Шаманка вдруг ложится на бок, вплотную ко мне, делая вид, будто рассматривает раны. Её лицо совсем рядом с моим, и раздаётся тихий голос:

— Ты всегда охотишься так?

— На бизонов?

— Да. На бизонов.

— Обычно мы ждём стадо у реки. Когда бизоны приходят, стараемся ранить побольше зверей. Сегодня был неудачный день. Пришёл только этот.

— Ты мог умереть. Бизон не стоит твоей жизни.

— Боишься остаться без защиты? — усмехаюсь.

— Меня не обрадует твоя смерть.

— Иногда я почти верю тебе.

— Не обрадует! — злится шаманка.

— Я не тороплюсь умереть. Но ты должна понимать — никому из мужчин не нравится кормить чужих. Они скоро выскажут мне недовольство. Я не хочу прогонять женщин твоего племени, но поздней осенью бизоны пойдут кочевать на восход солнца, и добывать их станет ещё труднее. Сама знаешь, сколько мы съедаем мяса.

— Ты когда-нибудь звал бизонов? — шёпот Говорящей с Мёртвыми едва слышен.

— Нет. Я не умею.

— Ты говоришь с Солнцем, но не можешь позвать бизона?

— Не могу.

— Ты должен научиться.

— Как? — злюсь. — Я видел только одного шамана, который звал Большеухих Зверей к обрыву, но он не станет меня учить. Я думал попробовать самому, только вряд ли у меня получится.

— Ты должен научиться!

— Когда⁈ Будто это легко! Вот прямо сейчас всё брошу и пойду учиться звать бизонов! Может и научусь, спустя много лун, вот только кто станет добывать мясо, пока я буду учиться? Лишних женщин прогонят за Большую реку, едва я уйду. Да и моей семье будет нечего есть. А если у меня вообще ничего не получится⁈

— Получится, — нехотя произносит шаманка. — Я научу тебя.

Говорящая с Мёртвыми абсолютно серьёзна. Похоже, она и вправду умеет звать бизонов.