Ирис, он(а) же Ырын, дочь вождя, она же попаданка Ирина

Девушка сидела на поваленном дереве и пришивала многочисленные металлические пуговки на меховом жилете, составляя из них что-то вроде звезды. Так-то она взялась зашить жилет своего названного братца после очередного нападения, залатать разрез от меча, заодно решила сделать подобие шерифской звезды.

Ведь Тыырын, ее почти что брат, по факту был главным в их мини-отряде орков. Так почему бы не подчеркнуть его статус звездой на одежде из поблескивающих пуговок? Орки любят все блестящее, а жилеты приходится надевать им приличия ради в человеческих землях, куда они углублялись с каждым днем.

Пока углублялись с боями.

Венорский купец Кандар Уммех, к обозу которого они присоединились в качестве охраны, успел перейти кое-кому дорогу в предыдущем городке, перекупил какой-то ценный товар под носом у других дельцов. Так что за неполные три дня это было уже второе масштабное нападение на их обоз.

Конечно же, закончившееся их безоговорочной победой. Ведь с венорцами теперь они – трое здоровенных орков во главе с ней, Ырын.

Хотя недавно она взяла себе новое имя – Ирис, еще сама к нему привыкала – именно для людей, которые не должны узнать, что она девушка. До этого года четыре, которые она прожила в Степи в одном из племени орков, ее называли Ырын. А на самом деле она Ирина, попаданка в этот мир, да еще в чужое тело. Что за магия такая или почему она сюда попала, словно перезагрузившись без стирания памяти предыдущей жизни, не столь неважно. Теперь главное – не промотать зазря шанс, раз дали еще одну жизнь, нужно жить. А раз в новом мире больше интересного – теперь вместо гаджетов и интернета магия и другие разумные расы, то она будет разбираться в новых условиях. Вот и в путешествие отправилась, чтобы мир посмотреть.

– Ирис! Там твои образины... – окликнули ее... то есть его резким голосом.

Джал! Глава охраны все три дня дороги цеплялся к ней. То есть к парню Ирису.

– Ты чего тут? – подошедший крупный мужчина в потемневшей от пота и пыли серой рубахи уставился с высоты своего роста на кучу на ее коленях. – Это же тряпки кого-то из этих? Твоих?...

Ирис подняла голову, одновременно разминая кисть и пальцы, уставшие от толстой иглы и шила, которыми она дырявила плотный слой кожи.

– И че? – вышло слишком тонко, кашлянула, повторила голосом грубее: – И чего?

Она же как бы парень, нужно соответствовать образу, но постоянно жевать ту траву для хриплости вряд ли полезно.

– И ты чинишь тряпье этим образинам? Ты им точно ыгры? Кто из вас главный? – в который раз попытался подловить ее Джал.

Вот неймется этому венорскому наемнику! Как же его цепляло, что огромные орки, которых местные звали голинами, слушаются не его, бывалого воина и главу охраны аж целого торгового каравана, а какого-то пацана! Которого он сам, как уже высказывался пару раз, мог бы одним ударом перешибить. А с учетом, что голины уважают лишь силу, только Ирис сильным не выглядел, однако его они слушались...

У наемника ломалась привычная ему картина мира. Поэтому он следил за ними постоянно?

– Ты чего хотел-то? – напомнила ему Ирис старательно низким голосом.

А еще она пыталась вести себя попроще и грубее, чтобы соответствовать простой компании наемников, но и в этом Джал "мальчишке" не верил. Недавно даже открыто спросил, мол, не аристократик ли он, сбежавший из дома.

Почти угадал. Поскольку Ирина оказалась не просто в чужом теле, а некогда пропавшей дочери котронского графа. И надо же как свела судьба, но недавно попаданка столкнулась с родственником тела. Тот ее признал и решил вернуть в лоно семьи. Только новая хозяйка возвращаться в старую семью не хотела. По многим причинам. Это и послужило окончательным поводом отправиться в путешествие.

– Ты. Чинишь. Чужое. Тряпье, – раздельно повторил Джал, прищуриваясь. – Слышь, пацан, они тебя точно будут слушаться? Всю дорогу?

Губы Ирис дрогнули, но хорошо, что под платком пустынника, скрывающим пол-лица, ее усмешки не видно. Главарь наемников все-таки переживает, удержит ли мелкий "пацан" власть над огромным голинами в своих руках. Ведь бытовую рутину в воинских отрядах всегда сваливали на младших – по возрасту или положению, так и у орков в Степи было. Ух, насколько совсем не складывается пазл в голове Джала!

– Будут, Джал, не боись. Это "оптимизация", – не сдержалась и использовала иномирное слово, на чигиданском языке говорила еще плохо, а венорский еще только предстоит учить. – Другой путь хождения. Можешь смотреть пример на моем отряд. Когда каждый делать то, что уметь лучше. Я – шить и командировать, они – убивать, и за меня тоже. Так чего там мои мыдр опять?

Ну что поделать, иногда она намеренно задевала наемника, чтобы... например, в прошлый раз она так новые ругательства на венорском узнала, гораздо быстрее обучение идет.

На этот раз Джал сдержался, только зыркнул, фыркнул и выдал:

– Они притащили дохлую лошадь и жрут ее!

Моргнув, Ирис переспросила пару сомнительных для нее слов и облегченно выдохнула:

– А-а, хорошо. Чего мясо зря терять. Пусть жрут. Ужин.

Наверное, они быстро сбегали назад, к тому месту, где была последняя стычка.

У них в караване все кони целые, значит, то потери противника. То есть не жалко. И да, орки – бережливые ребята, зазря продукты не переводят, тем более ценное мясо. Если лошадь все равно уже сдохла или была ранена, то чего бы не сожрать. Всего-то полдня прошло после стычки, так что вряд ли мясо пропало, даже по такой жаре. А если чуть и заветрилось, так орки, то есть голины, ребята крепкие и не особо брезгливые, могут много чего сожрать без последствия для желудка.

– Они жрут лошадь!

– И чего? – не поняла Ирис, последние четыре года выживающая в степи, так что успевшая пересмотреть взгляды на питание. – Лошадь – вкусно, если нет запах. Нет запах?

– Ты точно аристократ?

– А то! Не видно? – опять оскалилась Ирис, хотя под платком, под традиционным убором чигиданских пустынников не видно.

Смачно сплюнув, Джал развернулся и ушел. И чего приходил? Проверить, не выворачивает ли парнишку опять под кустом? Но то было только после первого боя! И хотя Ырын в Степи привыкла к жестокой жизни, приходилось "братцев" орков не только собственноручно зашивать после стычек с соседями, но даже хоронить пару раз, однако впервые на ее глазах убивали людей.

Ее же "братцы" убивали. За дело, правда, те первыми напали, а они нанялись в охрану каравана и обязаны были защитить, но все же...

– Джа Ирис, не нужно дразнить главного, – тихо пробормотал Бабо, когда глава охраны отошел достаточно далеко.

Официально Бабо был заявлен венорцам как слуга, но Ирис воспринимала пожилого чигиданца уже не просто наставником, а практически старшим родичем. Он с Риком были первыми людьми, встреченными ею в новом мире, именно Бабо учил ее чигиданскому языку и прочим местным знаниям. А Рик... Ирис ойкнула, слишком сильно уколов палец, слизнула выступившую капельку крови с кожи.

О Рике, он же Рикардо, она больше думать не будет. Не будет, сказала! Что было, то прошло, да и вообще, глупости то были. У Рикардо, графского сына, где-то там невеста уже родней назначена, так что не быть им вместе. Парень это сам подтвердил. И неважно, что Ирис тоже вроде как графская дочь теперь, пропажу на несколько лет и жизнь в степи среди голинов аристократке не простят. Ради нее – тем более такой, с подпорченной репутацией – уже имеющиеся чужие брачные договоренности никто переделывать не будет.

И поэтому тоже она сейчас бежит куда подальше. Чтобы с глаз долой, из сердца, может быть, вон. Дорога и новые впечатления, новые знакомства затрут из памяти те глупые, наивные их с Риком влечения... Наверное.

– Прости, Бабо, я не слушать... не слушал, – повинилась девушка, осознав, что ей еще что-то говорили.