– Однако сила бывает еще и здесь, – женская рука плавно поднималась ко лбу. – Вы так много знаете, но... будьте мудрее. Вы ведь можете.

Глава 13

Первый день после боя Ирис старательно отлеживала бока в повозке. Если кто-то из наемников ехал рядом, также старательно их игнорировала. Потому что поняла, насколько начинает к ним привыкать и вот это точно ошибка. Они лишь временные попутчики, а она их чуть ли не соплеменниками воспринимает, будто она опять в своем кочующем племени.

Вот в чем она была неправа! И если бы относилась к Джалу, как к постороннему, как и положено, то на рынке не стала бы его цеплять. И не получила бы потом от него "урок" и синяки.

Нет, ее "племя" теперь – это братцы и чигиданцы.

Все. Больше никого. Остальные – чужаки и не стоит забывать об этом.

Вечером на привале у своего костра – Ирис не пошла к чужим – Бабо передал подслушанные новости, что голины не слушались сегодня никого, бегали своими маршрутами. Джал, мол, злится.

– Он всегда злится, – отмахнулась девушка, помешивая похлебку в котелке. Что зря время терять, училась новым рецептам у жены Бабо. – Все верно – братья его слушать не должны. Венорцы нанимали меня, а не их. Если ему чего надо, пусть мне говорит.

– Говорят еще, что голины дрались меж собой.

Вот теперь Ирис оторвалась от костра, покосилась в сторону, где в последний раз видела мелькнувшего Тыырына. Нахмурилась, вспоминая, когда видела других мыдр. Вроде совсем недавно и целыми. То есть они разобрались меж собой? И все осталось по-прежнему? Иначе бы она уже знала?

На следующее утро поняла, что устала отдыхать. Да и братьев проведать надо, как там они без нее справляются, действительно, где там они бегают.

Но главное – пора заняться кардиотренировками! Потому что бой показал в первую очередь, что дыхание и выносливость у нее никакие. Быстро же она расслабилась в человеческих землях, где есть такие удобства, как лошади и повозки. И сытная еда – Ирис уже отметила, как стала округляться на боках. Ей срочно нужен фитнес!

Так что с утра пораньше, пока солнце не жарит в полную силу, девушка вылезла из повозки и бегом отправилась в редкий пролесок, что тянулся вдоль дороги. Не на дороге же пыль глотать из-под телег.

Бег по пересеченной местности отвлек ее от мыслей, но должного быть где-то впереди брата не нашла – потому что стала отвлекаться на растения. То там знакомую траву приметила, то здесь не выдержала и остановилась собрать пучок другой для лекарственных сборов. А еще так приятно в тенистом лесу гулять! Солнце не жарит, щуриться не надо, птички щебечут, цветочки пестрые – красота же! После чего приходилось вновь нагонять караван.

Так что на дорогу она выскочила из леса опять взмыленная, зато с большой охапкой травы, часть из которой в свой шейный платок завязала.

И чуть не напоролась на меч одного же из венорцев.

– Ирис, ты, что ли? Какого ..., ты ...?! – раздалось над ее головой, когда она плавно увильнула в сторону.

– Что не так? – подняла она голову на Дегуча в седле.

– ....! – ответили ей подробно, но все, что она поняла, мол, не надо так резко выпрыгивать из кустов.

– За тобой погоня? Что случилось? – подскочил к ним Рулмод, настороженно оглядываясь.

– Ничего не погоня. Я вот, собирать, – показала им собранный сноп Ирис, стоящая на земле. – Ща быстро положить в повозка и еще пойду.

– ...! – почему-то и Рулмод не оценил ее полезную деятельность.

– В лесу никого, я проверять, – успокоила их девушка. – Тихо. Не боись.

– Тихо без тебя было! – высказался Рулмод, но Ирис, легкой трусцой побежавшая вдоль растянувшегося обоза к своим, их уже не слушала.

Позже она помогала Айназ разбирать принесенную траву и подвешивать ее пучками внутри повозки. Днем задержалась у одного найденного в лесу ручейка, чтобы ополоснуться без свидетелей. Правда, после чего пришлось опять догонять уползший далеко вперед караван, и что толку от тех водных процедур, если опять "в мыле"? Вторую половину дня опять посвятила грамоте. А вечером на привале Бабо принес с водой от ручья свежие сплетни.

– Люди волнуются, джа Ирис. Из-за вашего с Джал боя.

– Волнуются? Зачем? Или что Джал опять не так?

– Говорят разное. Голины слушают только вас. А вы злитесь. Некоторые боятся, что вы голинов против них же направите. И для этого в лес убегаете.

– Чего?! – возмутилась девушка таким глупым обвинениям. – И я не злюсь!

Что толку злиться на Джала, раз сама дура.

Зато теперь понятно, почему на нее испуганно косились некоторые возницы, мимо которых она сегодня пробегала. Попаданка тогда решила, что местные просто не в курсе, что бег бывает ради спорта, боялись нападения... чужаков. Но придумать, что она сама на них собралась нападать?!

Айназ права – ей нужно быть мудрее. И желательно побыстрее. В Степи она отвыкла от общения с людьми. А теперь ведет себя "по умолчанию" как приято в ее мире. Но здесь другое общество, другие люди и порядки! И ей нужно быстрее узнавать эти нюансы и подстраиваться под мышление местных. Если она хочет благополучно внедриться в здешнее общество.

И да, одной силой, к которой она привыкла в племени за последние годы, не обойтись. Не всегда ее братцы будут стоять за спиной. Не все проблемы – в человеческом обществе! – можно решить с их помощью. Она тоже должна включить свою "силу" – в первую очередь мозг. И как настаивала Айназ – немного женской мудрости, той "мягкой силой", которой можно справиться с любым мужчиной. И то, что Ирис скрывает свой пол, неважно, мудрость-то должна остаться на месте.

Да если бы она у нее была!

Но следующим утром пораньше Ирис с двумя кружками душистого, свежезаваренного чая отправилась к костру наемников, намереваясь перехватить там Джала. Успела до его разъезда – босс проводил "планерку" воинам насчет дежурств на сегодня.

– Джал? – окликнула его Ирис, поскольку на нее стали оглядываться хмурые уже с утра наемники. Качнула кружками в своих руках. – Чхар для бодрости и силы?

– Че те надо, пацан? – огрызнулся тот неласково.

– Кружки мира пить, – вновь покачала она полными глиняными кружками. Вздохнула. – Я понял, что был неправ.

– Да неужели? – процедил наемник. – Ну иди сюда, расскажи, чего ты там понял.

Ирис подошла, протянула ему одну из кружек, на которую Джал глянул не то с подозрением, не то с отвращением.

– Это чхар, полезно, – заверила Ирис. – Дает ясность голова... – и запнулась под полоснувшему по ней взгляду мужчины. – Кхе, бодрость дает. И немного мята для свежести. И мед, для силы и вкуса. Больше ничего, это не отрава, Джал, не боись.

Но мужчина не торопился брать.

– Я даже не плевать туда, – улыбнулась Ирис. Поменяла руки, протягивая ему другую кружку. – Это? Я еще не пить никакая.

Прищурившись, Джал все же взял вторую кружку, но продолжал смотреть на девушку. Тогда она отпила из своей, показала уменьшившееся количество напитка. А наемник... взял и отлил в ее кружку из своей!

Фыркнув, Ирис вновь отпила из своей емкости, показывая, что нет никакой отравы. С чего он вообще так отнесся?

– Ну и че ты понял, малой? – напомнил Джал, по-прежнему не торопясь пробовать напиток.

– Что я был неправ, и я приносить свои извинения, Джал, – повторила. Кто-то из окружающих мужчин фыркнул. – Твоя жизнь, твои правила. Что хочешь, то жуй и пей, и делай. Я тебе не отец и не брат, чтобы твое здоровье бояться. И я два раза больше быть неправ, когда указывать тебе... при других, – покосилась на прочих мужчин. Но это же вроде "свои" для наемника?

Об этом ей тоже Айназ подсказала: что мужчиной проще управлять без свидетелей. Что наличие посторонних скорее увеличат сопротивление и даже его злость. Что при чужих ушах и глазах мужчина мало что услышит, поскольку будет больше озадачен сохранением своего статуса.