Тыдыр пока скучал, но к ним приближаться не собирался. "Трофей" с привязанной к груди рукой сидел на земле гораздо ближе и хоть таращился на них, тоже вступаться не будет.

– Мургош, – Ирис приподняла и показательно качнула обоими костяными лезвиями. – Дух и кость один хороший воин, он направит мою руку, – приходилось говорить на чигиданском, венорский при адреналине окончательно выветрился из ее головы.

– Кто? Дух... кость воина? Ты... совсем больной на голову, дикарь? – теперь так же настороженно противник покосился на нее, но отвечал принципиально на венорском.

Ох, зря, она рассчитывала на другое. Цокнула недовольно.

– Я совсем из Степи, ты сам хотел знать наши обычаи, – качнула она головой. – Хорошо, я не пугать тебя, гляди, убираю Мургош, я сам с тобой справиться. Один на один.

Она действительно убрала костяные заточки, а с "обычного" пояса, перетягивающего ее кожаную тунику, взяла в правую руку обычный, бытовой нож небольшого размера. Тот, что у каждого взрослого есть – мясо или хлеб в дороге порезать, веточку наточить, чтобы ковырять в зубах, да мало ли для чего нужен нож ежедневно в этом отсталом мире.

– Хватит трепаться, к бою! – теперь она напомнила, при этом делая дразнящие движения пальцами свободной руки, как ее наемники научили.

Наверное, еще и обидные, раз пижон взревел и бросился на нее, замахиваясь мечом.

Труднее всего было стоять на месте, чтобы подпустить к себе широкоплечего, на полголовы выше нее, парня с обнаженным клинком. Но в нужный момент, когда у противника уже расширялись зрачки – от осознания, что он ее сейчас настигнет, а она это видела, потому что была слишком близко – Ирис сама нырнула ему под руку, совсем чуть сдвигаясь и замахиваясь своим ножом.

Взгляд парня ожидаемо скользнул за "опасным" движением, в его глазах уже отражался всплеск мыслей, чтобы парировать этот удар, но... как и было задумано, внимание противника отвлечено на привычную людям правую руку, пока левой она бьет... Кулаком в нос противника. И, крутанувшись, перетекает дальше, выходя из его зоны действия.

Покачнувшись, парень все же быстро развернулся вслед за ней, поводя мечом, а она уже улыбалась со своего безопасного места:

– Первая кровь. Ты проиграл, сын эйра! Стой бой.

С недоверием парень коснулся своего носа, глянул на собственные пальцы с таким удивлением, будто там не обычная красная кровь, а... золотая монетка. Или крошечная тарелочка НЛО. Затем поднял взгляд на нее и... опять взревел.

– Так нечестно! Против правил! Нет, не стой бой! – и вновь кинулся на нее, замахиваясь мечом.

И что, опять его бить?

Но, наконец, ожили другие мужчины, сами перехватили парня. Джал эйра не трогал, просто встал между ними, но с оголенным мечом.

– Твою мать, Ирис! – простонал босс. – Зря тебя в детстве не пороли! Я пока с тобой до конца доедут, буду совсем седой!

– Эй, меня в племени бить. Поэтому я такой быстрый теперь. И я победить, Джал! Зачем седой? Мы навалять сыну эйра, да, учитель? – отозвалась она с нескрываемой радостью за его широкой спиной.

Наемник дернулся и покосился на нее через плечо.

– Вот именно, идиотк... кха-кха! Эйру!

– Эй, но я тоже от эйра! Значит, так можно! По этим... благородиям… ровно, да? И этот сам согласился, знач, сам идиот, да? Догред-чан, я победить, так? Слово сына эйра было сказано! Свидетели есть. Теперь глупые бумаги забыть? Правильные бумаги делать, да?

Глава 22

– Ты поступил подло! – скинув с плеч руки своих же, рявкнул пижон, по губам которого текла кровь. – Нечестный прием! Недостойный эйра... хотя откуда тебе знать, у-ублюдок!

Догред дернулся было что-то сказать своему подопечному, но Ирис была быстрее.

– Недостойный эйра? Я меньше тебя, – даже рукой показала высоту. – Я молодой тебя! В мой нож меньше стали, чем у тебя. И ты начать первый! Я лишь принять твой зов. Но ты говоришь, что подло я?!

Джал чуть сдвинулся, оглядываясь на нее. Кто-то из венорцев кхекнул. Сквозь легкий загар молодого эйра, не нашедшегося с ответом, проступили красные пятна на скулах. Неужели в нем где-то там крохи совести и стыда еще остались?

– Ты хотел обычаи Степи? Ты их получил – не слова, а дело! Нечестный прием – это бить в спину, поэтому я бил тебя в лицо! Открыто, не прятаться. Что ты медленный – ты сам идиот. Потому что кто медленный в Степи – тот мертвый. Знаешь, что достойно для гымн, человек? Быть сильный, быстрый и бить лицо в лицо, еще предупредить вначале, если так верить свои силы. Я тебя предупредить, когда спросить! Вот тебе обычаи степи, сын ыэйр-р-ра! И повторю еще раз, ежели ты такой идиот, и сам не запоминать: рожаться от кого-то сильный – это ничто! – Ирис взмахнула рукой, затем ткнула пальцем в сторону парня. – Свое имя, свое место каждый добывать себе сам! Тогда ты что-то.

Пижон стиснул зубы, на его челюстях перекатились желваки. Не выдержав, отвел взгляд.

– А эти чего смотрят? – буркнул он сипло.

Ирис обернулась. Пока разбиралась с пижоном, пропустила всю драку братцев. А те уже управились! И сейчас все четверо сидели на помятой, а то и взрытой до глины и перевернутой комками траве и ждали, глядя на них своими черными, без белков, глазищами, будто провалившимися под выступающими надбровными безволосыми дугами. Наверное, пугающее для людей зрелище, хотя попаданка за годы в племени привыкла.

Один только Тыдыр мялся на ногах, будто надеясь, что хоть кто-нибудь еще захочет подраться. Ну и "трофей" как сидел, так и продолжал послушно оставаться на месте.

Вот и прочие венорцы – как с этой стороны, так и вдалеке – нервничают, не зная, чего еще ожидать от "непредсказуемых дикарей".

– Ждут. Праздник. Или меня, – пожала плечами Ирис. – А ты меня отвлекать пустой треп.

Повернулась к старшему офицеру, старательно подбирая слова на местном языке.

– Уважаемый эйр Догред. Я заранее приносить свои извинения, но мы с мыдр немного шуметь... Нам надо немного время и место... праздник для клан... – что ж так мало слов она выучила на венорском! – Э-э, новый мыдр в клан... Но если нельзя, мы отойти... дальше... чтобы люди не боялись шума... – под конец сбилась на чигиданский.

– Еще новые?! Че, и эти двое тоже?! – первым вскинулся Джал. – Расселись тут, ты погляди! Ирис, ты в край охренела... а-а?! Я же сказал, чтобы никого больше!

На что в ответ глухо рыкнул Дыдын, лишь чуть дернув верхней губой, Тыырын даже ухом не повел.

– Джал, я не ломать договор! Три, значит, три! Больше вы не платить. И не кормить. Эти... ну, мы сами. Они идти в след...

– А мне что с ними делать?!

– Ничего. Они сами идти, ты при чем?

– Да с хрена ли ты подбираешь все подряд, а?! Мы покудова до конца дойдем, ты себе армию соберешь?! У меня воинов отжимаешь, шитеров цепляешь, теперь тыришь чужих голинов?! И все пойдут за моим караваном?!

– Чего это тыришь? – она же так обидеться может. – Они сами пришли, ты сам видел. Сыны Степи свободны, куда хотят, туда идут, дороги для всех, как и небо! И ничего не себе. Эти теперь для Дыдын... ну, двое, да? О! Можно делать замена! Один новый вместо Дыдын, и снова три, как договор. А этот и, кажись, тот – теперь трофеи Дыдын, а он... делать новый отряд, да, Тыырын? Так можно? – обратилась она в первую очередь к настоящему боссу.

Старший братец задумался. Дыдын тоже замер, ожидая решения... наготове. Потому что в случае отказа вождь может сорваться с места, чтобы оторвать ему башку за то, что посмел конкурировать... образно говоря. Или не образно. В любом случае ему могли опять навалять... например, чтобы забрать его "трофеи", чтобы он не ослаблял клан...

– Звать духов, – едва шевельнув губами, в итоге отозвался на степном Тыырын.

Значит, принятие решения пока откладывается...

– Чего он сказал? – спросил на венорском пижон, чуть растеряв свой напыщенный вид, и сейчас больше походящий на нормального человека.