Гамалуст практически не реализуется за пределы Норвегии и нигде больше не производится, поэтому героиня не могла его пробовать и знать о нем.

Глава 9 Собеседование у викингов: как бы вы объяснили навигацию шестилетнему? Мы обязательно к вам вышлем гонца!

Что мы за парочка с тобой? Оба пытаемся скрыть свое лицо, и у обоих это не получается. Твои люди любят тебя, и это уже о многом говорит, но ты пошел вперед, когда следовало отступить, и это поступок настоящего рыцаря.

К/ф «История рыцаря», 2001 год. Название позаимствовано у одного из «Кентерберийских рассказов» Джеффри Чосера, который является одним из персонажей фильма.

Я недоуменно смотрела на мужа. Я только-только открыла глаза и первое, что я увидела, было хмурое лицо Гарольда. Он сидел надо мной на корточках, и в его непонятных сиреневых глазах отчетливо бушевало пламя. Оранжевое-розовое пламя, отсветом от встающего над горизонтом солнца. Как там говорится? Порядочные люди встают с рассветом, чтобы успеть задолбать как можно больше окружающих? Видимо, мой муженек именно этим принципом и руководствовался.

Я больше не чувствовала тепла, которое было ночью. Оно исчезло, уступив место напряженной тишине, повисшей между нами. Я моргнула, пытаясь понять, а что, собственно говоря, происходит? И откуда столько претензий вместо завтрака в постель? Ну ладно, не в постель, но хотя бы под походный плащ?

— Доброе утро, — хрипло сказала я, приподнимаясь на локтях. — Что случилось?

Гарольд не ответил. Он просто смотрел на меня, и в его взгляде было столько обвинения, что я невольно поежилась.

— Ничего не хочешь мне объяснить? — снова процедил он сквозь зубы.

Я растерянно оглянулась. Магнуса нигде не было. Две лошади стояли на месте, моя и Гарольда, а вот лошади Магнуса не было.

— Где он? — спросила я, хотя ответ уже и так знала.

— Исчез, — резко ответил муж, не глядя на меня. — Я проснулся и понял, что меня так никто и не разбудил на ночное дежурство. Я прекрасно выспался и рядом с тобой, даже магию не израсходовал, а наоборот, восстановил. Но сути это не меняет. Магнус уехал, и я даже не знаю, когда он это сделал. Под утро или сразу, как только мы с тобой уснули.

Я медленно села, чувствуя, как утренний холод пробирает до костей. Мысли лихорадочно метались, пытаясь сложить воедино всю картинку.

— Гарольд, — начала я, но он перебил меня, поднимаясь на ноги:

— Ты вчера настояла, чтобы он поехал с нами. Ты сказала, что Ярок должен остаться. Почему? И не говори мне, что это была просто случайность. Я видел твой взгляд. Ты знала что-то. Что именно?

Я сглотнула. Внутри все сжалось от напряжения, но я заставила себя собраться. Я поднялась на ноги, даже оперлась на протянутую мне мужем руку, и встала напротив Гарольда, глядя ему прямо в глаза.

— Я не знала, что он сбежит, — сказала я твердо. — Но я предполагала, что ему нельзя доверять. И я хотела держать его рядом, чтобы видеть, что он делает.

— С каких пор ты разбираешься в моих воинах лучше меня? — в голосе Гарольда был холод.

— С тех пор, как я смотрю на них иначе, чем ты, — ответила я без обиняков, пожимая плечами. — И могу сказать тебе, почему я думаю, что именно Магнус предатель. Или, по крайней мере, на чем я основывалась. У меня нет твердых доказательств, но я могу привести свою логику.

Он замер и прищурился.

— Знаменитую логику семьи Иудекс? Давай! С удовольствием послушаю.

— Во-первых, — начала я, загибая палец, — он полностью соответствует тому типу личности, которого я представила в качестве предателя.

— Поясни? — изогнул он бровь.

— Он обладает необходимой властью. Все-таки он начальник твоей замковой охраны. Согласись, что человеку менее значимому Черный Кондрат не стал бы ни доверять, ни общаться. Значит, это был кто-то достаточно важный. Не крестьянин и не простой воин, а как минимум человек из твоего близкого круга. Он практически не участвовал в последних вылазках, тогда как Ярок доказал, что он полностью на твоей стороне. Он голым дрался в той последней битве, значит, не ожидал нападения, и ему можно доверять. Предатель, если он знал о том, что предстоит нападение, или ушел бы заблаговременно от места битвы, или уж точно был бы одет в доспехи. Или, что еще более логично, вообще остался бы в замке.

— Поэтому ты исключила всех, кто был со мной в походе в монастырь? — кивнул он.

— Да. Вероятнее всего, предатель оставался в замке.

Я сделала вдох и продолжила, загибая второй палец:

— Во-вторых, его поведение, когда мы обсуждали возможную вылазку. Он нес какую-то околесицу про армию, о том, что все вассалы объединятся против тебя. Он торопился, говорил, что мы теряем время и стоит выступать немедленно. И именно он настоял на маленьком отряде для разведки, а вот Ярок предлагал большой отряд. Магнус направлял нас.

— Это может быть просто совпадением, — возразил Гарольд, но в его голосе не было уверенности.

— Может, — согласилась я. — И именно поэтому я не была уверена в том, что это он. Все улики косвенные, вернее, я бы сказала, что это вообще никакие не улики. Но есть и третье, — сообщила я, демонстративно загибая третий палец. — Его взгляды, жесты и блеск глаз. Я согласна, что это даже не доказательства, и их совсем приводить не следовало бы, но я видела, как он улыбался, когда там, в трапезной, Тира рассказывала свою историю. Улыбка была нехорошая. Я видела, как довольно блеснули его глаза, когда ты сказал, что поедешь лично. Назови это чутьем? Интуицией?

— Чем? — не понял он.

— Магией семьи Иудекс и боевой Валькирии.

— Понял, — кивнул Гарольд, сжал челюсти, и я увидела, как на его виске дернулась жилка. — Действительно, все логично, понятно и звучит очень здраво. Знаменитая логика семьи Иудекс на высоте, — его голос был спокоен и даже тих. — Непонятно мне только одно! Какого! — заорал он на меня. — Почему ты не сказала мне это сразу? Еще в замке!

— Я же ответила уже! — взвилась я в ответ. — Потому что у меня не было доказательств! Только предчувствие! И ты бы поверил мне? Ты, который знает Магнуса годами, а меня всего несколько дней?

Он замолчал, и в его глазах промелькнуло что-то, похожее на боль. Но потом вдруг принялся орать еще громче, как будто так я его лучше пойму:

— Я бы поверил! По крайней мере, прислушался бы! И зачем ты настояла на том, чтобы взять предателя в поход? Иметь под боком врага? Который в любой момент наставит на нас меч? Да он нас не прирезал этой ночью только потому, что магия твоя и моя ему была не по зубам! О чем ты думала?

— Я не знала! Не была уверена! Единственное доказательство его вины — это, по сути, его побег! А так он был твоим другом!

Мы стояли друг против друга и орали. Очень милая семейная сценка. Медовый месяц в разгаре, так сказать. Любовная идиллия на лицо. И это мы еще не завтракали.

— Что еще ты мне не сказала?

— Он переглядывался не только с Тирой! — заорала я в ответ.

— С кем еще!

— А кто сидел по его левую руку? С правой стороны Ярок! А с другой? — проорала я в ответ.

— Бригитта, — выдохнул муж и сдулся, как воздушный шарик из моего мира.

— Развел вокруг себя баб! Тира, Бригитта, Гудрун и еще целый насест курочек-несушек! Но эти куры могут быть далеко не так безобидны, как ты думаешь! Они умеют клеваться! Тем более, если ты их отвергаешь! Тиру ты бросил! Гудрун тоже! Две обиженные бабы! Не говоря уже об остальных!

— Бригитта, — повторил он и потер устало глаза.

— Я видела их не только в трапезной. Они стояли у старой башни и о чем-то спорили. Я не слышала слов, но их жесты были довольно нервными, и когда они заметили меня, то быстро разошлись в разные стороны. И утром, когда мы вчера уезжали, я видела Бригитту в коридоре. Что она там делал в такую рань? Кого провожала? Тебя?