Парень попятился. Второй слуга, пожилой, с окладистой бородой, соображал гораздо быстрее и сразу понял, что со мной шутки плохи. Он поклонился и спросил дрожащим голосом:

— Что прикажете, госпожа?

— Где здесь река? И как к ней спуститься? — спросила я, не опуская топора и осматривая весь двор, не упуская из виду даже куриц.

— За амбаром, госпожа, — быстро ответил он, указывая рукой. — Там тропинка, она ведет прямо к воде, и обычно там стоит лодка, рыбаки ей пользуются.

— Лодка на месте?

— Так точно, госпожа.

Я кивнула и оглянулась на второго парня:

— Ты! Иди к реке и подготовь лодку к отплытию. Живо! И чтобы через десять минут она была готова. В нее погрузишь все наши седельные сумки и еще положишь еды и крупы в дорогу!

Парень сорвался с места и вихрем полетел выполнять мой приказ.

— А вы двое, — указала я на пожилого слугу и еще одного мужика, который стоял у колодца с ведром. — Пойдете со мной. Нужно принести моего мужа к лодке.

Они переглянулись, но подчинились. Я повела их через двор, за холм, в ту сторону, где оставила Гарольда. Всю дорогу я сжимала топор и зорко смотрела по сторонам, готовая в любой момент напасть или защититься, но никого не было. Только ветер шумел в кронах и птицы пересвистывались в вышине.

Мы добрались до леса, где в укрытии лежал Гарольд. Я сама сняла ветки и опустилась на колени рядом с ним.

— Гарольд, — прошептала я, касаясь его лица. — Я вернулась. Мы идем к воде.

Он не ответил. Но его грудь вздымалась медленно и ровно.

— Берите его, — приказала я мужикам. — Аккуратно!

Они подхватили Гарольда, один за плечи, второй за ноги, и понесли к поместью. Я шла рядом, держа топор наготове и чувствуя, как внутри нарастает облегчение. Еще немного, и я смогу уложить его в лодку. Еще немного, и я вывезу его отсюда.

Мы спустились к реке. Парень уже столкнул лодку на воду, и она покачивалась у небольшого деревянного причала. Я распорядилась уложить Гарольда на дно лодки, подложив ему под голову свернутый плащ.

— Свободны, — бросила я мужчинам. — Если кто-то спросит, вы ничего не видели. Это понятно?

Они закивали так быстро, что я удивилась, как у них головы не отвалились.

— Если плыть вниз по реке, то куда я в итоге доберусь? — спросила я.

— Прямиком к монастырю святого Сигдрика Рунвена, — с поклоном ответил один из крестьян.

— А до замка Глитнир?

— До него на лошади два дня пути, по воде дольше. Река сильно петляет.

— Сколько плыть до монастыря?

— Дня три пути, не меньше. Если грести, то можно чуть быстрее.

Я вздохнула. Мне не нужно в монастырь, но даже если я с помощью мужчин смогу поднять Гарольда в седло и буду скакать два дня, не обязательно, что у меня получится довезти его живым. Да и сам Гарольд просил принести его к воде. Думаю, определенный смысл во всем этом был. Так что плыть по воде к монастырю совершенно точно будет правильнее.

Я оттолкнулась от берега и взялась за весла. Река несла нас вниз по течению, и я видела, как поместье постепенно исчезает за поворотом.

Я гребла, чувствуя, как каждый взмах весел отдается болью в натруженных плечах. Река была спокойной, течение медленным, но я старалась держаться ближе к середине, подальше от берегов, где могли прятаться люди. Гарольд лежал на дне лодки, его голова покоилась на моем плаще, и я то и дело поглядывала на него, проверяя, дышит ли он.

Он дышал. Ровно, но поверхностно. Цвет лица оставался бледным. Я не знала, сколько у нас времени. Я не знала, выживет ли он. Вокруг простирался лес. Высокие деревья подступали к самой воде, иногда сменяясь зарослями ивняка, где вода становилась темной и глубокой. Пели птицы, где-то вдалеке слышалась дробь дятла, и я чувствовала, как природа вокруг меня живет своей жизнью.

Но я была здесь, в этой лодке, с этим мужчиной, и все мое внимание было сосредоточено на нем.

Глава 11 Собеседование у викингов: Необходимо ли вам снаряжение, или вы можете рубить своим топором? Мы обязательно к вам вышлем гонца!

Он оснастил доброе судно, нагрузил его пшеницей, вином, медом и другими припасами, посадил на него, кроме Горвенала, сто юных рыцарей знатного рода, выбранных из самых храбрых, и одел их в платье из грубой шерсти, в плащи из простого камлота, чтобы они походили на купцов; но под палубой корабля они спрятали богатые одеяния из золотой парчи, шелка и пурпура, какие приличествуют послам могучего государя. Когда судно вышло в открытое море, кормчий спросил:

— Дорогой господин мой, куда держать нам путь?

Жозеф Бедье, «Тристан и Изольда»

Мы отчалили, и я поняла, что долго грести не смогу. Я не выдержу такой нагрузки, да и сила в руках мне может понадобиться, чтобы в случае чего я могла защитить и себя, и Гарольда. Топор я держала под рукой и работала веслом, больше направляя лодку, а не стараясь увеличить скорость.

А еще я боялась засады. Пять человек из усадьбы под предводительством того богато одетого мужчины не давали мне покоя. Я прекрасно понимала, что не справлюсь с ними, даже если магическая сила вдруг пробудится и воспрянет та самая пресловутая Валькирия Иудекс.

А потом начался дождь.

Сначала это был даже не дождь, а что-то похожее на морось. Потом стали капать редкие капли, которые падали на мою кольчугу и протекали сквозь звенья. Дальше больше. Небо затянуло тучами, и ливень хлынул стеной. Я выругалась сквозь зубы. Как будто мне было мало холода и сырости. Грозы пока не было, молнии не сверкали, но оставаться на воде я не рискнула и направила лодку к берегу.

Пока я работала веслом, заметила неожиданно удивительную вещь. Капли дождя падали на лицо Гарольда, и он, как мне показалось, жмурился от удовольствия. А потом я получила подтверждение своим догадкам, когда восковая бледность начала уходить. Дыхание Гарольда стало глубже и ровнее. Я видела, как несколько раз дрогнули его ресницы, словно он пытался проснуться. Я перестала грести, опустила весла и просто смотрела на него, боясь пошевелиться и спугнуть этот момент.

И он открыл глаза.

— Гарольд! — выдохнула я, чувствуя, как сердце пропускает удар.

Он посмотрел на меня. Его глаза были темно-сиреневого оттенка, как и туча над головой, а на губах вдруг мелькнула слабая, но такая знакомая и уже родная улыбка. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип. Тогда он просто снова улыбнулся мне. Той самой улыбкой, которая бесила меня еще пару дней назад, а теперь вдруг оказалась самым прекрасным зрелищем в мире.

А потом его глаза закрылись, но мне показалось — сейчас он не потерял сознание, а просто заснул.

Я выдохнула. Его лицо перестало быть восковым, и проступил слабый румянец. Вода и в самом деле ему помогает, и не только речная, но даже дождь. Или все сразу? Вот не преподавали мне это в моем университете! Да и в отделе кадров, и на подготовительных курсах никогда не говорили, что может пополнить магические ресурсы Туманохода речного водоворота. Огромное упущение, на мой взгляд, что не было такого предмета, и теперь мне до всего приходится доходить самой, опытным путем. И это я еще со своей магией не разобралась!

Я знала, что это не самая хорошая идея — пережидать дождь на воде, но причаливать я передумала. Дождь, как выяснилось, Гарольду приносил только пользу, словно сама природа заботилась о своем тумане. А еще я просто боялась, ведь мы пока не так далеко отплыли от поместья. Да и грозы как таковой не было, а только этот дождь, который был то ли вселенским благом, то ли противным и вредным спутником.

К вечеру дождь стих, оставив после себя влажный туман и пахнущий мокрой землей воздух. Я причалила к берегу, где росла густая трава и было сухое место под раскидистым дубом. Мы уже далеко ушли от поместья, и я решила, что можно остановиться на ночлег.