— Это твой ребёнок.

— Нет, не мой.

— Как это не твой⁈ — возмущаюсь. — Посмотри на живот Шумящей Воды! Сразу ясно, сколько лун прошло. Ты что, не умеешь считать?

Горностай смотрит так, что я только морщусь. Не знаю, как считает, а соображает он туговато.

— Девять! — показываю растопыренные ладони, подогнув один палец. — Вот сколько лун должно пройти, чтобы родился ребёнок! Сейчас девятая луна, как ты принёс выкуп за Шумящую Воду, и ещё сомневаешься⁈ Не удивительно, что Шумящая Вода разозлилась. Не стану я с ней говорить. Ты сам виноват, вот и говори. Я и так убеждал её вернуться к тебе.

Та-шиа давно дрыхнет, устав от дороги, и не слишком переживает о размолвке с супругом. А вот Горностай просто не находит себе места. Охотник поверил, что я говорю правду, а не покрываю Шумящую Воду. Он снова и снова глядит туда, где под старой медвежьей шкурой спит Та-шиа. Горностая тянет разбудить её прямо сейчас, но я мотаю головой:

— Не вздумай будить. Она ещё больше рассердится. Утром поговорите.

Но утром побеседовать у них не выходит. С рассветом начинаются сборы, и Шумящая Вода игнорирует мужа. Она вертится среди Женщин-Птиц, и даже не отвечает на его реплики. Мне кажется, Та-шиа слишком заигралась, или же действительно обиделась всерьёз. Но сейчас мне не до неё, потому поручаю Идущей по Воде приглядеть за сестрой.

Переправа через Пляшущую реку трудна даже здесь. Вернее сказать, охотникам ничего не стоит преодолеть поток, а вот перетащить детвору, грузы и раненых, уже куда сложнее. Дно каменистое и скользкое, а уровень воды примерно по грудь человеку среднего роста. Для Детей Солнца Пляшущая река вдвойне неприятна. Они очень не любят плавать, да и вообще заходить далеко в воду. Завидев реакцию их охотников на реку, понимаю, отчего они согласились дожидаться, когда я приведу их к броду. Из расспросов Рыбьих Зубов разбираю, что при переправе сюда, двое охотников его племени утонули. Тогда они нашли другой брод, восточнее этого, но ниже по течению у правого берега оказались глубокие ямы. Двоих молодых охотников снесло сильным потоком, и спасти их не сумели. Без сомнения, в подобном случае, мои соплеменники заявили бы, что Подводные Люди разгневались за переправу, а вот верят ли в них Дети Солнца, я даже не стал выяснять. Не время пугать окружающих дискуссиями о хозяевах глубокой воды. И так захваченные женщины настроены невесело.

К счастью, мне, как шаману, и положено организовывать переправу в опасном месте. Быстрее Ветра и Чёрный Бык ничуть не против, чтобы я руководил переходом, а Острее Ножа то засыпает на носилках, то снова пробуждается. Даже его железный организм едва справляется с последствиями ран.

Часть наших охотников переходит реку, охраняя место переправы. Потом переправляем детей и раненых. За ними — груз, потом женский караван. Псы спокойно плывут рядом со своими хозяйками, уже привыкнув к окружающим мужчинам, а вот охотники едва сдерживаются, чтобы не ударить копьём ближайшую собаку.

Потом переходят Дети Солнца, а затем последние из наших охотников. Впереди остаётся большая половина дня, и можно ещё пройти приличное расстояние к нашим лагерям. Снова часть Детей Солнца желает отделиться и вернуться к себе, но остальные их отговаривают. Сейчас я бы с удовольствием избавился от всех наших друзей разом, но приходится играть роль радушного хозяина.

Бизоньи стада, табуны коней, верблюды и антилопы, усеивают равнину. Места изобилуют дичью, и мне не нравится, что Дети Солнца тоже подмечают это. Наши угодья куда лучше, чем у них самих.

Несколько дней пути, и вот уже виднеются наши лагеря, разбитые у Большой реки. Вот только подозрительно много людей с копьями суетятся там, завидев наше приближение. Караван останавливается, немного не дойдя к лагерям, и вперёд устремляются только охотники. Кто хозяйничает на наших стойбищах, не могу понять, но бегущие впереди охотники опускают копья. Их голоса звучат удивлённо, но без малейшей тревоги, и приблизившись, разбираю крепкую фигуру Хранящего Огонь, вождя Большеухих.

Неподалёку от него собираются охотники его рода. Чуть дальше — Режущий Нити и род Красной реки. Мне очень не нравится их внезапный визит, и я останавливаю Быстрее Ветра, который уже направляется к Хранящему Огонь. Вождь едва соображает, что соплеменники пришли вовсе не затем, чтобы помочь нам. Ведь они даже не выдвинулись к Пляшущей реке.

Куда быстрее улавливает происходящее Боящийся Медведя. Он одёргивает своих сородичей, лезущих прямо вперёд. Чёрный Бык тоже подозревает недоброе, и остатки рода Пляшущей реки готовят оружие. Живущие на Равнине повторяют за ними, а Дети Солнца, не понимая происходящего, на всякий случай готовятся сражаться.

Острее Ножа, приложив усилия, всё же поднимается на ноги. Сражаться он не способен, но вот соображает отлично. Вождь хищно усмехается, разглядывая Режущего Нити, а потом, обернувшись, пробегает глазами по Детям Солнца, и ухмылка становится ещё более «приятной».

Впервые, при встрече с соплеменниками, вожди сближаются так, будто повстречали опаснейших врагов. Но я-то понимаю, кто это затеял. Хранящий Огонь силён, но глуп. Режущему Нити не по силам позвать Большеухих. Только один человек мог сдвинуть с места эти два рода. Хозяин Мамонтов.

А вот и он сам, в сопровождении Пляшущего Волка. Белого Облака, как ни странно, нет. Только Худой Медведь несёт какой-то свёрток, следуя за шаманами. Я оборачиваюсь к Искре и тихо говорю:

— Иди к Рыбьим Зубам. Скажи — если в нас бросят дротики, пусть Дети Солнца не медлят.

Жена бежит выполнять поручение, а я шагаю навстречу шаманам. Иду мерно и неторопливо, соизмеряя скорость с Острее Ножа, который явно сообразил, чем пахнет эта встреча.

Охотники почти не сближаются, повинуясь вождям, хоть и выглядит озадаченными. Я не вижу желания устроить стычку ни у кого из стоящих напротив, а вот наши охотники очень недовольны тем, что соплеменники преграждают путь к семьям.

Хранящему Огонь не по себе. Он косится на шаманов, не зная, как поступить. Искра подбегает ко мне, но я останавливаю жену:

— Если начнётся драка — стреляй в Хозяина Большеухих.

Искра испуганно кивает. Я иду вперёд, и вместо приветствия, Худой Медведь бросает мне под ноги свёрток.

— В твоём подарке злое колдовство! — громко заявляет Хозяин Мамонтов. — Ты опасный колдун, и заслуживаешь смерти!

Окружающие удивлённо ахают. Многие отходят на пару шагов. А вот Острее Ножа стоит, опираясь на копьё, и глядит на шаманов внимательно и спокойно.

— Ты уже очень стар, — смеюсь. — Твои глаза плохо видят. Ты путаешь чёрное с белым. Потому я прощаю твои необдуманные слова.

— Ты повёл их обманом! — говорит Пляшущий Волк, широким жестом обводя рукой моих спутников. — Сколько женщин остались вдовами? Сколько сыновей лишились своих отцов? И всё из-за тебя!

— Я не вождь! — удивляюсь. — Как же я могу вести охотников? Твои слова лживы. Острее Ножа вёл нас всех.

— Да! — отвечает тот. — Я вёл охотников, и мы отрезали головы всем Носящим Перья! — глаза вождя сверкают гордостью. — Их племени больше нет!

— Где Львиные Когти? Где Кричащий Гусь? — говорит Хозяин Мамонтов.

— Убиты! — хмыкает Острее Ножа. — Они храбро дрались с Носящими Перья, но погибли. Мы построили для них крепкие помосты и положили лучшие копья. Они войдут к предкам, не склонив головы.

— Ты приносишь несчастье! — убеждённо произносит Пляшущий Волк, обращаясь ко мне.

— Несчастье? — усмехаюсь. — Где ты видишь его? Мы захватили много рук женщин! Очень много! Мы содрали кожу с охотников Носящих Перья! Ты говоришь про несчастье? Это ваши рода предали нас. Бросили! Когда мы звали вас сражаться с Носящими Перья, почему не пришли? Почему не пустили охотников? Смерти многих из нас — это ваша вина! Будь нас больше, мы бы не потеряли стольких мужчин! Их вдовы и дети — последствия вашей трусости!

Я говорю очень громко, и слова слышат охотники с обеих сторон. Те, кто сражался со мной рядом, одобрительно гудят. Они тоже винят соплеменников.