Это и стало спусковым крючком. Прямую угрозу своей семье Константин проигнорировать уже не смог.

– Ублюдок!..

Он было замахнулся для удара, но его кулак так и не коснулся лица Дементия. Потому что я оказался прямо между ними.

– Владимир?

– Достаточно, Константин, – успокаивающе похлопал я парня по плечу, пытаясь вернуть его к реальности. – А вам, господин Волков, как посмотрю, прямо‑таки нравится доставать больного человека.

– Больного? – Дементий скривился.

– Разве вы сами не отметили, что господин Меченый выглядит неважно? – почти искренне удивился я. – И при этом продолжили ему навязываться, несмотря на его плохое самочувствие.

– Ох, как я мог, как я мог! – тут же «осознал» свою ошибку Дементий. – Могу ли я загладить свою вину? Только скажите!

– Ничего не нужно, господин Волков, – улыбнулся я. – Вы уже компенсировали нам все неудобства. Ваши люди оказались просто чудо как хороши в рубке деревьев. Если у вас будет такое желание, пришлите нам ещё. Мы с радостью их примем!

Скрип зубов Дементия стал сродни музыке для моих ушей.

Он разъярённо уставился на меня, затем перевёл недобрый взгляд на Константина, после чего вернулся ко мне.

– Учту на будущее, – прошипел он. – Вы, главное, берегите их, господин Новиков. Люди на Рубеже имеют свойство… теряться.

– Пока что я их только нахожу. – Я совершенно спокойно проигнорировал очередную брошенную в мой адрес угрозу. Сколько их было и сколько их ещё будет? – Но я обязательно запомню ваш совет!

Дементий, задрав подбородок, решил покинуть нашу компанию. Напоследок я наложил на него Жучок. Вот за кем‑кем, а за Дементием нужно было следить в первую очередь.

Уж больно хорошо он умеет… удивлять. И, главное, удивлять неприятно.

– Спасибо, что выручил. – Когда Дементий скрылся из виду, из Константина будто бы выпустили весь воздух. – Не знаю, как долго бы я продержался. И всё же тебе не следовало встревать, Владимир…

– И оставить тебя наедине с этой гиеной? Найди дурака! – отмахнулся я от его беспокойства.

Пока что счёт в нашем противостоянии с Волковым был в мою пользу.

– Действительно, – ухмыльнулся Константин. – Ещё раз спасибо.

– На что ещё нужны друзья? Пойдём лучше, познакомлю со своими приятелями. Уверяю тебя, они тебе понравятся.

И не слушая более возражения Меченого, я направил его в нашу небольшую компанию. Как я и ожидал, одной только Регины хватило, чтобы напрочь отвлечь Меченого от мыслей о Волкове и его словах.

Ярославу было также любопытно пообщаться с сыном кузнеца. Его интересовали способы обработки железа и процесс создания оружия.

И этот момент Василий Беляев выбрал, чтобы вновь обратиться ко мне и отойти чуть в сторону.

– Достойный ход, господин Новиков. Признаться, я бы и сам не справился лучше.

– Благодарю, – кивнул я, заинтересованный тем, что же потребовалось блондину от меня. И тот не стал ходить вокруг да около.

– Господин Новиков, как вы смотрите на то, чтобы присоединиться к моему Кругу?

Помолчав какое‑то время, я всё же спросил:

– Смотря что под Кругом вы подразумеваете.

Василий кивнул, взмахнув рукой.

– Мы держимся вместе, не позволяя прочим Стратегам раздавить нас по одному. Всё же в единстве кроется большая сила, – мягко улыбнулся Василий. – Но воспринимайте мой Круг не более чем объединение друзей.

– А какие обязательства у ваших друзей? – сделал я акцент на последнем слове.

Уж больно хорошо звучали слова человека напротив. А когда что‑то выглядит слишком хорошим, чтобы быть правдой, то, скорее всего, это так и есть. Здесь должен был быть подвох.

– Практически никаких обязательств, – покачал головой Василий. – Мы ни в чем никого не ограничиваем. Единственное, часть вашего заработка отходит в общий котёл, который тратится на общую защиту и помощь тем, кто отстаёт в развитии.

Иначе говоря, Круг Беляева – это подобие благотворительного фонда? Или же касса взаимопомощи? А может «общак»?

Все были равны, но сам Василий был чуть ровнее. Да, слова об объединении звучали заманчиво. Объединить усилия – это хорошая стратегия. Той же Регине вполне себе было выгодно присоединиться к такой фракции, раз уж она целиком сосредоточилась на торговле.

Полезно будет и слабому Стратегу использовать Круг Василия для собственного выживания.

Но если Стратег будет примерно равен по силам самому Беляеву? Так ли уж полезно ему будет стать частью этого объединения?

– И кто контролирует этот котёл? – задал я, пожалуй, самый важный вопрос.

– В данный момент это я, – честно ответил Василий.

И всё встало на свои места.

– Я подумаю над вашим предложением, господин Беляев.

– О большем я и не прошу.

Для слабых Стратегов Беляев и вправду являлся ярым защитником и надёжным щитом. Для той же Регины он был верным союзником и партнёром. Но для кого‑то, кто может стоять на своих двоих?

Присоединиться к Кругу было сродни тому, чтобы принести вассальную клятву. Разве что в более мягкой форме.

Но это все ещё была Клятва.

И приносить ее я не собирался. Не тогда, когда я могу и вполне самостоятельно участвовать в противостоянии Стратегов.

Отвлёкшись на собственные мысли, я заметил, как на краю моего поля зрения мелькнул утончённый силуэт. Несколько раз моргнув, я подумал, что мне показалось.

Но нет, это была она. И я не смог устоять, чтобы не подойти к ней и не задать ненавязчивый вопрос.

Зал, гудевший, как растревоженный улей, обтекал её, словно ручей обтекает камень.

– Здесь свободно? – задал я вопрос.

Елена Дубова, вновь сидя в гордом одиночестве, подняла на меня взгляд со своей тарелки с сырной нарезкой.

– В прошлый раз ты как‑то не спрашивал.

– В прошлый раз я был голоден и дурно воспитан.

– А что теперь?

– А в этот раз я сыт.

Уголок её губ едва заметно дрогнул, и я воспринял это как небольшую победу. Я сел рядом с зеленоглазкой.

– Владимир Новиков, восьмое место в общем рейтинге, – прикрыв глаза, припомнила Елена. – Не стану врать, я была удивлена, увидев тебя так высоко.

Неужели кто‑то следил за моими успехами? Приятно. Впрочем, неважно.

– Да и ты держалась достаточно высоко.

– Это‑то как раз неудивительно.

– Ой ли?

– О тебе судачит весь острог. Столько всего интересного: то ты продал душу мутантам, то обокрал Щербатова, стащив у него всех жителей, то спелся с этим варваром и планируешь разорить всех соседних Стратегов. – Повернув голову, Елена теперь смотрела на меня в упор.

– Что тут скажешь? Движение – жизнь!

– Что‑то из этих слухов правда? – Зелёные глаза неотрывно следили за мной, ожидая ответа. И я не собирался его утаивать.

– Только то, что моя деревня и вправду находится на самой окраине.

Дубова тихо фыркнула и отвернулась.

Но вот наш разговор неожиданно прервали.

– Госпожа Дубова.

Я даже оборачиваться не стал. Есть на свете интонации, которые раз и навсегда остаются в памяти, как звук бормашины.

Перед нашей скамьёй, опираясь на трость, остановился Андрей Краснов. За его плечом, как привязанный, торчал Щербатов.

– Господин Краснов, что вам угодно? – ровно ответила Елена.

– Не стану ходить вокруг да около. Я надеялся предложить вам стать моим союзником, – заявил Краснов. – Как двум представителям сильнейших Домов, я верю, что мы в состоянии достичь невероятных успехов.

Я не стал вмешиваться, ожидая того, как ответит Дубова. И она не разочаровала.

– Скажите мне, господин Краснов, вы хотите, чтобы я стала вашим союзником или придатком?

– Прошу прощения?

– Прощаю, – холодно кивнула Елена. – Сейчас я не намерена заключать никаких Клятв Стратега. А без них, увы, боюсь, я не смогу вам доверять в полной мере.

– Что ж, это очень печально. Но я ещё храню надежду, что вы передумаете после проведения награждения.