Она всё ещё тянулась в сторону дыма, но уже слабее. Слёзы наконец потекли.

— Они… они же могли выжить. Их могли просто забрать в плен.

Нейтан тихо, почти без эмоций, сказал:

— Такое бывает только в фантазиях, капитан.

Джейн замерла.

— Что?

— Им не нужны заложники. Зачем? Какой в них смысл?

— Выпытать информацию…

— О чём? О марке твоего лака для волос?

— Сколько нас и какие цели…

— Сколько бы вас не было — корабля у вас уже нет. Сами помрёте в диких условиях. Ваши цели хранятся на бортовом компьютере.

— Тогда… — Джейн пошатнулась, — им не нужны заложники.

— Не нужны. И еще им не нужны свидетели.

Джейн медленно опустилась на колени прямо в мох. Руки безвольно легли на бёдра.

После того, как чёрный столб дыма поднялся над лесом, Джейн ещё долго сидела на коленях, глядя в сторону умирающего корабля. Нейтан стоял рядом и молчал. Он, как никто другой понимал, что такое — потерять нечто очень важное в своей жизни. Но и оставаться долго на одном месте никак нельзя было. Ему просто пришлось подойти и опуститься рядом с ней.

— Нам нужно двигаться. Если выступим сейчас, то приблизимся к «Рогалику», когда станет темнеть.

Она кивнула, поднялась, отряхнула руки о штаны.

— Хорошо. Грейс и Патрик… — она шмыгнула носом и смахнула оставшиеся слёзы рукой, — надо узнать, что с ними.

— И мы узнаем. Обещаю.

Сначала путь шёл через относительно сухой лес. Но путь назад — он на то и путь назад, что неизбежно приведёт к болотам, куда и рухнул «Рогали». Джейн то и дело останавливалась, разглядывала всё — от ничем непримечательных с виду травинок до действительно причудливых цветов, — но сразу одёргивала себя и шла дальше. Нейтан плёлся следом, уже особо не стараясь скрыть то, насколько же ему хреново. Иногда боль и вовсе становилась острой — тогда он останавливался, закрывал глаза и ждал, пока волна спадёт.

Через пару часов лес начал меняться. Земля под ногами стала мягче, потом и вовсе предательски податливой. Мох сменился густой, зловонной трясиной. Вода стояла почти чёрная, с радужными плёнками на поверхности. Корни деревьев торчали из неё корявыми серыми пальцами.

— Болото, — тихо констатировала Джейн. — Замечательно. Мы уже близко.

— И потому… — Нейтан очень тяжело дышал, — нужно быть предельно осторожными.

Они шли медленно, проверяя каждый шаг. Один раз Нейтан всё-таки провалился по колено. Вытаскивать ногу пришлось долго и не без труда. Тогда Джейн для себя отметила, что её спутник совершенно не в форме, и случись беда — на него рассчитывать не приходиться.

— Не смотри на меня так, — хрипло сказал он. — Внешний вид бывает обманчив.

Джейн без какого бы то ни было намёка на насмешку покачала головой.

— Ты сейчас себя обманываешь — не меня. Ты только не вырубись раньше времени. Сил тебя волоком за собой тащить у меня точно нет. Пойдёшь на съедение местным организмам.

Она ткнула палкой в воду. Из глубины медленно поднялось что-то бледное, длинное и кольчатое, посмотрело на них тусклыми глазами и снова ушло вниз.

— Вот, — сказала Джейн. — Уже интересуются.

Светило постепенно садилось и свет становился всё более зеленоватым и вязким. Тени удлинялись. Воздух наполнился тяжёлым запахом прелости и какой-то сладковатой гнили. Где-то вдалеке что-то крупное завыло низко и протяжно, отчего по коже обоих путников пробежали мурашки.

К тому моменту, когда настоящая темнота начала сгущаться, они уже выбрались из самой топкой части болота и снова шли по относительно твёрдой земле. Ноги были тяжёлыми, одежда мокрой и холодной, а силы заканчивались у обоих.

— Ещё немного, — сказала Джейн. Голос у неё сел. — И я рухну прямо на месте.

— По моим прикидкам, мы должны выйти к поляне с северной стороны. Уже скоро.

Ночь упала окончательно, когда они добрались до невысокого каменистого гребня. Отсюда, сквозь прорехи в листве, наконец стало видно то, что осталось от «Рогалика».

Корабль лежал на боку, поверженный, но не сломленный. Или сломленный, но не побеждённый. Зависит от того, чьими глазами взглянуть на удручающий пейзаж. Носовая часть почти полностью выгорела. Средний отсек всё ещё слабо дымил. Корма сохранилась лучше, но и там было видно страшные повреждения. Вокруг валялись обломки, куски обшивки, вырванные из креплений детали.

— Ничего… вроде… — тихо сказала Джейн. — Корпус, кажется, ещё держится. Если реакторный отсек не пострадал критически… Грейс сможет... она у нас молодец. Хотя бы дотянуть до ближайшей станции.

— Грейс наверняка сможет… если найдёт здесь склад запчастей для космических кораблей.

— Он мой дом, Нейтан. И я его подниму.

Нейтан не стал дальше спорить.

У того, что раньше было основным трапом, горел маленький, плохо скрытый огонь. Рядом с ним сидели двое в матово-чёрной броне. Третий ходил туда-сюда, иногда пиная обломки. Шлемы были сняты. Винтовки стояли рядом или висели на ремнях. Они даже не пытались особенно маскироваться.

— Трое, — тихо сказал Нейтан. — Не думаю, что есть ещё. Смотри, как расслаблены. Они даже не верят, что могут встретить еще кого-то.

Джейн прищурилась.

— Нам от этого не особо легче. Я даже стрелять не умею.

— Совсем?

— Ну, — она наморщила лоб, — принцип работы винтовки знаю. Когда-то давно стреляла из пистолета по ракарианским крысам. Но одна против троих… точно нет.

— Можно подождать, пока они уснут... — Нейтан повернул голову на шум, производимый Джейн. — Что ты делаешь?

— Придумала, как нам пройти, — ответила она, стягивая с себя комбинезон, — Ты физически не можешь нормально драться, значит, будем действовать иначе.

Она осталась в тонкой майке и нательных штанах. Потом принялась размазывать по лицу, шее и рукам грязь, которую набрала прямо с земли. Волосы взъерошила обеими руками до состояния полного хаоса.

— Джейн.

— Сможешь порвать на мне майку?

— Чего?

— Ладно, я сама.

И с этими словами Джейн превратила свою майку практически в лоскуты. То же самое, но уже с большими усилиями, она проделала со штанами.

— Ты остаёшься здесь. И будь готов открыть огонь, если что-то пойдёт совсем плохо.

— Погоди! Что ты удумала? Ты же не…

— Именно. Грязная, полуголая, без оружия, едва живая. И трое изголодавшихся солдатиков. Кажется, Грейс что-то подобное смотрела недавно.

Нейтан попытался подняться.

— Я тебя не отпущу туда одну.

— Ты меня даже не удержишь, давай будем честны. Просто смотри. И если поймёшь, что всё плохо — стреляй. Хотя бы отвлеки их.

— Джейн, стой…

Но она уже сползала вниз по склону, почти бесшумно.

Нейтан остался на гребне. Здоровой рукой он с силой вдавил приклад винтовки в плечо, пытаясь найти хоть какую-то устойчивую позицию. Получалось отвратительно. Больное плечо от напряжения вспыхивало такой болью, что перед глазами плыли тёмные пятна.

Он тихо выругался себе под нос:

— Если бы я мог нормально открыть огонь… проблемы бы не было, чудилка ты больная.

И тут возле корабля началось оживление — один из охранников вдруг поднял голову.

Из темноты леса на открытую поляну выбежала женщина. Выбежала эффектно, спотыкаясь, почти падая. Грязь, спутанные волосы, мелькающие в прорехах одежды соблазнительные части тела. На середине открытого пространства она споткнулась окончательно, упала на колени, потом лицом в мох и замерла неподвижно.

Трое вскинулись мгновенно. Винтовки оказались в руках за доли секунды. Один сразу навёл ствол на лежащую фигуру. Палец уже лёг на спуск.

Нейтан в этот момент почти выстрелил. Здоровой рукой он судорожно пытался удержать прицел, уперев ствол в низкий сук. Руки тряслись.

— Стопарни, — раздался голос второго бойца у корабля. — Ты чё?

— А чё?

— Ничё! Ты совсем тупой?