– Захлопни свою пасть, пока я тебе ее не закрыл кулаком! – перебивал ее чужак.

– Сам захлопнись, придурок, – рявкал на него Джал, который и так едва сдерживался все это время. – Пацан прав – косяк твой! Ты должен лучше смотреть за своими, коли нанял!

– Заткнулись все! – вроде не орал, но так емко произнес офицер, что все стихли. Даже разговоры по сторонам волной притихли, которые Ирис только сейчас услышала. Повернулся к ней: – А ты бы сам подошел к голину с поломанной рукой?

– К своим да, – выдала Ирис и только потом прикусила губу.

Потому что пограничникам вчера сказали, что голины их каравана Джалу подчиняются.

– И мы возвращаемся к вопросу, как Дартес Тушин, слабый воздушник, может управлять чужими... – или своими? – голинами.

Вот же черт!

– И почему тебя называют иным именем, нежели указано в документе, который ты вчера предъявил?

Нет, вот теперь совсем черт-черт-черт!

Глава 20

Пока Ирис заполошно придумывала варианты ответа, остальные дружно подняли взгляды над ее головой, также дружно дернулись руками к поясам, а некоторые мужчины поблизости вообще поспешили отступить.

– Тыырын, все в порядке, – не оборачиваясь, произнесла на чигиданском девушка.

– Я бы так не сказал, – выдал офицер, опуская взгляд на нее. Вот же рисковый тип! – Потому что тебя, Дартес Тушин – или все же Ирис? – я должен задержать до выяснения порядка с твоими...

Позади громко не то фыркнули, не то сморкнулись... показывая, насколько Сыну Степи начхать на слова человека.

– А я бы вам не советовал сейчас угрожать... э-эм, в смысле... – осторожно стал намекать офицеру Джал. – Кхе, давайте обсудим вопрос с путаницей имен парня чуть позже, эйр командор? А сейчас разберемся насчет голинов?

– А что с ними разбираться? Как я вижу, у этого... – самого мелкого из всех присутствующих смерили сканирующим взглядом. – ...парня "все в порядке" с голинами? Так?

Подкалывает, гад такой?

– И взысканий из-за драки не будет? – уточнил Джал.

– Драку начали не мои, есть свидетели, так что я платить штрафы не буду, – тут же вклинился чужой главарь охраны.

– Будешь, – процедила сквозь сведенные зубы едва слышно Ирис, не сдержавшись.

И надо же, офицер ее услышал! И даже поинтересовался за что тот, второй, должен платить. Пришлось отвечать:

– За тупость и ненадлежащее общение с голинами. Таких, как этот, вообще нельзя подпускать к гымн...

Конечно, чужак на нее опять наорал. А его так же яростно заткнул Джал. Купцы, хозяева караванов, стояли где-то неподалеку, рядом с прочими венорскими военными, коих прибыло прилично, и точно все всё слушали, но в разборки старших воинов не встревали.

– Ну-ка, поясни нам всем свою точку зрения, – офицер даже на чигиданском шпарил как на родном.

На венорском его сложные обороты Ирис могла бы совсем не понять. Да и так уже ее "подловили" на нестыковках.

– Хорошо, – кивнула Ирис, подняла руку и стала загибать пальцы. – Первое, голины знают, что в землях людей нельзя брать, что хотят. Не без оплаты или спросить. Но тот молодой взял барана, чужого, с дракой. Значит, не слушает своего командира, но зачем такого опасного привели в Венор? Или... сорвался. Второе. Почему сорвался? Вы видели какой он худой?

Судя по недоуменным хмыкам людей они не видели, ведь для них все орки "на одно лицо", все как один здоровые, мол, чего там разглядывать. Тем более таких "страшилищ". Это попаданке были интересны столь сказочные создания, так что она насмотрелась за эти годы на них вдоль и поперек, замечая, то есть разбираясь теперь во всех нюансах.

– Значит, его не кормили должным образом? – продолжала Ирис. – Или... почему те двое тоже не вступиться в драку? За своего?

– Ты опять?... – шикнул на нее Джал, но девушка уже загибала пальцы.

– Это три, старшой, и это важно. Потому что он для них не свой! Но какой-то тупой командир брать в свой отряд гымн из разные кланы? Понимаешь? И без... "схождения"! – последнее вылетело на голиновском языке. Опять перешла на чигиданский: – А его точно не было, иначе дрались бы все! Или драки не было совсем. Думаю, потому тот молодой голин сорваться. Он младший, и его... били другие гымн твоего же, идиот, отряда! – глянула в упор на чужого наемника. – И говори "спасибо" своим богам, что он сорваться сегодня – так быстро и так просто, от голода, и рядом с нашими голинами, которые его остановили. Иначе он сорвался бы потом, где-то... посреди венорского города? Сколько бы людей тогда умерло?

– Вот не хер выдумывать тут! – вскинулся чужак, багровеющий все больше и сжимающий кулаки. – Брехня все это!

– Тыырын, скажи? – не оборачиваясь и не повышая голос, позвала Ирис.

Сверху громко фыркнули, но дальше, видимо, людишки понимайте как хотите.

– И мы снова возвращаемся к вопросу – кто ты такой? – глянул на нее офицер.

Как и пара его ближайших подчиненных, как и прочие солдаты, стоящих наготове стеной чуть дальше.

– Еще не возвращаемся, – качнула головой Ирис. – Вопрос сейчас другой: что делать с тем голиным?

– А он жив? – будто удивился офицер.

– Пока да. Вопрос такой: как он умрет? И умрет ли? И кто за это заплатит? Сразу говорю: шум от гымн будет, но какой... надо решать.

Чужой наемник только рот открыл, как Джал на него сам же гаркнул:

– Да закрой пасть! Ты уже натворил дел! Без тебя теперь разберутся.

Ух как на него в ответ полыхнули злобным взглядом! Даже Ирис досталась порция ненависти.

– Чего тут решать? Агрессивного, опасного для общества голина убивают, – встрял в разговор какой-то очередной военный в мундире из-за плеча своего командира. – А штраф выплачивает...

– Мое! – где-то там опять проревел Дыдын.

Ему-то близко подходить не надо, чтобы слышать разговоры.

– Кхе-кхе, выплачивает хозяин... кхе, наниматель сбесившегося голина, – упорно закончил военный лет сорока, переводя взгляд с главы охраны дарнаского каравана на Ирис, на Джала и обратно. – И помимо штрафа в казну выплачиваются все сопутствующие уроны всем пострадавшим сторонам, а также за работу стражей по устранению...

"Зашибись! Убивают голина, а стоимость его же казни вешают на кого-то? На того, кто нанял? Неудивительно, что народ не очень охотно голинов нанимает".

Видимо, на ее лице отразились эти мысли, раз главный здесь венорец опять к ней обратился:

– Тебе что-то не нравится, неустановленная личность?

– Чёй-то он не установленная? – в стороне возмутился Чинеш. – Это наш... кхе, – получил от кого-то локтем в бок. – ...наш малой! Хороший парень! Да все подтвердят, да, ребята?

Конечно, ей не нравится ситуация! Ведь Дыдын победил того молодого, и по праву сильнейшего сам решает, что делать с "трофеем" – убить, замучить у столба или... оставить в племени своим пленником! С разрешения вождя, конечно. Поэтому Ирис обернулась к старшему братцу.

– Позволишь Дыдын оставить себе раба? – спросила его негромко на наречии степи.

"Раб" – она так для себя перевела когда-то тот оркский термин. На самом деле побежденных самцов могли взять в племя на низшие позиции, как чернорабочих, но у тех было право со временем таким же честным боем поднять свой статус, например, до просто рядового соплеменника.

Но как забрать у Дыдын сейчас его "трофей", если военные решат того казнить? Он не отдаст, и по обычаям Степи будет прав. Только здесь уже человеческие земли! Другие порядки! А Дыдын уже пытался самоутвердиться, и не раз...

– Дыдын так будет занят делом, – намекнула девушка Тыырыну.

Потому что напрямую сказать ему: "И не будет тебя доставать" – значит усомниться в умениях братца решать подобные проблемы. За это уже сама может получить нагоняй. А так Тыырын задумался, чуть наклоняя голову.

– Чего вы там ...? – раздался окрик на венорском. – Говорите по-человечески!