Пролог Собеседование у викингов: почему вы покинули предыдущего ярла? Мы обязательно к вам вышлем гонца!

Старый полуразрушенный замок, навязанный муж, убийство, и похоже, что разбираться во всем именно мне. Но, как говорится, не нужно меня учить всяким глупостям, потому что у меня к ним с детства талантище!

Я только и делаю, что сталкиваюсь с головоломками, охраняемыми древними башнями и забытыми тайнами. В этом мире, наполненном магией, мне предстоит разгадать загадки прошлого, понять истинное значение старинных символов и раскрыть секреты, скрытые за стенами древних укреплений. Узнать, кто такие эти Туманоходы Речного Водоворота…

Я не могу в одиночку спасти этот мир, но может быть, зло само помрет от смеха над моими усилиями?

Будет немного скандинавской мифологии, чуть-чуть хулиганства, горячих сцен и, разумеется, глава с картинами. Все, как вы любите.

Что получилось, вам судить.

Есть индийская притча о трех существах, которые пили из одной реки: один из них был богом, и он пил амброзию; второй был человеком, и он пил воду; третий был демоном, и он пил нечистоты. То, что вы получаете — это всегда функция вашего собственного сознания.

Джозеф Джон Кэмпбелл, автор трудов по сравнительной мифологии и религиоведению. Его книга «Тысячеликий герой» вдохновила Джорджа Лукаса на создание киносаги «Звёздные войны»

Я смотрела на полуразрушенную колокольню и остатки стен. Все, что сохранилось от некогда роскошного большого храма. Село было заброшено, и довольно давно. Церковь наверняка долгое время служила складом или амбаром. А после того, как деревню покинули жители, начала очень быстро разрушаться.

Деревянных домов уже и видно практически не было. Дерево гниет быстро. А вот остов колокольни все еще упрямо устремлялся к осеннему небу, хотя разумеется, ни крыши, ни креста уже давно не было. Тишина тут давила. Воздух был тяжелым, прохладным и словно лег мне на плечи, укрывая невидимым плащом.

Я медленно шла по растрескавшимся плитам пола, и каждый мой шаг эхом отдавался в голове. Смотрела на пустые оконные проемы, на остатки штукатурки со следами росписей и облупленные кирпичи, и все равно ощущала силу. Огромную силу, что по по-прежнему чувствовалась в этом заброшенном храме.

Каждый раз, когда я бывала в таких местах, помимо жалости, я ощущала именно ее. Силу, что оставалась в этих камнях, кирпичах, зияющих пустотами стенах и проемах окон.

Можно верить в Бога, можно не верить. Но эту силу не почувствовать невозможно, если ты только еще способен чувствовать.

Я вышла из развалин и подняла глаза к хмурому осеннему небу.

Наверное, скоро пойдет дождь. Вон та туча мне совершенно не нравится. Нужно успеть дойти до автобусной остановки. Попутки тут не ездят, так что только пешком.

Я достала мобильный телефон. Все фотографии и видео я уже сделала. Сейчас меня интересовали время и связь. Но телефон показывал какую-то абракадабру. Не могло же быть уже так поздно? Я что, провела тут почти весь день? Да быть этого не может!

Получалось, последний автобус ушел уже полчаса назад.

Я напрягла память. Ближайшая жилая деревня Знаменское, кажется, была в той стороне. Может быть, там есть вышка? Что-то мне не нравится, что совсем нет связи. Почему вдруг она пропала?

Я оглянулась и двинулась вперед. Дороги как таковой тут не было. Смутная тропинка, которая сейчас вела меня. Я шла и думала, что места тут особенно глухие.

Старика, что оказался на моем пути, я не сразу разглядела. Самый обычный старик. С довольно длинной бородой. Глаза у него были живые, умные и совершенно не стариковские. Яркие, а не тусклые, какие бывают у старых людей.

— Ну здравствуй, де́вица. Признаюсь, не ожидал. Не ожидал. Но рад. Душевно рад познакомиться.

— И вам день добрый. Знаменское в том направлении? — вздохнула я.

Я была не особенно рада встрече. Хотя с другой стороны, вдвоем идти все же лучше, чем одной. А откуда он тут взялся? До этой самой деревни Знаменское еще довольно далеко. Что он тут делал вечером, да еще и поздней осенью?

— Меня зовут Дормидонт Евлампиевич, де́вица.

На вопрос о деревне и направлении он мне не ответил. Ну и ладно. Разберемся.

— Как?

— Дормидонт Евлампиевич.

— Я это не выговорю.

— Ну, ты постарайся. Раз уж занесло тебя ко мне, де́вица…

— Я не деви́ца, — вздохнула я.

— Ты не спорь со мной! Мала ты еще для этого!

— Мала? Да вы мне даже до пояса не достаете, — фыркнула я в ответ.

— Нда… Ростом тебя природа не обидела. Волейбол?

— Баскетбол.

— Это правильно. Это хорошо. Идем к реке-то? — прошамкал старик.

— Мне бы к вышке какой? Связи нет совсем. Мне к реке не нужно, — в который раз попробовала я.

Но старик шел вперед, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

И как меня сюда занесло-то? Ведь ничего же не предвещало? Хотя с другой стороны, вся моя жизнь, наверное, вела меня на эту дорогу, и я тащусь вслед за старичком непонятно куда. Может быть, повернуть назад?

Я обернулась. Ночевать в развалинах старой церкви категорически не хотелось. Да и развалин уже видно не было.

А ведь я всегда тщательно продумывала маршрут. И была в принципе готова вот к таким непредвиденным ситуациям. Я тщательно планировала, как пойду, где поеду, а где придется ловить попутку. Хотя при моем довольно высоком росте попутки останавливались не часто.

Нет, у меня не было генетических аномалий, и я не была гигантом. Но все же достаточно высокой. Травма почти в самом начале моей баскетбольной карьеры полностью закрыла мне доступ в большой спорт. Никаких тренерских задатков у меня тоже не было. А в модели меня не брали, потому что особенной красотой я не блистала.

— Вот египтяне, к примеру. Очень серьезно они подходили к проблеме загробного мира. И с собой в гробницы свои обязательно брали лодку, чтобы подземный Нил переплыть. Как же эти египетские лодки назвались-то? — старичок остановился и почесал бороду.

— Барис они назывались. Плоскодонные такие, и по реке преимущественно плавали. Ну, или Солнечная ладья. Но это уже для фараонов, — буркнула я и тоже остановилась.

— А ты откуда знаешь, де́вица?

— Две самые большие солнечные ладьи нашли возле пирамиды Хеопса. Мы это в школе проходили, — пожала я плечами. — А русское слово «барка» восходит своими корнями к греческому слову, которое, в свою очередь, заимствовано из египетского языка.

— Звать-то тебя как?

— Инна, — ответила я и осмотрелась.

— А полностью? Ангелина?

— Агриппина, — в тон ему съехидничала я. — Нет. Просто Инна. Самое обычное имя.

— Ну да, ну да. Я бы усилил и поменял. Добавил бы звонких согласных. Вот Ингвара? Звучит?

— Без понятия. Мы к вышке сегодня дойдем? А еще лучше, в Знаменское. Я вообще туда шла, когда вас встретила. Только навигатор почему-то сбоит. Хотя я проверяла, тут покрытие сети хорошее. Почему же связи нет? — и я в который раз достала свой телефон, который упорно не хотел работать.

— Бывает. Идем дальше, де́вица?

Мне ничего не оставалось, как плестись по дороге за старичком. Дорога тут все равно была одна. Я поправила свой рюкзак.

Я занималась тем, что делала небольшие репортажи об интересных заброшенных местах. Вот и сейчас возвращалась именно из такого оставленного людьми места, но с еще сохранившейся церковью. Я фотографировала, все осматривала, напитывалась эмоциями и ощущениями, а потом делала небольшие репортажи.

Это было моим, можно сказать, хобби. Хотя и приносило небольшой доход. Людям нравились мои сюжеты, и подписчиков у меня было довольно много. Иногда прилетали донаты, а то и спонсоры находились. Иногда были заказы, и я отправлялась прицельно в какое-то место.