— Понимаю, — кивнул я. — Поэтому в сделку вы добавляете Пламенных и их отца — отпускаете и не пристаёте к ним так же, как ко мне и моей Лавке.

— «Демон! Бежим!» — Рейхт не выдержал и вскочил, резко повернувшись к окну.

Пинч проследил его взглядом, ухмыльнулся.

— Я готов принять твои условия. Но есть одна проблемка. — Он встал изо стола и подошёл к окну, поднял жалюзи. — Я человек подневольный и должен согласовывать некоторые решения со своими партнёрами и инвесторами. Ведь я ответственен и перед ними тоже.

Выглянув в окно, я увидел три машины: два красных джипа и белоснежный лимузин, из которого прямо сейчас выходил красивый, лучезарно-красивый мужчина в белом костюме. Он поднял голову, широко улыбнулся и пошёл в сторону дома.

Мне хватило одного его взгляда, чтобы почувствовать, как пол ушёл из-под ног, настолько странным и пугающим был этот взгляд.

Бедный же Рейхт потерял сознание и растёкся по стулу, едва с него не упав.

Кто же к нам пожаловал, что меня так трясёт от ужаса?

— Спасибо, что меня дождались, мастер Пинч.

Меня одновременно обожгло и обморозило: лицо горело огнём, а руки и ноги застыли, словно я опустил их в вёдра со льдом. Голос вошедшего мужчины был благозвучен и прекрасен. От его баритона вибрировала каждая клеточка тела, хотелось насладиться им, закрыв глаза. Фигура в белом костюме казалась идеальной, краше греческих статуй, при этом в ней не было излишества в виде мышц буграми и прочего «мяса». Лицо мужчины было симметричным, открытым, с высоким лбом и красиво очерченными губами — не слишком пухлые, не слишком тонкие, а в самую меру, чтобы подходить солидному мужчине.

У его ног женщины должны ложиться штабелями, моля проявить в ним внимание, а мужчины, поникнув плечами, покидать помещение или же заверять в вечной дружбе и поддержке.

Однако, несмотря на всю его красоту моё нутро кричало… нет, вопило, что я влип по полной и нужно сматываться, хоть в окно, хоть в Царство-за-снами.

Затравленно глянув на окно, я убедился, что оно сплошное, без ручки или форточки. Не выбраться. Плюс второй этаж… ну нет.

Тем временем мужчина подошёл ближе. Пинч встал его поприветствовать лёгким поклоном. Руки тот не протянул, но коротко кивнул, разрешая сесть. Рейхт не приходил в себя.

— Кого я вижу? — сказал мужчина и сел в кресло у стены и развалился так, словно это не простой стульчик, а царский трон. — Мастер Сновидец, вы успели натворить дел. Мастер Пинч успел рассказать и о ваших успехах, и о ваших, скажем так, — он блеснул белоснежной улыбкой во все три два винира, — условиях. Жаль, что вы не нашли общий язык.

Мой язык прилип к нёбу и не хотел отклеиваться. Я скосил взгляд на муху. Это не прошло незамеченным.

— Вижу вашему родственнику плохо. Вы, Сновидцы, всегда были плодовитыми. Как вы не путаетесь? — всё с такой же широкой улыбкой продолжал мужчина.

— Мы знаем друг друга по именам, — наконец выдавил я, и мужчина засмеялся.

— Где мои манеры, действительно. — Он резко стал серьёзным: — Зови меня мастер Фобос.

— Фобос… — повторил я. — Что ж, мне многое стало понятнее.

— И что же тебе стало понятнее, юный Сновидец? — в глазах Фобоса мелькнула алая искра.

— Почему стало плохо моему родственнику, — я кивнул на Рейхта. — Он очень впечатлительный и не любит кошмары.

Фобос презрительно посмотрел на растёкшегося Рейхта и махнул рукой. Молчун, стоявший в открытых дверях, подошёл и вынес моего друга в приёмную, после чего закрыл дверь.

— Теперь, когда нам не мешают посторонние, Сновидец, перейдём к делу.

Мужчина перестал улыбаться и теперь походил на какую-то хтоническую тварь с картин Босха, что вырывается из тени тёмного подвала, в котором мастер встречал своё безумие, и только внешне имеет схожесть с обычным человеком.

— Мне без разницы, что тебе предложил Пинч и что ты хотел у него выторговать. Вот тебе условия: завтра ты принесёшь половину шестерни от моей машины. Сделаешь это сам.

— А если не принесу? — сказал я, но он продолжил, проигнорировав мою фразу:

— Плюс отдашь свою машину в зачёт тех убытков, что понесла моя компания по твоей воле. Помещение и запас снов можешь оставить себе — мне не нужно, чтобы мастер снов остался без штанов сразу. А теперь иди отсюда, я закончил.

Он махнул рукой, словно я был мелкой сошкой, официантом в забегаловке, которую почтил сам король. Вдруг я почувствовал, как внутри меня поднялась волна.

— Зато я не закончил. Я пришёл сюда за своими людьми и не уйду без них.

Мужчина снова улыбнулся, только теперь в улыбке было не внешнее обаяние, а какой-то животный оскал.

— У тебя нет людей. Их души принадлежат мне. У тебя сутки на то, чтобы выполнить условия сделки и только в этом случае твоей мелкой лавчонке не придётся искать нового, более сговорчивого владельца.

Вокруг моего сердца крутилась целая грозовая туча, готовая ударить этого зазнавшегося урода молнией в любой момент. Что он себе позволяет? Совсем мастеров не ставит ни во что?

Я перевёл взгляд на мистера Пинча, и тот едва качнул головой. Туча внутри в мгновение рассеялась. Остался лишь едва заметный на уровне ощущений запах свежести, как после дождя.

— Это не сделка, — встал я со стула. — И вы не можете ничего мне сделать, как бы не пугали, Фобос, — продолжая опускать «мастер» ответил я, прислушиваясь к себе.

Мужчина в белом не изменился в лице.

— Тогда прямо сейчас я тебе покажу, что ждёт тебя и твою семейку, если не послушаешься, юный Сновидец.

Я не стал ждать его движения или приказа, а моментально отскочил к двери и дёрнул её на себя. На диванчике, на котором ещё буквально недавно сидел я, лежал завязанный собственными брюками Молчаливый. Судя по ало-синему кровоподтёку между глазом и виском, Рейхт саданул его что есть силы.

— «Вниз, быстро», — приказал муха, и я рванул вперёд под призывы мистера Пинча.

— «Не зря я выбрал тебя», — сказал я Рейхту, перепрыгивая ступеньки вниз.

— «Угу, меньше трупов будет», — неожиданно жёстко ответил Рейхт. — «Мы выходим».

Когда я спустился и пробежал через комнаты, увидел открытую входную дверь. За ней мелькнули тени уходящих друзей, и я улыбнулся, ускоряясь. Нам главное выйти за ограду, а там нас достать будет тяжелее.

Мой наивный план разрушило что-то вцепившееся мне в ноги. Уже падая, я повернулся и «увидел», а точнее почувствовал тёмный жгут из Царства-за-снами, что кровожадно присосался к моей щиколотке. А затем я рухнул на спину, выплёвывая из себя воздух, и меня засосало в Царство снов.

Родная вотчина, чтоб её. Самое время радоваться, ведь здесь мои возможности больше, чем у большинства людей. Вот только радости от этого было немного: кто бы мог подумать, что в этом поместье есть собственная машина снов, охраняющая своего мастера. И судя по окружающему меня убранству, мастером здесь был не Пинч, а Фобос, мастер кошмаров: я находился в какой-то тёмной и мерзкой пещере, на стенах, которой висели черепа и кости. Местами с кусками мяса.

В отличие от убежища моего прадеда, где пещера выглядела заброшенной и мёртвой, здесь все сияло «жизнью» создателя ужасов. Оглядевшись по сторонам, понял, что за спиной гладкая стена с кровавыми следами, будто кто-то пытался выцарапать ногтями путь обратно. Дорога вела вниз по коридору и пряталась за поворотом, из-за которого лился зеленоватый свет.

— Синий здесь выглядел бы более зловещим, — усмехнулся я сам себе, а потом мысленно позвал муху: — «Рейхт, вы выбрались?»

Ответом была тишина. Что ж, просто так проснуться из подобных снов практически невозможно, это же терапия кошмарами. Значит придётся пройти её от начала и до конца. Так что идём.

Я зашагал, рассматривая стены и пол. Страха не было, в отличие от того ужаса, что внушал Фобос вживую. Хотя, может так и задумано, чтобы усилить эффект дальше? Я остановился в задумчивости.