Моя команда.

Глядя на них, я решил тоже немного прибраться. Взяв в руки щётку со склада, я начал подметать в машинном зале, а то за последние дни здесь сильно натоптали. Может тапочки ввести, чтобы не в уличной обуви ходить? А то задолбаемся грязь и слякоть отмывать.

Сметая всё в кучу, я подбирал куски картона, бумажки, крупную стружку, что затихарилась в углах после создания шестерёнок. Пустые и полупустые коробки стаскивал ко входу в зал, чтобы потом попросить парней вытащить.

Наконец я подобрался к дыре в полу. Всё не было сил и возможности заглянуть в неё и попробовать починить. Сейчас же, пока все были заняты делом, я опустился на колени и засунул туда руку.

Дна, действительно, было не достать. Вытащив руку, я засунул туда своё лицо и негромко сказал:

— У!

Звук растворился, как растворяется в большом пространстве, а не как в узком подполе.

— Странно. У-у-у! — уже громче крикнул я.

Ответом послужило эхо.

— Интересно. Это оно такое большое вширь или в глубину?

Я подозревал, что пустота могла быть сделана по техническим соображениям и тогда она идёт по этим самым соображениям на пол района, где стоят здания бывшей фабрики.

Зачем? Например, для коммуникаций, проводов, пожарных труб или даже подпольного сопротивления луддитам и прочим секстантам. Кто знает, что думали предки — если мне отец говорил не так много, то что умолчали деды и остальные?

Выйдя в коридор, попросил помочь отнести коробки на склад и на мусорник. Парни помогли, и мы быстро справились. Там же на складе я поискал среди инструментов фонари и нашёл один работающий. Судя по размерам лампы и весу, его дядя Нестор притащил прямиком с какого-нибудь линкора или хотя бы крейсера.

Поставив фонарь рядом с дыркой в полу, я включил его и направил вниз.

Луч света выхватил какие-то формы и объекты, причём, судя по прикидкам, на глубине метров десяти.

— Ничего себе, — протянул Линк. — А как это всё сверху держится? Тут же такой вес, — он указал на машину.

— Думаю там есть какие-то колонны и балки. Раз уж стоит крепко, — предположил Рейхт. — Нужно спуститься и посмотреть.

— Согласен, — кивнул я, поднимаясь. — Тем более, снаряжение у меня здесь.

Только дойти до него я не успел.

— Дементий, звонок! — крикнул Андрей из коридора.

— О, может мама едет, — обрадовался я. — Так, Линк, Рейхт, посмотрите издалека, что там, может увидите с помощью фонаря что-то интересное. Я постараюсь сейчас прийти.

Я сделал шаг и остановился.

— Хотя, вам лучше спрятаться — если мама увидит ещё двоих Дементиев, то у неё настроение совсем испортиться. А сейчас она мне нужна в полной сосредоточенности.

Парни-мухи кивнули и пошли в кабинет Пакхус. Я же добежал до ящика с телефонами, вытащил свой. На экране отображался неизвестный номер. Пожав плечами, снял трубку.

— Слушаю

— Ты совсем офигел? — заявил Абрафо. — Ты вообще с какого перепугу решил, что я к тебе приду?

Ну, по крайней мере он понял, куда я его приглашал.

Не ожидал, что мне будет так стыдно. Щёки горели, как и какой-то огненный шарик внутри диафрагмы. С другой стороны, может быть, внутри горела злость. Я-то думал, что всё ок, что всё продумал, а тут такой косяк.

— Извини ещё раз. Действительно по-идиотски вышло, — я неловко извинился в пятый раз и окунул нос в пенку латте, чтобы скрыть недовольство собой.

Абрафо сидел темнее демона и нарочито громко помешивал сахар в чашке с макиатто. Потом он вытащил ложку, положил её аккуратно на тарелочку, взял сахарницу и сыпанул в чашку ещё горсть белого порошка.

Я чуть не поперхнулся своим кофе, но Аб невозмутимо взял ложку и снова помешал. Только после этого он отпил.

— Исчадие! — Он скривился и отставил сахарный кофе подальше. — Переборщил.

— Ага.

Он посмотрел мне в глаза, вздохнул и отвёл взгляд. Нам обоим было некомфортно в сложившейся ситуации.

— Мне ещё раз извиниться? — глухо спросил я.

Абрафо пожал плечами:

— Вообще-то, это мне нужно извиниться. За отца. — Он поморщился, словно от зубной боли. — Ты же действовал исходя из интересов семьи. И защищал себя от прямого нападения. Так что — ты в своём праве был. Мне не на что обижаться.

Он грустно улыбнулся и подозвал официанта, чтобы тот принёс новую чашку. Парень, наш ровесник, кивнул и убежал к кофейному аппарату. Тут же зашумела паровая машина. Да уж, действительно переборщил. Я.

Когда я зачитывал свой договор Буре и машинам Пинча, я не просчитывал все последствия. Подстраховка и подстраховка: никто из команды Пинча не может приблизиться к моей Лавке. Я же не подумал, обстановка не располагала, так сказать, что Абрафо — это тоже команда его отца. Тем более он даже официально занимает должность оперативного директора.

Мой звонок для него выглядел издевательством, а всё потому, что он уже пробовал ко мне прийти.

— Я упёрся в невидимую стену, Демон! Изображал из себя мима с центральной площади, который застрял в выдуманной коробочке! Люди проходили и не могли понять: я прикалываюсь или действительно сошёл с ума?

Когда я в первый раз представил это во время встречи на следующий день, то не удержался и заржал. Однако увидев лицо друга, я понял, что переборщил. Да, это слово дня, однозначно.

— Я теперь не могу зайти в пару интересных мест, благодаря тебе, — пробубнил Абрафо, внимательно насыпая одну ложку сахара в принесённую чашку.

Затем помешал и быстро убрал приборы подальше. И сахарницу ко мне пододвинул.

— А ты там часто бывал? — уточнил я.

Вдруг действительно чего-то важного лишил?

— Да не, — махнул он рукой и хлебнул кофе. По его лицу расползлась довольная улыбка. — Но сама возможность!

Он поднял палец вверх, показывая важность этой самой возможности. Мне оставалось лишь пожать плечами — развёл тут панику.

— Ладно, рассказывай, что у тебя происходит, — примиряюще попросил Аб и откинулся на спинку стула.

Я кратко изложил ситуацию с машиной, Храмом, демонами, умолчав, что у меня теперь есть дальние родственники. Ему-то придётся объяснять, откуда они взялись, а я пока не готов.

— А что с Лекс, не знаешь? — спросил Аб и сделал глоток кофе.

За время моего рассказа он про него забыл. Теперь же поморщился — напиток остыл.

— Андрей говорит, что они с отцом уехали куда-то, на звонки не отвечают.

Абрафо покачал головой.

— Не думаю.

— В смысле? — По спине прошла зябкая волна от голоса друга.

— Оскол уехал, если так можно сказать, с моим отцом. На встречу с главным инвестором, — Абрафо выглядел напряжённым. — Причём уехал в субботу, вместо понедельника. Видимо ты ему как-то серьёзно подпортил планы и годовую отчётность.

Мы оба усмехнулись. За окном осень, прохладно, люди хотят в тепло и видеть красивые сны, а у ведущей фабрики региона перебои в поставках, а выскочка с одной машиной отказался отдавать своё наследство на запчасти. Правда это мало кого будет волновать, кроме других мастеров снов, если они узнают, как именно работают новые машины.

— Твой отец решил, что отец Александры действительно его предал?

— Воровство ценных деталей, знаешь ли, это и на обычной фабрике дело наказуемое. А уж на нашей — Он посмотрел в окно. Там виднелся парк, в котором половина листьев на деревьях уже осыпалась. — Только мне показалось, что он испытывает даже не злость, а скорее страх. А это для него нетипично. Тем более, если он обладает такими силами, какие он показал при встрече с тобой и с

Он замолчал. Всё же он не до конца принял тот факт, что в наш мир прорвался настоящий, не мифический, демон.

— Чего он боится, как думаешь? — спросил я, стараясь увести его мысли в другую, нужную мне сторону.

Ведь действительно, Пинч силён так, что мало кто подозревает об его истинной мощи. Он даже с демоном «договорился», пусть и не пытался или не смог выкинуть его из нашей реальности. А значит он его хотя бы раз видел до этого и знал, как с таким управляться.