— А может Нейтан его...

— Я лезу в вопросы командования экипажем? — перебила её Линда. — Вот и ты не лезь в медицину. Мне некогда заниматься ликбезом. Сейчас нужно, чтобы тварь сдохла вся и одновременно. А пока она будет умирать, мы заменим кровь твоего драгоценного на синтетический абсорбент и вымоем этот растительный яд из его сосудов.

Она резко повернулась к застывшей капитану и чуть склонила голову:

— Или давай просто посмотрим, как он сдохнет. Если откровенно, то мне начхать.

Джейн сорвалась с места так, словно её ударило током. Выскочив из лазарета, она едва не пропахала носом переборку — корабль как раз закладывал крутой вираж. Перегрузка вдавила её в стену коридора. Металл обшивки Сокола жалобно гудел. Судя по всему Патрик вводил многотонную махину на границу плотных слоев атмосферы.

Джейн кубарем скатилась по техническому трапу вниз, в полутемный грузовой отсек. Ушибленная спина отозвалась чудовищной болью меж лопаток, а разбитое в кровь колено медленно пропитывало штанину липкой тёплой влагой.

Нужный ящик с маркировкой «Б-3» нашелся не сразу и намертво притянутый магнитными стропами к полу. В этот момент палуба под ногами резко ушла вниз, а затем корабль с оглушительным ревом задрал нос. Патрик пошел на вертикальный взлет. Джейн швырнуло спиной на металлический контейнер так, что из глаз посыпались искры, а дыхание перехватило. Боль меж лопаток ушла на второй план, уступив место горящим от удара лёгким.

Превозмогая дикую тяжесть в груди, Джейн подползла к ящику. Сорвала фиксаторы. Внутри в специальных поролоновых гнездах лежали тяжелые, гибкие пакеты с серовато-голубой жидкостью — абсорбирующим плазмозаменителем. Криогенный замок обдал её пальцы ледяным паром.

Схватив три пакета, она прижала их к животу и, цепляясь за скобы на стенах, поползла обратно к трапу, когда перед ней возникла фигура Линды. Она протянула руку и помогла Джейн с пакетами.

— На тебе разве не гравиботинки? — в голосе врача сквозило неподдельное удивление.

— Да пошла ты, — огрызнулась Джейн и ударом пяток друг о друга, активировала магниты на обуви. — Мне раньше как-то не приходилось в таких...

— Мне чхать, — отрезала Линда, не дав Джейн договорить. — Нужно спешить к пациенту.

Они ворвались в лазарет как раз в тот момент, когда «Сокол» пробил верхнюю границу облаков. И в ту же секунду завыли датчики на панели жизнеобеспечения. Нейтана на столе выгнуло дугой. Ложемент затрещал под его весом. Фиксаторы для ног натянулись до предела, металл врезался в его щиколотки. Из обрубка левой руки, едва заваренного лазером, сквозь обожженную корку брызнула темная, почти черная кровь.

Но самым страшным был звук. Нейтан не кричал — из его стиснутых зубов вырывался глухой, клокочущий свист, похожий на шипение пробитой гидравлической трубы. Его правая рука, покрытая вздувшимися венами, судорожно скребла по металлу стола.

— Началось, — констатировала Линда и в несколько шагов оказалась у изголовья. — Проходим линию Кармана. Действуем.

Она уже вскрывала первый пакет, подключая его к системе магистральных катетеров. Её руки двигались с автоматизмом конвейера.

— Тварь внутри его черепа сейчас бьется в конвульсиях. Сейчас её биоэлектрическое поле начнет выжигать ему кору головного мозга. Включаю откачку.

Аппарат искусственного кровообращения тяжело заухал. В прозрачные гибкие трубки, ведущие от правой руки Нейтана, хлынула грязная, серо-бурая жидкость. Она выглядела густой и неестественной, в ней плавали волокнистые зеленые сгустки — остатки погибшей грибницы. Одновременно с этим из второго катетера в подключичную артерию начал поступать ледяной серовато-голубой плазмозаменитель.

Нейтан внезапно распахнул глаза. Джейн отшатнулась. Белки его глаз полностью залила черная венозная кровь, а зрачки едва заметно светились зелёным. Он посмотрел прямо на Джейн. Это был взгляд загнанного в угол, умирающего зверя. Он дернулся с такой силой, что один из фиксаторов едва не вырвало из паза.

— Держи его! — Линда очевидно испугалась, наваливаясь всем телом на его здоровую руку. — Он не мог прийти в себя! Это невозможно!

Джейн навалилась на ноги Нейтана, всем весом. Мышцы солдата были твердыми как литая броня, его колотило в бешеной, неестественной судороге. Каждое движение отзывалось тупой вспышкой боли в разбитой спине Джейн.

— Я долго не смогу! — взмолилась капитан.

— И не придётся.

Корабль полностью оторвался от притяжения. Скорость стабилизировалась, и за тонкими титановыми переборками лазарета воцарился вечный холод открытого космоса. В ту же секунду Нейтан обмяк. Изнуренное, серое лицо расслабилось, и он тяжело, со свистом выдохнул, проваливаясь в глубокую медицинскую кому. Насос прогнал последние капли грязного экссудата, и в трубках остался только чистый, прозрачный плазмозаменитель.

— Очистка завершена, — Линда щелкнула тумблером, отключая магистрали, и принялась накладывать чистую повязку на культю. — Автономный контур запущен. Кровь отфильтрована. Если мозг не выгорел во время шторма — будет жить. Мне нужно теперь заняться ногой этой нахалки.

Она кивнула в сторону пристёгнутой к кровати Грейс.

— Здесь я справлюсь сама.

Джейн медленно отошла от Нейтана. Пальцы свело судорогой. Осмотрев лазарет, залитый гноем и каплями темной крови, она молча повернулась и вышла. Ей нужно было вдохнуть другой воздух.

Она шла по узкому коридору, слегка покачиваясь — магниты на ботинках мягко удерживали ее на палубе в условиях невесомости. Каждое движение отдавалось ноющей болью в ушибленных лопатках и разбитом колене, но сейчас это не имело значения. Они вырвались. Они ушли от планеты.

Джейн бесшумно ступила в полутемную рубку управления. Приборы светились ровным, мирным зеленым светом. «Сокол» уверенно шел по заданной орбите. Патрик сидел в пилотском кресле, откинувшись на подголовник. Его плечи были опущены, а штурвал переведен в автоматический режим. В рубке было тихо, лишь едва слышно шуршали кулеры охлаждения бортового компьютера.

Джейн хотела было окликнуть его, но осеклась.

Патрик держал в руке кулон. Он был раскрыт. В слабом свете навигационной панели Джейн разглядела две крошечные, бережно вставленные под защитное стекло фотографии.

На левой створке была изображена молодая пара в свадебных костюмах — они счастливо улыбались, глядя куда-то мимо объектива. Давность снимка выдавали костюмы молодожёнов. А на правой стороне стоял сам Патрик. Он обнимал тоненькую светловолосую девушку. Девушка смеялась, обнимая Патрика, а в другой высоко и гордо держала белый пластиковый прямоугольник с четкими двумя полосками.

Джейн тихо отступила на шаг назад, в тень дверного проема.

Бар назывался как попало. То есть, бар назывался «Как попало». Вероятно, владелец гордился своей оригинальностью. Над стойкой постоянно мигала в замыкании одна из ламп, но никто чинить её явно не собирался. За спиной бармена на стене висел плоский экран из числа тех, что в приличных домах стыдно даже поставить в кладовку. Но на сомом экране мелькали улыбки, чистые комбинезоны, и красивые фразы о «новой точке освоения».

Джейн сидела к экрану боком.

— Тебе помочь? — она с заботой посмотрела на Нейтана.

Дешёвый протез никак не мог сцепить металлические пальцы вокруг стакана. Брать его правой было строго-настрого запрещёно распоряжением Грейс. По её задумке Нейтан должен был как можно скорее овладеть навыком управления протезом или «на кой она вообще его собирала?».

— Справлюсь, — сказал Нейт, и в следующую секунду пальцы слишком сильно ударили по стеклу, разбив уже третий стакан. — Зараза!

Грейс следила за происходящим лишь краем глаза — старалась одной лишь рукой завернуть заглушку на месте, где раньше красовался её кастомный протез. Получалось так себе. Но средств собрать новый пока не было. Хорошо хоть «док», как Грейс величала Линду МакКольм, смогла собрать ногу по кусочкам — не пришлось тратиться на ещё одну механическую конечность.