Счастливая улыбка так и норовила появиться на губах, а глупое сердце трепетно замирало в груди. В глубине души Каси очень хотелось не обращать внимания ни на предупреждения, ни на гарем. Она свободная, молодая, у неё вся бесконечно долгая жизнь впереди. И, наверное, можно было бы себе позволить лёгкую влюблённость, флирт, поцелуи… Каси резко остановилась: «Зелье фей, чтобы не влюбляться! Как я могла о нём забыть! Вот что мне срочно нужно! Надо узнать у Маури, как делать это зелье. И вообще что-то давно она не показывалась. Интересно, как она там?»

Юная фея задумалась… как там Маури? Давно она уже не приходила в родной мир. Бывшая наставница ждала появления на свет ребёнка и ей сейчас нежелательно путешествовать между мирами. Каси очень скучала без неё. Маури ждала девочку, маленькую феечку и собиралась после рождения малышки вернуться в королевство фей, а Лонгвей был категорически против. И чем всё у них закончится, Каси не предполагала, но очень переживала за свою наставницу.

Глава 26

За огромным столом, накрытым в малом обеденном зале, завтракали четверо. Тан Лонгвей, его супруга Ванесса, его сын Тан Вейшенг и его предназначенная, фея Маури. Перед драконами стояло большое блюдо с внушительным куском запечённого мяса, которое они с аппетитом уничтожали. Маури нехотя ковырялась в тарелке с молочной кашей, посыпанной свежими ягодами.

Лонгвей не сводил глаз с Маури, с жадностью следил за каждым её движением. Его супруга мило общалась с Вейшенгом, заботливо подкладывая ему поджаристые куски мяса и с укором поглядывая на фею. Маури смотрела в свою тарелку, украдкой бросая тоскливые взгляды на Вейшенга. Ну, а сам Тан Вейшенг демонстративно делал вид, что фея здесь не присутствует вовсе. Он первым закончил трапезу, поднялся, с тёплой улыбкой поцеловал обе руки драконицы:

— Мне пора, мама. Удачного дня. – Затем кивнул Лонгвею: – Отец. – И открыл портал, исчезнув в нём.

Да, Вейшенг пребывал в уверенности, что Ванесса его родная мать. И не только он так думал. О погибшей предназначенной Лонгвея, настоящей матери Вейшенга, не знал никто. Память о ней не сохранили. Как будто её никогда и не было.

Был момент в самом начале пребывания феи в драконьем замке, когда Маури хотела признаться Вейшенгу, что многое помнит о своей прошлой жизни. Но увидев, как общаются отец с сыном, насколько они близки, фея передумала. Неизвестно, как Вейшенг воспринял бы новость, что его отец, хоть и косвенно, повинен в смерти матери. И неизвестно, принял бы он её. Зачем ворошить старое? Ей просто хотелось, чтобы он перестал ненавидеть и презирать её. После строгого замечания Лонгвея, Вейшенг перестал злобно смотреть на Маури. Теперь он просто её не замечал, а если и смотрел, то как на пустое место. Это было обидно. Наладить отношения не получалось.

Маури горестно вздохнула, аппетит пропал окончательно. Она отложила салфетку, собираясь встать из-за стола, и услышала властный приказ:

— Сидеть! Ты должна хорошо питаться! Нам нужен здоровый ребёнок! – отчеканила Ванесса. Маури окинула драконицу полным ненависти взглядом, перевела его на Лонгвея, который смотрел на фею с грустным осуждением.

— Я сыта, – ровно произнесла она.

И в этот момент все услышали странный шум. Лонгвей изумлённо поднял бровь, когда двери в обеденный зал с грохотом распахнулись и на пороге появился предназначенный Ванессы – маг Стивен.

Светловолосый, широкоплечий красавец с медовыми глазами сделал вперёд несколько шагов, чеканя шаг и в упор глядя на Ванессу. На её смуглом лице возникла приветливая улыбка. Стив остановился, сложил руки на груди и практически прорычал:

— Ванесса, я в последний раз спрашиваю, ты поедешь со мной?

Она сузила свои чёрные миндалевидные глаза и недовольно поджала ярко-красные губы.

— Стивен, ну чем тебе не нравится у нас? – миролюбиво поинтересовался Лонгвей. – Мы же одна семья! Смотри, моя предназначенная тоже с нами живёт, и мы отлично ладим. Один ты протестуешь и что-то придумываешь!

— Семья?!.. Ладите?!.. А ты спросил у своей предназначенной, нравится ли ей делить тебя с Ванессой?! – ткнул рукой в сторону невольно сжавшейся Маури. Лонгвей поморщился от криков мага. – Мне лично не нравится, что моя женщина периодически спит с тобой!!!

— Послушай, но мы же муж и жена! Другие драконы как-то же находят общий язык с предназначенными! Что же мне так не везёт?!! – в ответ взревел Лонгвей.

— Да потому, что вы – крылатые ящерицы! Холодные рептилии! Вы не умеете любить и совокупляетесь без чувств, просто так!!! – взбешенно орал маг. – Я – человеческая особь, она – фея! Мы умеем любить и быть верными в отличие от вас! – Он снова повернулся к Ванессе: – В общем так, либо ты собираешься и уходишь со мной и нашим ребёнком сейчас, либо ты меня больше никогда не увидишь!

Ванесса закатила глаза:

— Ну что ты опять начинаешь, милый? Прекрати истерику, пожалуйста!

Стивен окинул её нечитаемым взглядом, развернулся и с грохотом вышел, снеся за собой дверь и полстены.

— Силён… – уважительно хмыкнул Лонгвей. Маури до боли сжала под столом кулаки.

Маури мерно раскачивалась на резных качелях, устремив равнодушный взгляд в неизвестность. Её окружал дивный сад, поражающий своей дикой красотой. Но эта первозданная красота не трогала фею.

Три года она здесь… три проклятых года! А её взрослый сын так и смотрел на неё, как на пустое место. Ей было всё равно, что у дракона есть жена и целый гарем наложниц. Она равнодушно принимала его ухаживания, но выходить за него замуж отказалась категорически! Ещё чего, связывать свою жизнь с этим драконом! Она и отправилась с ним в его мир только для того, чтобы хоть иногда видеть сына и, если получится, родить от него дочь, маленькую фею. Её мечта сбылась, через несколько месяцев она ожидала появление девочки. Маури не собиралась ставить драконов в известность, что уйдёт в свой мир, как только родится малышка. А они уже опрометчиво подбирали её ребёнку достойную пару. Фея мрачно ухмыльнулась: «Не дождутся! Я свою дочь им не отдам!»

Вообще в этой семье были очень странные отношения. У Лонгвея имелась своя пара – Маури, у Ванэссы тоже была пара – молодой, достаточно могущественный вед, человеческий маг. При этом оба дракона имели гаремы, любовников и не испытывали никакой ревности. С предназначенными обращались хорошо, если можно так сказать. Засыпали подарками, душили чрезмерной заботой и пытались подружиться.

Маури несколько раз была свидетелем, как Стивен выяснял отношения с Ванэссой, требовал, чтобы она ушла от Лонгвея, чтобы переехала к нему и была рядом только с ним. Он имел высокий титул герцога, был близким родственником императора ведов, но драконы оба улыбались и предлагали магу жить с ними здесь. Стивен каждый раз рушил магией какую-то часть замка и исчезал, чтобы через несколько декад снова появиться. Ванесса от него родила мальчика, дракона, и маг иногда проводил время с сыном, демонстративно не обращая внимания на свою пару. Ванесса только беспомощно улыбалась. Лонгвей разводил руками и утешительно обнимал жену.

Взгляд Маури на миг оживился, когда она услышала заливистый детский смех. Маленький дракончик Сайшенг, сын Ванессы и Стива рос активным и жизнерадостным. Фея с удовольствием играла с ним, и малыш тоже тянулся к ней. Маури смотрела на него и горько сожалела, что была лишена общения со своим сыном, когда он рос. Ванесса несколько раз в день заходила к ребёнку, гладила его по голове, отпускала пару ласковых слов и уходила. Всё остальное время малыш проводил с няньками. Зато Маури украдкой водила его за ручку – это именно с ней он делал свои первые шаги, – учила его говорить, рассказывала ему сказочные истории, магией создавала красивых бабочек, играла в разные игры.

— Когда я вырасту, женюсь только на фее, – серьёзно ставил её в известность Сай.

— Обязательно, – соглашалась Маури с улыбкой. Она наслаждалась общением с мальчиком.