Она посмотрела ему в глаза.

— Ты стал этим. Тем, во что они хотят верить. И я… я не знаю, что с этим делать.

Хоумлендер молчал. Долго. Смотрел на неё. На её лицо. На её глаза. На то, как она смотрит — не как палладин, не как А-ранг. Как женщина, которая боится.

«Она боится. Не монстров. Меня. Она боится, что я изменюсь. Что стану кем-то другим. Кем-то, кого она не узнает. И она права. Я меняюсь. Каждый день. Я становлюсь… чем-то. И я не знаю, чем именно.»

Он наклонился ближе. Чуть-чуть. Чтобы она чувствовала, что он рядом.

— Я не изменюсь, — сказал он тихо. — Я останусь собой. Тем, кто спас тебя в подземелье. Тем, кто вытащил тебя из-под камней. Тем, кто… — он помолчал, — тем, кто не оставил тебя одну.

Селина смотрела на него. Долго. Очень долго. А потом — что-то в её лице дрогнуло. Она улыбнулась. Слабо. Но улыбнулась.

— Хорошо, — сказала она. — Я… я верю тебе.

Он кивнул. Медленно.

— Спасибо.

Они сидели молча. Долго. Просто рядом. Двое. Один — сломанный. Другой — только снаружи.

Экран мигнул.

Хоумлендер не показал вида. Просто смотрел в стол. Но перед глазами — полупрозрачный, голубой, знакомый — висел текст.

Слава: уровень 1 → уровень 2.

Ваше имя известно в городе Вейлгард. Слухи распространяются.

Новая механика: последователи.

Люди, которые верят в вас, дают пассивный доход времени.

Текущее количество последователей: 1,247.

Доход: +5 секунд в день.

Хоумлендер смотрел на текст. Долго.

«Последователи. Люди, которые верят в меня. Они дают мне время. Просто потому, что верят. Это… это интересно. Это очень интересно.»

Он посмотрел на Селину. Она смотрела в сторону. Молча. Уставшая. Сломанная. Но живая.

«Она — одна из них. Одна из тех, кто верит. И она даёт мне время. Просто потому, что я рядом. Просто потому, что я спас её. Это… это проще, чем спасать кошек.»

Он улыбнулся. Не для зрителей. Для себя.

«Последователи. Чем больше людей верят в меня — тем больше времени. Чем больше времени — тем больше силы. Чем больше силы — тем больше я могу сделать. Это… это цикл. Хороший цикл.»

Он снова посмотрел на экран. На цифру. 1,247. Тысяча двести сорок семь человек. Они верили в него. Они давали ему силу.

«Тысяча двести сорок семь. Это только начало. Скоро будет больше. Гораздо больше. Весь город. Всё королевство. Весь мир. Они все будут верить в меня. Все будут давать мне силу. Все будут любить меня.»

Он закрыл глаза. Выдохнул. Медленно.

«Я — Хоумлендер. Я — бог. И теперь у меня есть последователи. Настоящие. Те, кто верит. Те, кто любит. Те, кто даёт мне силу.»

Он открыл глаза. Посмотрел на Селину. Она смотрела на него. Молча. Ждала.

— Всё хорошо? — спросила она.

Он улыбнулся. Мягко. Тепло.

— Да, — сказал он. — Всё хорошо.

Ночью он лежал в комнате. Смотрел в потолок. Думал.

«Шесть часов. Плюс пять секунд в день. Плюс новые задания. Плюс новые последователи. Я богатею. Медленно. Но богатею.»

Он подумал о толпе. О их лицах. О их глазах. О их криках.

«Они любят меня. Все. Они смотрят на меня, как на бога. Как на спасителя. Как на чудо. И я… я хочу этого. Я хочу, чтобы они любили. Чтобы они верили. Чтобы они давали мне силу.»

Он подумал о хлебе. О том куске, что дала ему женщина. О том, как он был тёплым. О том, как что-то в нём отозвалось.

«Почему? Почему это меня задело? Я убивал людей. Я сжигал города. Я смеялся над их смертью. Почему какой-то кусок хлеба…»

Он замолчал. Внутри себя.

Потому что это было по-настоящему.

«Она дала мне его не потому, что боялась. Не потому, что хотела что-то получить. Она дала его потому, что была благодарна. По-настоящему. И это… это было…»

Он не нашёл слова. Просто лежал. Смотрел в потолок. Думал.

«Я не должен чувствовать это. Я не должен. Я — Хоумлендер. Я — бог. Боги не чувствуют. Боги не жалеют. Боги не…»

Он закрыл глаза. Выдохнул. Медленно.

«Но я чувствую. И я не знаю, что с этим делать.»

Он повернулся на бок. Закрыл глаза.

Сон пришёл быстро. Тяжёлый. Тёмный. Но в этот раз — со снами. Смутными. Тёплыми. О хлебе. О женщине. О ребёнке. О Селине. О чём-то, чего он не мог назвать.

Утро началось с крика.

Хоумлендер проснулся мгновенно. Тело напряглось. Рука потянулась к мечу. Он прислушался.

Крик повторился. Женский. Отчаянный. Где-то внизу.

Он встал. Быстро. Оделся. Взял меч. Вышел.

В зале гильдии было полно народу. Авантюристы. Служащие. Все смотрели в одну сторону. На дверь.

Там стояла женщина. Молодая. В разорванной одежде. Вся в крови. Она кричала. Что-то бессвязное. Что-то о людях. О дороге. О чём-то, что пришло из леса.

Хоумлендер подошёл ближе. Посмотрел на неё. Спокойно. Внимательно.

— Что случилось? — спросил он.

Женщина посмотрела на него. Глаза безумные. Полные ужаса.

— Люди… на дороге… они мертвы… все мертвы… что-то пришло… что-то из леса…

Она заплакала. Упала на колени. Зарыдала.

Хоумлендер смотрел на неё. Долго. Молча.

«Что-то из леса. Что-то, что убило людей. Это… это шанс. Большой шанс. Много секунд. Много.»

Он посмотрел на экран.

Новое задание.

Цель: неизвестная угроза. Лес к северу от Вейлгарда.

Задача: расследовать. Уничтожить угрозу. Защитить людей.

Награда: 2 часа использования сверхспособностей.

Дополнительная награда: +1 час за каждого спасённого.

Хоумлендер смотрел на текст. Долго.

«Два часа. Плюс за спасённых. Это… это хорошо. Очень хорошо.»

Он посмотрел на женщину. Улыбнулся. Мягко. Тепло.