Свен поднял дубину.

На этот раз зверь не остановился.

Первый удар попал в плечо и словно отскочил от камня. Тварь врезалась в Свена, сбила с ног. Он успел подставить предплечье, и зубы сомкнулись на руке. Боль вспыхнула белым огнём. Свен ударил снова, потом ещё раз. Сук треснул. Серое тело прижало его к земле.

Он увидел над собой светящееся небо без солнца и вдруг ясно понял: помощь не придёт.

Пасть метнулась к горлу.

Хруст оказался удивительно тихим.

Боль исчезла.

Свен снова стоял на дубовой полке.

Тело стало деревянным и маленьким. Он не мог пошевелиться. Рядом блестел рыцарь, улыбался бард, чернел инквизитор. Перед полкой возвышалась Старуха. В янтарных глазах плясал огонь котла.

Она взяла фигурку варвара двумя пальцами, рассмотрела и цокнула языком.

— Упрямство без ума — короткая дорога обратно, — сказала она. — Ты пока постой. Может, дерево поумнеет быстрее.

Старуха поставила его в самый тёмный угол полки.

Свен попытался закричать.

И моргнул.

Перед ним снова стояла Леса. Мурка лежала у ручья. Окно задания висело на прежнем месте, а слова «Принять» и «Отказаться» по-прежнему ждали выбора.

Свен судорожно вдохнул и схватился за горло. Кожа была цела. Предплечье — без укуса. Ступни не кровоточили. Дубина оставалась в руке, целая и тяжёлая.

— Что с тобой? — спросила Леса.

Он посмотрел на неё так, будто она вернулась с того света. Потом перевёл взгляд на кусты, в которых она только что — или несколько часов назад — исчезла.

— Ты уходила.

— Я стою здесь.

— Я отказался.

— Нет.

— Потом я заблудился. Меня убили. Потом была Старуха и полка…

Леса перестала улыбаться.

— Прошло несколько ударов сердца. Ты смотрел перед собой и молчал.

Свен провёл ладонью по лицу. Запах крови всё ещё чудился в носу. Он помнил тяжесть серого зверя, помнил хруст и невозможность вдохнуть. Воспоминание было слишком подробным для обычной фантазии.

— Это сделала Система?

— Какая система?

— Та, что показывает мне надписи.

Леса задумалась.

— Я не знаю. Герои иногда видят то, чего не видим мы. Но дед говорил: не всякая показанная дорога уже пройдена.

— Очень полезное объяснение.

— Другого нет.

Свен присел и провёл пальцами по ступне. Ни пореза, ни грязной кровавой полосы, которую он так отчётливо помнил. И всё же тело не верило глазам: пятка продолжала ныть, левая рука ожидала боли от укуса, а мышцы шеи сводило в предчувствии смертельного рывка.

Он поднял сломанный в видении сук. На коре сохранился выступ, который должен был отлететь при первом ударе. Свен надавил на него большим пальцем. Дерево было твёрдым.

— Если это предупреждение, оно могло быть короче, — сказал он. — Например: «Не будь идиотом».

— Возможно, тебе уже показывали такое предупреждение, но ты его пропустил.

— Возможно, я сейчас передумаю и всё-таки познакомлю твою кошку с дубиной.

Мурка тут же подняла голову.

— Видишь? — сказала Леса. — Она считает это вторым предупреждением.

Свен неожиданно рассмеялся. Смех вышел коротким и нервным, но помог окончательно отделить поляну от пережитого кошмара. Здесь журчала вода. Здесь Леса стояла на том же месте. Здесь Мурка ещё не решила, что он съедобен. Настоящее, по крайней мере пока, оставляло ему выбор.

Свен снова посмотрел на выбор. Отказ не возвращал память, не объяснял появление в Эдеме и не делал его свободным. Он оставлял его босым, безоружным и одиноким в лесу, где даже домашние кошки весили больше человека.

Возможно, видение было предупреждением. Возможно — игрой измученного разума. Возможно, Старуха действительно могла поставить его обратно на полку.

Проверять не хотелось.

— Если я соглашусь, — сказал Свен, — что именно считается выполнением?

Леса уловила перемену тона и ответила без насмешки:

— Ты приносишь мне неповреждённые соты из того улья. Не кусок воска без мёда, не мёртвую матку, не обгоревший дуб. Соты.

— Кому отдавать? Лично тебе?

— Лично мне. Я буду ждать у тропы возле ручья, если мы не договоримся об ином.

— Награда останется той же?

— Холщовая рубаха, портки, лапти и то, что названо значительным бонусом.

— И ты всё ещё не скажешь, что это?

— Нет.

— Хотя бы оружие заранее?

— Нет.

— Еду?

— После того как примешь задание, дам совет. Бесплатный. Это почти еда, только не насыщает.

Свен покосился на показатель обаяния, который услужливо всплыл в памяти.

— Ты всегда так торгуешься?

— Нет. Иногда мне попадаются разумные собеседники.

Он медленно поднял палец к светящемуся слову. Коснуться окна физически было невозможно, но Система словно ждала намерения.

— Ладно, друидка, — сказал Свен. — Я согласен. Показывай, где живут твои бешеные пчёлы.

Он выбрал «Принять».

Окно вспыхнуло золотистым светом.

Задание «Мёд для друидки» принято.

Осталось времени: 23 часа 59 минут.

Леса кивнула на едва заметный проход между деревьями.

— Северная опушка там. До старого дуба есть тропа. И первый бесплатный совет: когда увидишь пчелу размером с кулак, не маши руками.

— А второй?

— Второй будет стоить соты.

Мурка поднялась и потянулась, выпустив когти. Свен посмотрел на пантеру, на тёмный проход в лес и на отсчитывающие время цифры.

Ещё недавно у него не было имени, цели и даже направления. Теперь имя нашлось, цель оказалась смертельно опасной, а направление вело к чудовищным пчёлам.

Для начала — сойдёт.

Леса нырнула в узкий проход между кустами так, словно тропа принадлежала ей одной и послушно расступалась перед хозяйкой. Мурка скользнула следом — чёрная, текучая, почти бесшумная. Свен задержался на краю поляны и посмотрел на цифры, мерцавшие в воздухе.

Осталось времени: 23 часа 58 минут.

— Уже минуту украли, — пробормотал он.

— Кто?

— Никто.

— Хорошо, что ты так быстро научился разговаривать с умными собеседниками.

— Я бы и с тобой попробовал, но пока не нашёл.

Леса хмыкнула и скрылась в зелени. Свен перехватил сук поудобнее и пошёл за ней.

За кустами поляна пропала мгновенно, будто её никогда и не было. Тропа сузилась до полоски примятого мха и нырнула под переплетение ветвей. По обе стороны поднимались стволы, слишком толстые для того леса, который знал Свен. Корни выпирали из земли чёрными рёбрами, цеплялись друг за друга и складывались в ступени, на которых легко было сломать ногу. Между деревьями свисали длинные нити серебристого лишайника. Время от времени они сами по себе вздрагивали, хотя воздух стоял неподвижно.

Свен оглянулся. Сквозь листву ещё виднелся светлый клочок поляны, но через несколько шагов зелень сомкнулась. Ни примятой травы, ни следа падения, ни места, где он принял задание. Назад он бы уже не вернулся. Оставалось идти за медными косами Лесы и мелькавшим порой чёрным хвостом Мурки.

— Северная опушка точно там? — спросил он.

Леса, не сбавляя шага, ткнула пальцем вперёд.

— Там.

— Очень убедительно. Компас показать не хочешь?

— Не знаю, что это.

— Штука, которая объясняет людям, куда они идут.

— Я и без штуки знаю.

Свен посмотрел вверх, надеясь хотя бы по небу определить направление. Над кронами лежало ровное сияние — ни солнца, ни единой точки, за которую можно было бы зацепиться взглядом. Даже тени под деревьями падали как попало. Мир отнял у него последний привычный ориентир и взамен предложил довериться девушке, которая ещё недавно держала его под прицелом пантеры.

Первые сто шагов он ещё держался с достоинством. На второй сотне достоинство начало мешать. Под мягкой травой земля оказалась усеяна корнями, шишками и камнями. Каждый второй сучок, казалось, годами лежал в засаде и ждал именно босого человека. Свен дважды ударился пальцами, раз наступил на колючку и вскоре понял назначение обуви куда глубже, чем за все прежние годы.