Но тут я вернул его на грешную землю.

– Насколько мне известно, господин Чемоданов, вы нам должны были привести и переселенцев? Так полагаю, те люди, что стоят снаружи каравана – это они и есть?

– У вас глаз‑алмаз, господин Стратег! Да‑да, это и есть ваши новые жители! А точнее, ими станут те, кого вы из них выберете! Господин воевода сказал мне, что вы можете брать столько людей, скольким сможете «обеспечить пропитание».

Чемоданов пояснил, что для такого у него были заготовлены «наборы переселенца». Грубо говоря, это этакий стартовый набор для всех крестьян, желающих перебраться на Рубеж. В него входили запас крупы, овощи, сухари, солонина и немного соли. Сюда же было включено два комплекта одежды. И всё.

Абсолютный минимум, которого хватит только на то, чтобы не помереть от голода в ближайшие три месяца. Всем остальным человека уже должен был обеспечить сам Стратег. И от него же будет зависеть будущее крестьянина.

Что называется, мы в ответе за тех, кого приручили.

Другими словами, привлекать себе поселенцев Стратеги могли исключительно за червонцы! Самих людей, разумеется, никто не продавал и не покупал. Но вот за «наборы переселенца» будь любезен – выложи денежку!

Так на Рубеже воевода прямо говорил – можешь брать крестьян, сколько хочешь, но при условии, что они хотя бы не помрут под твоим чутким руководством.

Если деревня Стратега справляется хорошо и зарабатывает немало червонцев, то и крестьян ты можешь позволить себе больше остальных. Если же ты и с теми, что уже есть, управиться не в состоянии, то на кой‑черт тебе ещё передавать людей?

– Сколько стоит этот «набор переселенца»? – спросил я у караванщика.

– По три червонца на человека, – ответил мне усач.

Выходило, что с оставшимися двумястами червонцами я мог взять к себе до шестидесяти с небольшим новых людей. Вот только не стоило забывать, что мне ещё предстояло потратиться на всякого рода бытовые предметы. Голубцов, вон, вовсю записывает всё, чего не хватает деревне Дальней, поэтому свои аппетиты придется слегка умерить.

Да и управлять такой массой людей будет непросто. Моих людей всего тридцать, и если к ним прибавится вдвое больше новичков, то из деревни мы получим неуправляемую толпу.

Пока же я пошел меж переселенцев, внимательно изучая их Взором Стратега. Мне не потребовалось много времени, чтобы обнаружить одну закономерность.

Практически ни у кого из собравшихся не было уже открытого Таланта! Более того, я не видел ни одного ремесленника, по типу кузнеца, ткача или кожевника!

– У вас, что, кончились мастеровые люди? – посмотрел я на Чемоданова. Мужчина в ответ лишь пригладил усы, печально покачав головой.

– Увы, но это так. Вы должны понимать, насколько это редкий и востребованный товар! Далеко не каждый раз можно найти умелого человека, готового перебраться на край света!

«Говоря проще, у тебя всех скупили ещё по дороге ко мне», – подумал я, сохраняя нейтральное выражение лица.

Не знаю, видел ли кто‑то из других Стратегов таланты людей или просто пылесосил каждого, обладающего хоть какой‑то ценностью, но в Дальнюю приехали в массе своей простые рабочие. Ясное дело, от дополнительных рук я отказываться не стану, но это кратно усложняло мое положение.

Вот тут‑то я в полной мере оценил открывшуюся способность видеть Потенциал. Ведь благодаря этому я мог не гадать, а выбирать тех, что могли себя хоть как‑то проявить в будущем.

Так, я указал на заросшего мужика со сломанным носом. Выглядел он каким‑то бродягой, и окружающие от него невольно шарахались, но я не обращал на эти мелочи внимания.

Я лишь смотрел на его Статус.

Имя: Сергей Гужов

Отношение: равнодушие

Талант: отсутствует

Потенциал: сержант

– Расскажи о себе.

– А что рассказывать? – поморщился мужик. – Родился в деревне, вырос, послужил в княжьем войске, да уволился. Решил податься на Рубеж.

– А уволился почему?

Крестьянин ответил не сразу, покосившись на стоявшего рядом Чемоданова. Тот сохранял добродушную улыбку, но она не доходила до его глаз. Я всё понял без лишних слов.

– Господин Чемоданов, вы не могли бы составить компанию моим людям в выборе товаров для деревни? – обратился я к караванщику. – Я же пока осмотрю переселенцев.

– Конечно‑конечно, господин Стратег! Не смею мешать вашему отбору! – склонил голову мужчина и отошёл подальше.

Я вернул взгляд на мужика передо мной.

– Рассказывай, да не ври, – напутствовал я. – Стратеги всё равно ложь чуют, а за правду я тебя ругать не буду. Мне надо понять, что за человек передо мной.

У того от удивления даже глаза округлились. Однако о способностях Стратегов он слышал, так что сомневаться не рискнул и отвечал, взвешивая каждое слово.

– Мне в войске нравилось, – пояснил тот. – Кормили от пуза, требовали строго, но по справедливости. А больше всего дисциплина нравилась. Всё по команде, подъём в шесть, отбой в десять. В столовую строем и с песней. Лепота!

Он даже заулыбался, вспоминая армейские деньки.

– А почему ушел?

– Да назначили нам офицера одного, сущую гниду. Солдат за людей не считал. Невзлюбил он меня, что ни день – измывался. А как‑то раз мне прямо перед строем в рожу плюнул. Ну я и…

– Не сдержался? Двинул ему?

– Двинул, – вздохнул Сергей виновато. – Трибунал княжеский прибыл, офицера того отстранили. А мне выбор дали, на каторгу или на Рубеж, переселенцем. Вот я и тут.

– Нравилось в войске, говоришь? – заинтересованно осмотрел я собеседника. – То есть если я дам тебе десяток мужиков, то ты сможешь сделать из них что‑то стоящее?

– Не знаю, господин Стратег, – честно ответил мужчина. – Я ж не офицер какой. Так, может, что‑то и вспомню, но не более того…

Но Потенциал у него есть – это факт. Учитывая услышанную историю, я был более чем уверен, что, останься Сергей на службе, он легко развил бы в себе Талант. Ему лишь не хватило времени закрепить освоенное. Но это он может сделать уже под моим началом.

Да и Дальней уже давно пора обзавестись собственным ополчением. А значит…

– Пойдешь ко мне? – прямо спросил я у мужчины. Он внимательно посмотрел на меня. Я не отвёл взгляда. Лишь спустя пятнадцать секунд Сергей первым отвёл взгляд.

– Пойду, – в его голосе мелькнул намек на уважение.

Хлопнув того по плечу, я пошел дальше. Я заводил один разговор за другим, расспрашивая людей об их жизни, о том, что привело их на Рубеж, чего они ждали от «нового шанса». Кого‑то я брал сразу, кого‑то, наоборот, отбраковывал, понимая, что рискую взять кота в мешке.

«Самый смак» уже разобрали до меня, а потому среди представленных людей имелось немало проблемных личностей. У кого в Потенциале значилась строка пироманта, а у кого воришки. Далеко не самые лучшие черты, которые совершенно не красили человека.

На вопрос, куда их всех отправят, если никто из Стратегов их не выберет, подскочивший Чемоданов дал ответ:

– Господин воевода найдет куда пристроить всех этих бездельников! В острог и на заставы нужны свои рабочие и слуги. Конечно, риск нарваться там на разъезд кочевников всяко выше, но, хе‑хе, как же иначе?

Услышав слова караванщика, несколько крестьян упали на колени, моля меня забрать их к себе, но строчка в Потенциале «нахлебник» вмиг отбила у меня какое‑либо желание приглашать таких «работничков».

Среди оставшихся мне удалось отыскать несколько драгоценных камней. А конкретно, повара, агронома, печника и гончара. Каждый из них так и не смог развить свой собственный Талант, но каждый, так или иначе, обладал базовыми навыками, которые необходимо лишь отточить на деле.

Привлекли мое внимание и два кудрявых парня. Они были братьями, и каждый из них обладал хоть и невыразительным, но всё же Талантом. Это были Пастух и Музыкант.

Первый как раз пригодится для ухода за животными, а второй может стать частью будущей музыкальной группы. Что за группа ещё? А прямо сейчас ко мне пришло осознание, что у нас в деревне уже собирается необходимый костяк для художественной самодеятельности.