– Не лыбься им! – насупился подошедший Джал, заметив ее переглядывания с чужими, да еще нелюдьми. И, подцепив за локоть, будто она собиралась сбегать, потащил за собой быстрее к крыльцу. – И даже не смотри!

– Почему? – едва слышно уточнила Ирис.

И запнулась, потому что прямо перед ними уже стояла парочка высоких и широких шитеров.

Как они так быстро переместились?

– Да, человек, почему? – переспросили они на чистом венорском языке.

– Не суйте свой нос... – начал было Джал и отпустил локоть девушки, чтобы переложить ладонь на эфес меча.

– А вы из какого клана? – уже настроилась пообщаться Ирис. – А вы Орнада знаете? Или он из другая страна? А много стран у шитеров? Очень далеко отсюда? А что там рядом еще есть?

Она тогда не все, что хотела, успела узнать у прежних собеседников. Но когда еще следующие шитеры ей попадутся? Или чем дальше на север, тем их должно быть больше? А вдруг нет?

– Вот потому! – недовольно крякнул Джал. – Потому что если этот парень откроет рот, то жрать мы нескоро сядем. А я голодный. И злой, – протянул с намеком.

– Парень? – дружно фыркнули с высоты своего роста шитеры, поглядывая на Ирис.

– Парень! – настойчиво повторил Джал, все еще не убирая руку от оружейного пояса. – Вот такой вот молодой, совсем глупый парень.

И глянул на крыльцо, где уже выскочила пара его же подчиненных, солдаты из их каравана, заметив, что около босса чужаки. Сзади вроде тоже кто-то подошел и, судя по слышимым шагам, это кто-то из людей.

– Эй! Я не глупый! – покосилась на наемника девушка, потом тоже увидела "своих" венорцев. – Эм, ежели только чуть. Но интересно же! Приношу свои извинения, господа шитеры... – при этом Джал засопел еще громче, а на рубленых физиономиях нелюдей появились намеки на ухмылки. – ...но мы действительно голодны и хотели бы вначале кушать...

– Эй, Джал, ну чего вы там? – уже в полный голос окрикивали их свои. – Нам подойти? Малой, опять ты там всех цепляешь? Тоже в свой отряд зовешь? Не рано еще? Ты пока нас не довел куда надо, га-га-га.

И чего смеяться? Кстати! Может, действительно потом в отряд шитеров... хотя какой отряд, если она подумывала на косметику переключиться вместо наемничества?

– Значит, парень, – с многозначительными ухмылками повторили шитеры. – Который знает Орнада. И говорит по-нашему...

– Нет, я только пару фраз... – начала Ирис, но Джал рядом предупреждающе цыкнул.

– И если захочешь нас видеть... парень, – продолжали скалиться шитеры. – Или что-то нам сказать... – выразительно перевели взгляды на Джала. – То мы тоже будем в зале. Можешь подойти. Или позвать, мы услышим.

И не успела девушка даже рот открыть, как босс выдал:

– А теперь идем, наконец, жрать! И чтобы ты рот открывал только для еды! – и легонько подтолкнул ее в плечо, вздохнув все же: – Хотя бы пока я не наемся. Уж потерпишь как-нибудь.

Пришлось кивнуть шитерам и, обогнув их замершие фигуры, идти в таверну, окна которой призывно горели желтым светом многочисленных свечей, а через гостеприимно распахнутую дверь неслись звуки отдыхающей толпы.

Глава 19

И вроде все так хорошо шло! Некоторые венорцы только чуть злоупотребили напитками, на радостях, что в родные земли зашли. Что совсем скоро конец долгого и опасного пути, но они вернутся к семьям живыми и более богатыми. Однако Джал, весь вечер чем-то недовольный, за своими воинами бдел – им расслабиться не дал.

И чего недовольный, если Ирис весь вечер так и просидела с купцами, добирая нужные в Веноре знания, и не смогла пойти пообщаться с шитерами? Да и те их больше не задевали.

Но с самого раннего утра все пошло не так!

Ирис, которая вечером отключилась, так и не оставив силы на ванную, заказала горячую воду в комнату утром. Даже встала гораздо раньше, чтобы до выхода каравана успеть привести себя в порядок. Но даже в такую рань, когда за окном только светало, к ней в дверь стали ломиться с воплями, переполошившими весь этаж постоялого двора:

– Ирис! Ирис, мать твою, вставай! Там твои образины драку устроили! Чужих бьют!

Пришлось очень быстро стягивать полотном влажную грудь, одеваться и выскакивать вслед за одним из самых младших возничных, которому вчера даже не наливали, и который сейчас отказался уходить без нее, потому что там... "че там делается!".

Только с чего бы братьям устраивать драку? С кем?!

Если с людьми – то можно было не торопиться, там уже все закончилось. Но с чего бы?

Оказалось, что драка с чужими голинами!

Парнишка-возничный, едва старше Ирис, сам ничего не знал, его послали сразу, как начался мордобой. Поэтому выбежав за ворота постоялого двора, девушка мигом окинула взглядом собравшуюся толпу, пытаясь на ходу разобраться самой.

Судя по обилию чужих повозок, частично загородивших проезд и прилегающую поляну, прибыл новый караван, еще пыль дороги толком не успела улечься. Очень большой караван, сопровождение которого кто разбежался, прячась между дальними посеревшими от пыли повозками, а кто... Та-ак?! Чужая охрана с мечами уже наголо стояла против их охраны?! А эти чего?

Оббежавшая толпу по краю, что было просто – люди отхлынули от того места, где дрались голины, Ирис оценила обстановку. Ну, судя по всему, драка уже почти закончилась. Спокойно возвышающийся Тыырын просто смотрел, как в стороне Дыдын мутузит какого-то чужака. Проблема была в том, что еще двое чужих голинов тоже стояли в своей стороне и смотрели. Они из того же каравана? И просто стояли?

Почему?

Но тут ее колыхнувшуюся было мысль сбили, когда Джал заметил ее и крикнул:

– Ирис, разними их!

Он это серьезно?!

Однако надо было действительно что-то делать! Потому что Дыдын уже почти придушил чужого голина. С одной стороны ладно – Дыдыну давно надо было развеяться, за последнее время он Тыырына задевал несколько раз, возможно даже претендуя на главенство. Так что пусть лучше перебесится с чужаком. Но с другой стороны – голин-то действительно чужой! На чужой земле! Во-первых, она не узнала, что будет за драки голинов на венорской земле, во-вторых... почему те чужаки за своего не вступаются?

– Ирис, твою мать! – проревели, подгоняя ее.

Девушка покосилась на Тыырына, но тот монументален и безмолвен, как гора. Ладно, придется самой разбираться.

Ирис скользнула вперед, осторожно приближаясь к двум схлестнувшимся, переплетенным в пыли зеленокожим амбалам, отслеживая каждое их микродвижение. Потому что двигаются голины слишком быстро, и если кто кинется... хотя бы чтобы просто отскочить от противника, то она же не успеет уйти с их траектории! Затопчут и не заметят.

Плавно переступила брошенные топоры... вернее, чужой как раз топор и плохого качества, но и блестящая секира братца тоже валяется.

– Дыдын, прекрати! – на голиновском погромче рыкнула девушка, подойдя достаточно близко, чтобы ее могли услышать даже те, кто увлекся. Но достаточно далеко, чтобы ей не прилетело случайно чьей-то дернувшейся конечностью.

Однако братец поднял в ее сторону голову и... зарычал, выдвигая нижнюю челюсть, оголяя клыки. А в глазах, залитыми чернотой под завязку, ноль разума.

Плохо. Кто-то очень увлекся. Что не удивительно: трепыхающийся под ним амбал, судя по всему, тоже в боевом раже – даже не реагирует на то, что одна его рука явно не под правильным углом торчит, продолжает активно сопротивляться, лишь ухудшая ситуацию и бессвязно рыча.

– Дыдын, ты победил! Дын повержен. Твоя победа. Только слишком быстро. Непорядок. Давай к столбу? Оставь забаву для столба! Покажи духам, как ты силен, – размеренно, напевно – насколько это возможно в рыкающем языке – заговорила Ирис, пытаясь достучаться до братца через пелену его боевой ярости. – Покажи всем, как сильно твое племя! Продли развлечение. Потом еще, да? Позже... пытки... радость... потом...

Достучалась? Дыдын моргнул, и вроде что-то в его глазах поменялось?