулаки под столом. — Ты действительно настолько низко пал?

— Я просто пытаюсь выжить. — Ричард пожал плечами. — У каждого свои методы.

Александр молчал, чувствуя, как внутри борются ярость и холодный расчёт. Он мог бы встать и уйти. Мог бы передать доказательства в полицию и покончить с этим. Но если Ричард действительно знает что-то о Виктории, уйти означало потерять шанс узнать правду. А правда была важнее всего. Даже важнее мести.

— Я не буду платить тебе, — сказал он наконец. — И не буду уничтожать доказательства. Но я обещаю, что если ты расскажешь мне то, что знаешь, я не буду использовать это против тебя. В данный момент.

Ричард усмехнулся.

— Не очень щедрое предложение.

— Это лучшее, что ты получишь. — Александр посмотрел на него в упор. — И если ты откажешься, я уйду, и завтра твои долги станут проблемой не только твоей, но и тех, кто тебе их дал. Я слышал, они не любят, когда должники не платят.

Ричард побледнел. Упоминание о кредиторах было тем самым рычагом, который Александр искал.

— Хорошо, — произнёс он тихо. — Но сначала я хочу гарантии.

— Ты получишь моё слово. Это больше, чем ты заслуживаешь.

Ричард помолчал, словно взвешивая все за и против, а потом наклонился вперёд и заговорил быстро, словно боялся, что если остановится, то передумает:

— За несколько дней до аварии Виктория приходила ко мне. Она была напугана. Сказала, что узнала что-то важное о делах твоей компании и что если это выйдет наружу, то многие люди окажутся в опасности. Она хотела рассказать тебе, но боялась, что ты не поверишь. Или что тебе будет грозить опасность.

Александр слушал, и внутри у него всё холодело.

— Почему она пришла именно к тебе?

— Потому что я был единственным, кто мог ей помочь. — Ричард усмехнулся. — Я тогда работал в компании, которая конкурировала с твоей. У меня были связи. Она думала, что я смогу выяснить, кто стоит за махинациями.

— И что ты выяснил?

— Ничего. Я не успел. Через два дня её не стало. — Ричард помолчал. — Я испугался. Решил, что если начну копать, то окажусь следующим. Поэтому я ушёл из компании, сменил работу, попытался забыть. А потом встретил Эмилию и подумал, что смогу начать всё заново.

Александр смотрел на него и чувствовал, как ярость уступает место чему-то другому. Он не знал, говорит ли Ричард правду или пытается выторговать себе свободу. Но одно он знал точно: Виктория действительно что-то узнала. И это «что-то» было достаточно опасным, чтобы её убили.

— Кто был с ней в тот вечер? — спросил он.

— Я не знаю. Она не сказала. — Ричард покачал головой. — Но она упомянула имя. Грегори Миллер. Сказала, что он может быть замешан.

Александр почувствовал, как земля уходит из-под ног. Грегори Миллер. Его деловой партнёр. Человек, с которым он работал бок о бок много лет. Человек, который был свидетелем в деле о гибели Виктории и никогда не упоминал об этом.

— Ты уверен? — спросил он тихо.

— Уверен. — Ричард посмотрел на него с неожиданной серьёзностью. — Я не знаю, что именно она узнала. Но я знаю, что она боялась. И я знаю, что её смерть не была случайной.

Александр поднялся. Ему нужно было уйти. Немедленно. Пока ярость не взяла верх.

— Мы закончили, — произнёс он. — Я выполню свою часть сделки. Но если ты ещё раз приблизишься к Эмилии или Ноа, я уничтожу тебя. Это не пустая угроза.

Ричард кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то, похожее на облегчение.

Александр вышел из кафе и сел в машину. Он сидел, сжимая руль, и чувствовал, как внутри всё кипит. Грегори Миллер. Его партнёр. Его друг. Человек, которого он считал надёжным. Если Ричард не врёт, то Грегори знал о смерти Виктории больше, чем говорил. И, возможно, был к ней причастен.

Александр достал телефон и набрал номер Эмилии.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — сказал он, когда она ответила. — И это не телефонный разговор. Я приеду через час.

Он положил трубку и завёл машину. Впереди было много работы. Но теперь у него был план. И он не собирался останавливаться, пока не выяснит всю правду. Ради Виктории. Ради Эмилии. Ради Ноа.

Глава 20. Я справлюсь сама

Александр приехал через час, как и обещал. Эмилия ждала его на кухне, нервно помешивая чай, который давно остыл. Ноа спал, и в квартире было тихо — та самая обманчивая тишина, которая бывает перед бурей. Она не знала, что он собирается сказать, но что-то в его голосе по телефону заставило её насторожиться. Это было не просто «мне нужно тебе кое-что рассказать». Это было «я сделал что-то, что тебе может не понравиться».

Александр вошёл, снял пальто, повесил его на крючок у двери — привычным жестом, словно делал это сотню раз, — и прошёл на кухню. Он выглядел усталым, и в его глазах была та самая тяжесть, которую она видела, когда он говорил о Виктории.

— Садись, — сказала Эмилия, указывая на стул. — Ты выглядишь так, будто собираешься сообщить мне плохие новости.

— Не плохие. Но и не хорошие. — Он сел, сложил руки на столе и посмотрел на неё прямо. — Сегодня я встречался с Ричардом.