Базиль Пали онемел. Глаза его забегали.

— Вы несете какую-то чушь. Магистр Айронфист, ваше обучение у ректора враждебной башни портит репутацию Обсидианового шпиля. Извольте прекратить это.

Оршоя метнула на него тяжелый взгляд.

Испорченный вечер ее тоже не радовал. У них с Иштваном почти получилось, а этот глупец все поломал.

— Мы уже внесли всю оплату и пройдем обучение до конца. Ректор не должен вмешиваться в личные дела магов. И, магистр Пали, когда вы замените неверную табличку у наших покоев? Уже несколько месяцев прошло, а ничего не поменялось.

— Я сделаю это как только вы прекратите обучение у ректора Грие и обратитесь за этим к моей жене, — холодно ответил он.

— Нет, — отрезала Оршоя, — если это все, то мы пойдем.

Они оставили разгневанного ректора и вернулись к себе.

— Иштван, что происходит? Что значит, ректору не удастся стравить нас с Алмой Сабо? — спросила она.

— Что он пытался это сделать, играя на твоей ненависти к некромантам, — хмуро ответил Иштван, — когда много общаешься с людьми, узнаешь достаточно чтобы разбираться в чужих интригах даже против своей воли. Алма ушла в некромантки, потому что Базиль Пали обманул и использовал ее. Все ее заслуги, как целительницы, приписали Айвену Пали и его же отправили к королевскому двору, хотя обещали это ей, заставляя исцелять «нужных» людей бесплатно и в любое время суток несколько лет подряд. Простые болезни Айвен Пали бы лечил сам, а в трудных случаях Алма помогала бы ему, как «ассистентка от Обсидианового шпиля», не получая за это ни денег, ни славы, а только «дружбу» с ректором и его семьей. Алма Сабо — бывшая заклинательница и ей объяснили, что это — ее единственный вариант возвыситься, и она должна быть за него благодарна. От этого у Алмы случился нервный срыв и возникло глубокое отвращение к исцелению, чем и воспользовался шпион Кенотаф, отправив Алму в некроманты. А когда Алма вернулась в башни магов, оправданной героиней и спасительницей города Фарти, Базиль Пали попытался опять присвоить себе ее подвиги, но она этого не оценила и все рассказала архимагу Корвусу. А сама со скандалом сменила башню магов. За это Базиль ее ненавидит и пытается стравить нас. Пока без успеха, но это надо учитывать.

Оршоя нахмурилась.

— Это тебе Алма Сабо наплела? Она — лгунья.

— Нет. Я собирал информацию о ее «изгнании из башни» по кусочкам от разных людей. Алрани была свидетельницей ее нервного срыва и Алма рассказывала ей об обещаниях Базиля Пали еще до вступления в некромантки. После ее жалобы архимагу в Обсидиановом шпиле проходили проверки целителей, о чем знают здешние маги. Многие из них покинули башню из-за подлых действий ректора и архимагу Корвусу это не понравилось. Базиль Пали ненавидит Алму за это и пытается свести с ней счеты: он хотел сорвать получение ею нового ранга, рассердив тебя словами, которых Алма никогда не говорила. Потом отправил нас «проверять» занятия Кэлиана Тобре, хотя на них присутствовало множество взрослых магов и любой из них сообщил бы о нарушении тут же. Но мы же герои, борцы с некромантами? Вдруг найдем способ избавить Базиля Пали от неприятных ему людей? В Обсидиановом шпиле ректора не любят, Оршоя, и считают нечестным человеком, который делает все для выгоды своей семьи, но за счет других магов.

— Со мной он никогда так не поступал.

— Потому что ты — героиня и символ Обсидианового шпиля. Ты повышаешь его престиж своими подвигами. На твою долю приходятся привилегии, но ситуация с табличкой показательна: Базиль Пали не желает ее менять из-за того, что я не хочу быть целителем. Айвена Пали со скандалом выгнали из дворца, потому что без помощницы он не справился и ректор попытался «закрыть дыру» мной, а я отказался и подставил его. И посмотри какую истерику он закатил из-за упущенной выгоды. К слову, его жена ни разу не продемонстрировала призыв всех четырех элементалей одновременно, хотя магистр элементализма второго ранга должен это уметь. И те, кого она учила, так и не стали элементалистами: только гео и гидромантами. Ректор Грие была права в оценке Эдны Пали. Нечестное присвоение рангов родственникам ректора — норма в Обсидиановом шпиле и все о ней знают.

Оршоя помрачнела. Ей стало неприятно.

— Давай закончим этот разговор, Иштван. Ненавижу интриги. Не хочу в это лезть.

Он кивнул.

— Хочешь, разомну тебе спину?

— Хочу. А потом я тебе. И… попробуем заняться любовью в следующий раз?

— Обязательно, — вздохнул Иштван.

Глава 21 Эксперт по некромантии

Жизнь Оршои и Иштвана была тихой и мирной, пока не случилась беда: в городе Марлун, в Середине, некроманты ритуально убили человека. Об этом Оршое и Иштвану сообщила Грокка и вся «Бесстрашная четверка» немедленно отправилась туда. Но в этот раз к ним присоединился пятый участник.

Кэлиан Тобре.

— Что он здесь делает? — ледяным тоном спросила Оршоя.

— Помогает, — коротко сообщил Шандор, — я нянчился с Имре, теперь очередь Кэла оказывать мне услугу. Тут какая-то странность: в заброшенном доме убили крупного торговца камнем. Вокруг полно некромантских символов, но тело не поднято. На местном кладбище все спокойно. Хотя болтают, что в округе пропадали люди и сновали подозрительные фигуры в одинаковых черных плащах. Еще призрак какой-то видели, но женский. Мы с Гроккой уже осмотрели тело: оно истыкано ножом, будто торговец сопротивлялся. У некромантов жертвы лежат смирно, крепко связанные.

— На нем нет следов некромантии и он не стал нежитью, — добавила Грокка, — непонятно чего эти уроды хотели добиться. Шандор решил спросить дружка-некроманта, может, он поймет в чем дело?

Кэлиан Тобре закончил осмотр места убийства и подошел к ним.

— Это просто надругательство над некромантией, — с чувством сообщил он, — круги не круглые! Алхимические символы натыканы где попало! Череп нарисован неправильно! Имре бы нарисовала лучше!

— Ты учишь маленькую дочь некромантии⁈ — вскинулась Оршоя.

— Нет, магистр Айронфист, я просто привел сравнение, — иронично ответил он, — даже ребенок начертил бы знак некромантов лучше. Могу с уверенностью сказать, что их чертил не некромант.

— А кто?

— Кто угодно, кроме некроманта. На этот символ рука набивается первым делом: на службе Кенотаф мы рисовали его на своих лицах каждый день. Этому учат прежде чем поднимать зомби! Кто-то попытался изобразить то, что никогда не видел или видел мельком, — хмыкнул Кэлиан Тобре, — не знаю за что убили этого бедолагу, но свалить убийство решили на некромантов. Отсюда подозрительные типы в черных плащах, «призраки» и спокойное кладбище. Это инсценировка. Все, расходимся, дело закрыто.

— Стоять! — Шандор схватил его за плечо. — А что если это некромант новичок, который не умеет рисовать? Мы должны проверить и убедиться, что в Марлуне нет некромантов. Я тебя у Алмы отпросил на целый день, день ты со мной и пробудешь, умник! Предлагаю разделиться: мы с Кэлом проверим женский призрак, Грокка с Оршоей поищут типов в черных плащах, а Иштван расспросит людей о торговце. Я хочу знать кто такой наглый решил косить под некромантов при жизни «Бесстрашной четверки»! И морду идиоту набить.

На том и порешили.

Оршоя и Грокка опросили свидетелей и довольно быстро нашли обладателей одинаковых черных плащей. Выслушали и отправились бродить по Марлуну, собирая сведения о некромантах. Грокка выглядела очень довольной и вскоре рассказала причину:

— Гровик от меня бегать перестал. Увидел как-то, что я злая и несчастная, еды мне принес, костер разжег и орочий боевой танец мы с ним вместе сплясали. Мне этого не хватало. Потом нас, правда, в темницу отправили: тот дрянной сарай, что мы на костер пустили, оказывается был чей то. И люди решили, что мы там кого-то заживо жарим и жрем. Неделю просидели вместе, о всяком разговаривали, Гровик мне разные боевые чары показывал. Стражу для меня пугал! Они за стальными рыцарями сбегали, те узнали меня и сказали, что маг под присмотром. Нас чуть не выпустили, но я пообещала им ноги сломать, если не свалят и мы остались в камере вдвоем, — Грокка клыкасто и мечтательно заулыбалась, — Гровик сказал, что через пару лет станет совсем сильным магом и попытается меня одолеть, если я не против. Я была не против и мы поцеловались.