— Больше не мешаю! — крикнул я отцу Феодосию, откатываясь в сторону. В руки снова попытались вцепиться жгуты тьмы, но молнии, посыпавшиеся с меня, отогнали их в дальний угол.

Опять раздался рык человека, вошедшего в боевой раж, а затем треск. Вот этого я пропустить не мог, поэтому оглянулся посмотреть.

Хрясь! И демон реально развалился в руках монаха на две части, после чего истаял, как туман под лучами солнца.

В этот момент что-то вцепилась мне в пятку и уронило на пол, после чего потащило прочь. Исчадие! Недобитая лоза из темноты вернулась пока я отвлёкся и воспользовалась моментом.

От удара о пол из меня вышел воздух, я пытался вдохнуть, но грудь словно сжали тисками и скручивали дальше. Я потянулся к искре внутри себя и когда почувствовал покалывание, крикнул:

— Буря, спасай!

В ответ по помещению разнёсся рокот моря, которое пришло в бешенство и со всей своей яростью бросилось на берег. Посреди машинного зала закрутилось гигантское семиметровое колесо, сдувая ветром и сбивая молниями всё и всех.

— Что ты творишь⁈ — прорвался сквозь вой и грохот голос монаха, но машина ткнула его током и он заткнулся.

— Ха! — поддержал я Бурю, но та, не церемонясь, ударила током меня в ногу, от чего живой мрак отпрянул и испарился в следующем ударе молнии.

В машинном зале повисла зловещая тишина. Зато светло стало: лёгкий сумрачный свет с верхних окон наполнил помещение. Эх, середина дня, а уже так быстро темнеет.

В дальнем углу раздалось ворчание, и из-под пустой коробки с логотипом моих родителей появился монах.

— Сейчас будет ругаться, — предупредил Рейхт.

— Закрой уши, а то проклянёт, — успел вставить Линк.

— Ты совсем обалдел? — наконец выплюнул храмовник. — Ты бы ещё самого Морфея призвал ради такой мелочи.

— Не переживайте, отец Феодосий, — попытался я успокоить храмовника. — Морфею не до нас, он сейчас отдыхает.

Не помогло.

— Как ты собираешься восстановить Пути, если тратишь силы не на них, а на мелочь? Это как стрелять из пушки по… Даже не воробьям, а по их яйцам!

— Не нравятся мои методы — зовите Пинча, у него много и сил, и машин!

В ответ мне раздалось лишь возмущённое пыхтение.

— Ладно, испытание ты прошёл. Даже не запуская производство, — он хмыкнул сам себе. — Мало кто из мастеров снов сохранил в семье боевую подготовку.

— Пинч сохранил, — сказал я, устало вставая. Краткая схватка меня снова высосала.

— Откуда это знаешь? — прищурившись спросил монах.

— Да так, его сын рассказывал, — ушёл я от ответа.

— Надо будет его привлечь, — задумчиво протянул Феодосий.

— Это вряд ли. — Он удивлённо посмотрел на меня. — Он сейчас уедет, если уже не уехал. По делам. Плюс, у него фабрика, куча заказов, какие там бои с демонами? Кстати, получается, они не так уж и редко прорываются к нам?

Монах промолчал, посмотрел на место, где только что открывался прорыв, снова на меня.

— Прорывы случаются. Иногда, — наконец, ответил он. — И нам приходится их закрывать. Но я давно не видел, точнее никогда, чтобы мастера сами закрывали прорывы. В одиночку это невозможно.

— Невозможно, — кивнул Рейхт.

— Поэтому я удивлён, — продолжал монах. — Обычно вы вызываете нас, когда случается подобное, а в архивах Храма нет упоминаний о прорывах на вашей фабрике. Даже у Пинча бывало, но не у вас.

А вот это интересно. Нужно будет с Абрафо поговорить.

— Видимо мои предки справились как-то, — пожал я плечами, не уточняя, что прорыв был всего полтора дня назад и что тот же Пинч к этому отчасти причастен.

— Возможно, — монах постарался причесать бороду, но она не поддавалась, намагниченная электричеством. — В общем так, вы можете работать. Машина в отличной форме. А значит тебе нужно встать на Путь, как и всем предкам до тебя.

Он вздохнул.

— Жаль, что Храм не имеет доступа к Царству снов. Приходится направлять вас, — он протянул руку ко мне, словно хотел потрепать по волосам, но сдержался. — Я заеду к тебе ещё раз завтра, проверить состояние прорыва. Заодно может свои первые сны покажешь. Машина не должна простаивать. Вопросы есть?

— Да. Почему участились прорывы?

— Не участились. В принципе появились впервые за тысячу лет. И мы не знаем, — покачал он головой. — Мы молимся Морфею, ожидая ответов в наших снах, но пока он молчит. Нам остаётся только делать новые сны и надеется, что вы, мастера снов, не оплошаете на Путях. Кстати, сходи, проверь, как там ваша зона ответственности, подлатай по необходимости.

— Это может занять время, — аккуратно ответил я. — А мне ещё здесь на фабрике нужно кое-какие дела разгрести.

— Ну что поделать, — безразлично пожал плечами монах. — Моя работа — забота о душе и целостности реальности. А материальное — всегда в зоне ответственности самих мастеров. Так повелось испокон веков.

И, не прощаясь, он вышел, так и не попив кофе, что нам сделал Андрей. Я же залпом выпил обе чашки по очереди.

— Отлично, — хмуро сказал я. — Теперь мне нужно не только бизнес поднимать, но и Пути строить. — Что-то мне подсказывало, что восстанавливать там мало что осталось. — Может мне хотя бы кто-то подскажет, как это сделать?

Но даже мои мухи пожали плечами в ответ.

— Кстати, вы мне задолжали, — невинным голосом сообщила мне Ксения, когда я вышел в торговую часть.

Они с Андреем сидели у прилавка, пили чай и закусывали печеньем. Андрей молча протянул мне одну печенюшку.

— Напомните, что именно? Денежный перевод должен был пройти. Если нет, то будет завтра, в понедельник — банки иногда ленятся, — ответил я и прикусил сладость.

Вкусно и сладко. То, чего как раз не хватало.

— За это я не переживаю, — беспечно махнула она рукой. — Тем более я всегда могу сломать что-нибудь, если деньги не дойдут до адресата. — Она обворожительно улыбнулась, но при этом из глаз посыпались недобрые искорки.

— Не надо ломать, — вздохнул я. — На третий ремонт Бури уже не хватит — начнёт всех вокруг лупить молниями. Так что я забыл?

— Ужин, — легко ответила Ладная, вызвав у меня смех.

— С этим не заржавеет. В последнее время у меня что-то разыгрался аппетит.

Она кокетливо накрутила рыжую прядь на палец, но я не имел ничего такого ввиду — я действительно всё время хотел есть.

С другой стороны, кто будет против более близкого общения с красивой девушкой? Эх, возможно я сам — слишком неожиданный переход от ворчливого ремонта к кокетливому ужину. Ладно, с этим разберёмся чуть позже. Придержите демонов — я не успеваю всё и сразу!

— Завтра вечером, как смотришь? — предложил я.

— Я бы и сегодня сходила, но, если вы, начальник, заняты — наигранно протянула она.

— Сегодня только если пицца. На вынос, — приподняв бровь ответил я.

Ксения нахмурилась:

— Пицца — это не ресторан. Ладно, я поняла — завтра так завтра. Как раз успею доделать Бурю. Всё, перерыв окончен, — объявила она, возвращаясь к своему привычному поведению, встала и ушла в машинный зал, по дороге свалив грязную кружку в раковину в туалете. Не помыв.

— Ты что-нибудь понял? — спросил я у Андрея.

Тот покачал головой:

— У меня есть сестра, но некоторые их выходки я не понимаю до сих пор.

— У меня их три, но это тоже помогает далеко не всегда, — вздохнув, ответил я. — Ладно, расскажи, что у нас с остатками снов. Видимо придётся скоро заняться производством новой партии. Если я уж решил остаться в бизнесе.

Будет крайне обидно отвоевать машину у Пинча, а затем бесславно разориться из-за отсутствия продукции.

— Не только же ей воевать, да молнии пускать, — сказал я тихо вслух.

— Дементий, у меня возник вопрос.

Андрей смотрел на меня и лишь после кивка продолжил:

— Я не видел, как вы воюете, как вы сказали, с помощью Бури. Лишь немного видел молний, искр, слышал про некоторые другие ваши эксперименты со снами. Но в любом случае это нетипичное поведение машины! С каких пор они используются для таких целей? Ведь нас учили, что они для производства снов. А уже сны защищают нас от демонов и Царства-за-снами. Сны, а не машины.