— Вы их будете читать? — с благоговением спросила Ингрид.

— Буду, — кивнула я. — Обязательно.

Книги были аккуратно сложены на столе, и я уже потянулась к последнему мешку, самому маленькому, но самому увесистому. Он стоял в углу, чуть поодаль, как будто ждал особого внимания. Я подошла и развязала тугой узел. Внутри оказалась шкатулка. Большая, тяжелая, из темного дерева, инкрустированная серебряными пластинами с выгравированными узорами. Она была заперта на медный замок, но ключ — маленький, изящный — болтался на шнурке, привязанном к ручке.

Замок щелкнул, и крышка приподнялась сама собой. Я заглянула внутрь и замерла. Шкатулка была полна драгоценностей. Серебряные и золотые украшения, усыпанные камнями, которые переливались всеми красками. Рубины, сапфиры, изумруды, аметисты. Браслеты, ожерелья, кольца, диадемы. Отдельно лежали амулеты. Маленькие, на тонких цепочках, с выгравированными символами. Я ничего из этого не узнавала, но наверняка была и защитная магия, и обереги, и знаки силы. Некоторые из них были такими старыми, что металл почернел от времени, но узоры оставались четкими.

Но самым удивительным оказалось то, что лежало на самом дне. Увесистый кожаный кошель. Я взяла его в руки, и он приятно порадовал меня своей тяжестью. Я развязала шнурок и заглянула внутрь. Там оказалось золото. Сверкающие монеты, тяжеловесные, с отчеканенными на них гербами, которые я не узнала, но чувствовала их ценность.

— Какое богатство, — выдохнула Астрид, прижимая руки к груди. — Ваша светлость, вы самая богатая невеста на всем побережье!

Я взвесила кошель в руке и почувствовала тяжесть не только золота, но и ответственности. Я была не просто странницей с топором. Я закрыла шкатулку, повернула ключ и убрала его в карман платья.

­— Нам пора на ужин, — скомандовала я и двинулась на выход.

Дорогу в трапезную я нашла сама, ни разу не заблудившись в переходах. Но когда передо мной открылись двери, то увиденное меня совершенно не обрадовало. Муженек что — вдруг решил, что он бессмертный?

*

Хирд —боевая дружина в Скандинавии эпохи викингов.

**Точная цитата звучит вот так и принадлежит она Эрнесту Хемингуэю из его романа «За рекой, в тени деревьев»: «Женщину теряешь так же, как свой батальон: из-за ошибки в расчетах, приказа, который невыполним, и немыслимо тяжких условий. И еще из-за своего скотства»

*** Сакс или скрамасакс —особенный род оружия, однолезвийное рубяще-колющее оружие с отличительной горбатой формой ломаной спинки. Само название предположительно расшифровывается как «саксонский убийца». Самая высокая популярность скрамасаксов приходится на Средневековье, хоть они и появились значительно раньше.

Глава 7 Собеседование у викингов: Не помешает ли ваша личная жизнь набегам? Мы обязательно к вам вышлем гонца!

— Вы откуда, из Средневековья?

— Да! — воскликнула Барбара. — В ту пору бесстрашными рыцари были, а девы под платьем белья не носили.

Стивен Кинг, «Под куполом»

Я стояла в дверях и размышляла, что зря все-таки не ношу с собой топор. А вот такая открытая супружеская измена как, интересно, карается? Тут есть какие-то законы по этому поводу? У меня, кажется, одна из книг на столе была об этом. Нужно сегодня ночью заняться изучением, потому что незнание законов не освобождает от их исполнения. Это я выучила очень хорошо еще в прошлой жизни.

Странные ощущения. Мне показалась, что я попала в кино, и сейчас идет замедленная съемка. Застыли воины с кружками в руках, замерла прислуга у стен, даже огонь в очаге будто перестал трещать. Все переводили взгляд с меня на парочку, что сейчас стояла в центре трапезной залы. Что? Все ждут, что я поведу себя неподобающе? Не дождетесь!

Мой драгоценный муженек стоял у всех на виду, прижимая к себе невысокую женщину. Она уткнулась лицом ему в грудь, судорожно всхлипывая и цепляясь за его широкие плечи. А он гладил ее по волосам, склонив голову, и что-то шептал. Он смотрел на нее так нежно, так успокаивающе, как не смотрел на меня ни разу.

Его рука лежала на ее затылке. Пальцы перебирали пряди. Второй рукой он обнимал ее за талию.

Я почувствовала, как где-то глубоко внутри закипает ярость. Она поднималась волной, горячей, темной, почти физической. Руки сами собой сжались в кулаки. В ушах зашумело, но я сделала вдох, за ним второй, и сквозь стиснутые зубы пропустила третий.

И заставила свое лицо превратиться в каменную маску. Никогда нельзя показывать врагу, что он тебя задел. Улыбайся, даже если хочешь разорвать ему глотку. Особенно если хочешь разорвать ему глотку. А еще, чем выше твой подбородок, тем ниже падают ниц твои враги. Пусть даже и в твоих мечтах. Но при моем высоком росте им придется очень потрудиться, чтобы заглянуть мне в глаза, прочесть там презрение. И посмотреть на меня свысока тоже не получится.

Я ни в коем разе не любила мужа и даже не испытывала к нему симпатии, и сейчас все мои чувства были не про ревность. Они были про уважение и про партнерство, про вежливость и благородство. Все то, чем так кичатся мужчины и рыцари, если они и в самом деле хотят называться мужчинами и рыцарями.

Он дал мне клятву на определенный срок, и я хочу, нет, пожалуй, я требую уважения. Потому что если не получу его, то и сама не буду верна клятвам в ответ. Что? Дорогой супружник этого не понимает? А мне казалось, что он не дурак.

Я пошла вперед. Мои шаги громко прозвучали на каменном полу. Муженек вздрогнул и поднял голову. Увидел меня, и я успела заметить, как на его лице мелькнуло выражение, похожее на облегчение. Или все же на вину?

— Астрид, — позвала я, не поворачивая головы, — мне нужна вода. И побыстрее.

Служанка, которая стояла у двери за моей спиной, тут же бросилась на кухню. А я медленно, ну просто очень медленно прошла к своему месту за центральным столом, села и посмотрела на мужа.

— Я, кажется, помешала? — сказала я ледяным тоном, положив руки на стол перед собой.

Женщина отшатнулась от мужа и обернулась. Я рассмотрела ее безусловно привлекательное лицо. Оно было заплаканное, опухшее, а русые волосы спутаны. Невысокая, в дорожном плаще, пыльном и грязном. В глазах стоял ужас, и он казался настоящим.

— Это ваша жена? — всхлипнула она, глядя на моего мужа.

— Тира, не волнуйся, — мягко сказал муж, и я едва не скрипнула зубами. — Милая, позволь представить тебе Тиру Гудоттир. Ее семья владеет землями на южной границе, мы с ее братом и мужем воевали плечом к плечу.

Я плотоядно улыбнулась. Я помнила это имя. Эта женщина была бывшей любовницей моего муженька. Хотя я думаю, тяжеловато здесь найти ту, кто не побывал в его постели. Такими темпами скоро я одна останусь на весь замок.

Про нее говорили служанки. Они говорили, что она красива, знатна и обладает магией, и кажется, вдова его вассала, и при этом он ее бросил. Бывшая любовница, значит, которую он обнимает на глазах у всего замка! Мило! И я сжала руку в кулак, но почти тут же ее разжала. Я выше этого во всех смыслах этого слова.

Тира всхлипнула громче, затрясла головой и еще крепче прижалась к мужу, буквально повиснув на нем.

— На нас напали. Позавчера ночью. Я убежала через потайной ход, когда уже вовсю шел бой. Я ехала двое суток без остановки, умоляю, мой господин, помогите! Ведь там могут быть раненые. Вдруг кто-то из моих людей еще жив? И нужно отвоевать обратно поместье! Я же ваш вассал!

Я смотрела на нее, и в голове билась мысль, что может быть, она действительно напугана? Или это все же игра? Слишком красиво, слишком вовремя. Враги, а их у моего муженька достаточно, могли бы прислать ее, чтобы отвлечь внимание, заставить мужа думать о войне, а не о том, что происходит внутри замка. А у нас тут, на секундочку, притаился предатель. Или вообще речь идет о том, чтобы опять его выманить из замка? Вариантов, если она сейчас нагло врет, очень много.