Обадин схватил его за горло и поволок к огню. Люций упёрся, выбил захват, но не устоял и упал на одно колено. Обадин пинком отправил его ближе к лаве. Люций перевернулся, ловя себя на руках, и из-под ладоней по песку побежала тонкая стеклянная дорожка — песок плавился от его прикосновения. Он с трудом поднялся, шатаясь, и снова встал против Обадина. Толпа ревела, стонала, свистела.

Обадин выхватил клинок — длинный, чёрный, из незнакомой стали — и шагнул вплотную. Люций не успел увернуться. Лезвие вошло под ключицу и вышло из спины, мягко, горячо, как в масло. Люций замер. На песок упали первые капли крови.

Каси не выдержала и истошно закричала:

— Люк!.. Прекратите! Сейчас же перестаньте…

Чья-то жёсткая ладонь крепко запечатала ей рот. Каси замычала, дёрнулась, стараясь освободиться. Но не тут-то было. Её руки оторвали от решётки, жёстко прижали к туловищу и гневный шёпот опалил ухо:

— Ты что делаешь? Ты не должна в нём сомневаться! Ты должна в него верить! Иначе ему не победить, слышишь!

Она подняла заплаканные глаза и встретила яростный взгляд Аштара. Он схватил в охапку обеих фей и перенёс их в богато украшенную ложу в самом центре амфитеатра.

— Сидеть здесь! — пихнул их в бархатные глубокие кресла. — Улыбаться и делать счастливые лица! Поняли?! — рыкнул он.

Феи дружно и испуганно закивали.

Каси не удержалась и снова всхлипнула:

— А если его убьют?.. — её губы задрожали. Аштар подался вперёд и ядовито ответил: — А если его убьют — я оживлю этого слабака и снова убью с особой жестокостью. А ты, — он ткнул пальцем в Каси, — будешь мне помогать! Ясно?!

Феи снова кивнули и, натянув сияющие улыбки на лицо, уставились на арену.

А на арене стоял Люций, опустив голову. Кровь капала с пальцев. Обадин уже развернулся к толпе, поднимая руки — победа. И тут услышал. За спиной кто-то медленно, с хрустом, вытащил клинок из собственного тела. Обадин обернулся. Люций стоял прямо. Глаза — два алых угля. Рана на груди затягивалась на глазах, но не зажила — просто перестала кровоточить.

«Это не регенерация, — понял Обадин. — Это связующий ритуал. Он не может умереть, пока жива его предназначенная.»

— Что ты наделал… — прошептал Обадин.

Люций не ответил. Он шагнул к лаве, поманил пальцем раскиданное по арене оружие. Оно как живое стремительно метнулось к нему. Властелин собрал всё в кучу и голыми руками сунул все предметы в клокочущую лаву. Подержал там, иногда вынимая и внимательно, не торопясь, разглядывая. На трибунах постепенно воцарялась мёртвая тишина. Настроение толпы резко переменилось. Казалось, зрители забыли дышать.

Наконец, добившись чего хотел, Люций одобрительно хмыкнул. Сунул руки прямо в лаву. Толпа ахнула. Он вытащил расплавленный ком металла — он тек между пальцами, обжигая кожу, но кожа не горела. Люций начал мять его, как глину, вытягивая, скручивая. Металл шипел и остывал, принимая форму. Шипы, кольцо, цепь — каждая деталь выкована прямо в ладонях. Когда он защёлкнул последний шип, металл был уже тёмным, но всё ещё дышал жаром. Запах раскалённого железа ударил в ноздри всем, кто сидел в первых рядах. Он крутнул изделие в воздухе и всех опалило жаром металла.

Люций повернулся к Обадину и, склонив голову набок, тихо произнёс:

— На колени!

Военный советник заскрипел зубами. Ноги дрогнули, но устояли. Он упёрся, вцепился в песок пальцами — магия Люция давила, как каменная плита на плечи. Ещё секунда. Ещё одна. Он рухнул на песок.

— Ползи сюда, мерзкое чудовище, — ровно скомандовал властелин.

Оцепеневшая Каси с ужасом наблюдала за окровавленными соперниками. От натянутой улыбки болели губы и щёки, но она не могла прекратить улыбаться. «Какие они нечеловечески жестокие! Как так можно? Это что получается, если у нас с Люком вдруг когда-нибудь родится сын, то он будет демоном и тоже станет так биться? Мой ребёнок?! Да я же с ума сойду!» Рядом сидела бледная Маури и вжималась в кресло. Аштар с хищной собственнической улыбкой, что-то любезно нашёптывал ей на ухо. Но кажется, фея его не слушала. Она крепко держала Каси за руку и не сводила глаз с арены.

С огромным трудом переставляя колени, двигался навстречу своей жестокой судьбе Обадин. Лютая ненависть сжигала его сердце. Снова проклятый Люций одерживает верх. Ну, ничего! Он ещё повоюет! И Зевус ему поможет! Не выдержав напряжения, он потерял равновесие и упал, уткнувшись лицом прямо в песок. Люций нагнулся, приподнял за волосы своего советника и ловко защёлкнул на его шее раскалённый ошейник. Дикий вой оглушил народ. Толпа замерла в экстазе и благоговении от мощи властелина. Удушливый запах палёной плоти поплыл по амфитеатру.

— Если бы ты угрожал только мне… Но ты покусился на святое — на предназначенную демона.

Люций разогнулся, отряхнул ладони и топнул ногой по щедро забрызганному кровью песку:

— Аидус, тебе нужен раб на пару тысяч лет? Смотри какой неугомонный, с фантазией! Я тебе ещё инсактов подарю. Чтобы совсем скучно не было!

Рядом с Каси кто-то тихонько хихикнул. Она повернулась и увидела, что в соседних креслах сидит сладкая парочка: Герта и Зевус. Богиня счастливо улыбалась и хитро показывала язык мужу.

Вокруг Обадина взметнулось яростное пламя, он коротко вскрикнул и исчез. Зевус с досадой смачно сплюнул, погрозил жене пальцем, встал и произнёс:

— Люций Сэтон Дэйман, ты всё так же Властелин Тёмных земель! До тех пор, пока не найдётся сильнейший демон, который свергнет тебя! — по мере того, как бог говорил, вокруг него собирались тёмные грозовые тучи. Зевус выдернул из одной искрящуюся молнию и метнул её в землю. — Да будет так! — громыхнул он вибрирующим басом, медленно растворяясь в воздухе.

А Герта подхватила Каси, и они мгновенно оказались на арене возле Люция. Богиня бережно вложила ладошку феи в мозолистую руку демона:

— Любите друг друга, цените и делайте счастливыми. Плодитесь и размножайтесь на радость нам! — она кинула многозначительный взгляд на плоский живот Каси. — А, я забыла, вы уже…

Фея инстинктивно прижала руки к животу и посмотрела возмущённо на Люция. Он злобно зыркнул на Герту, крепко прижал к себе Каси и горячо зашептал ей на ухо:

— Прости, пожалуйста! Я не специально! Я не знал, что так получится.

Раскрасневшаяся Каси вырвалась и пнула его в голень:

— Ах, ты!.. Ты почему мне всё время врёшь!? И друзья твои тоже! Все уже, наверное, знают, кроме меня?!! — она обвела рукой амфитеатр и сидевшие в первых рядах демоны отрицательно замотали головами:

— Не-е-е-т… мы не знали, правда!

— Маури! Мы уходим! — звонко крикнула Каси, резко развернулась и гордо пошагала по арене.

— Цветочек… Маури в другой стороне… — Люций с такой нежностью это говорил и так любовался феечкой, что народ на трибунах мечтательно вздохнул.

Она остановилась, снова развернулась и не успела сделать шаг, как демон подхватил её на руки, заткнул поцелуем рот Каси, не дав ей возразить, и исчез вместе с ней в дымке портала.

Маури проводила тёплым взглядом подругу, и пока прилипчивый светловолосый демон отвлёкся — сбежала домой.

Зевус уже несколько дней мотался по мирам в поисках Лилин. Ему не хотелось терять такую прекрасную во всех смыслах помощницу. Обадин временно вышел из игры. Люций отправил его к Аидусу, брату Зевуса. С ним можно было бы договориться и забрать этого бестолкового демона, но… пусть пока побудет в Подземном мире. Подумает о смысле жизни, о своих ошибках. Сейчас нужно найти эту блудливую демоницу. Его жена со своей любовью и верностью не должна победить! В его мире были и будут гаремы, будут процветать измены, похоть и разврат!

Эпилог

В главном зале замка Властелина Тёмных земель столпилось много народа. Грандиозный бал в честь предназначенной Люция гремел во всю мощь. Многие демоны с умилением украдкой поглядывали на хорошенькую феечку и тихо завидовали властелину. Встретить предназначенную, да ещё и фею — это огромная редкость! Невероятная удача! Втайне демоны мечтали, как теперь счастливо заживут на своих Тёмных землях.