— Что ж. С Днём рождения, — спокойно произнёс парень, — где ты живёшь?

— В Ньютоне.

— Почему ты забралась так далеко от дома в такое время? — Маркус нахмурился и оглядел меня снова.

Я молчала, не зная, стоит ли рассказывать сомнительному парню о всём дерьме, творящемся в моей семье.

Стоит ли вообще ему что-то рассказывать?

Он выглядит пугающе. Высокий здоровенный парень с сомнительно схожей историей, которую я сама ещё не до конца приняла. Но в тот момент, когда он приводил меня в чувство, я заметила что-то в его глазах. В них не было злости или опасности. В них было беспокойство и какая-то странная уверенность.

В этот момент в моём животе словно кит завыл, и я вздрогнула от неожиданности и неприятных ощущений.

— Как давно ты ела в последний раз? — парень нахмурился и перевёл взгляд на мои напряжённые руки.

Я продолжала молчать, готовая разрыдаться от осознания, что теперь даже не знаю, куда податься. К матери я не вернусь. Если я сделаю это, второй раз сбежать будет гораздо сложнее. Но и к отцу не пойду. И, честно признаться, я сегодня съела всего лишь сэндвич и перекусила на пути в Бостон злаковым батончиком.

— Могу ли я в обмен на информацию накормить тебя? А потом решим, как вернуть тебя домой?

Я продолжала стоять, как вкопанная, и глазеть на него.

— Господи Иисусе! Бэмби! Ты всегда такая заторможенная? — закатив глаза, он схватил меня за руку и потащил куда-то вглубь помещения, в котором мы находились.

И что самое странное — я поддалась.

Хэйли

Чёрт возьми! Я действительно это делаю?

В моей голове мелькал один и тот же вопрос, пока я медленно следовала по лестнице вверх за Маркусом. Или Мэтью…

Неважно!

Я понимала, что повела себя безрассудно, согласившись пойти с ним.

Хэйли, ты понятия не имеешь, что у него на уме! Собирай задницу в руки и вали отсюда! А что, если он психопат? Или маньяк?

Мне просто было интересно узнать больше. То немногое, что он рассказал о себе… Это очень похоже на то, что происходило со мной сегодня. И эти преследователи. Они точно гнались за мной. Я это слышала там, в переулке. Я видела их в поезде. И в метро. Я не придала этому значения, люди часто следуют одним и тем же маршрутом. Но сейчас понимала, что это было не совпадение. Получается, они следовали за мной от самой школы?

И они преследовали его.

Не слишком ли много совпадений для людей, которые никогда в жизни не пересекались?

Маркус отпустил мою руку, когда мы подошли к одной из трёх дверей на третьем этаже.

Щелчок замка, и он повернулся ко мне, толкая дверь внутрь помещения.

— Дамы вперёд, — махнул рукой по направлению в темноту, и я, замешкавшись, отступила на шаг назад.

Тёмно-карие глаза закатились, а на губах снова растянулась ухмылка.

Маркус, не говоря больше ни слова, толкнул дверь, распахивая её шире, и просто вошёл в помещение и щёлкнул выключателем.

Сквозь дверной проём мне удалось разглядеть некоторые детали интерьера. Это была квартира. Точнее лофт. Довольно просторный, с высокими потолками и, судя по всему, двухъярусный, потому что в конце комнаты я заметила лестницу.

— Хочешь отужинать на лестничной клетке, как бездомный котёнок? Или всё-таки войдёшь? — равнодушно произнёс парень, снимая с себя куртку.

Что он о себе возомнил? Бэмби? Бездомный котёнок?

Фыркнув себе под нос, я вошла в квартиру и хлопнула дверью.

— Поаккуратней, поздно уже вообще-то. И у меня есть соседи. К чему тревожить их маленькими вспышками гнева? — не глядя на меня, он развернулся и пошёл в сторону кухонного острова.

На секунду я почувствовала себя глупо. Моё поведение соответствовало маленькой капризной девчонке.

Тебя задело то, как он тебя назвал? Какое тебе дело до того, что он говорит? Всё, что тебя интересует — какого чёрта происходит.

Маркус открыл холодильник и принялся что-то искать.

— У тебя есть аллергии на что-нибудь? — выкрикнул парень, находясь головой наполовину в холодильнике. Он был настолько высоким, что пришлось сложиться почти вдвое, чтобы разглядеть всё, что находится на верхней полке.

— Не знаю… — я замялась, расстёгивая куртку, — не уверена.

— Ладно, тогда с арахисовым маслом рисковать не будем.

Я нерешительно стянула куртку и шапку и аккуратно сложила их на мягкую скамью возле входа. Волосы от снега намокли и превратились в сосульки, болтающиеся вокруг лица. Посмотрев на себя в зеркало, я ужаснулась тому, как отвратительно выглядела. Лицо раскраснелось от ветра и слёз, тушь слегка потекла, волосы стали серыми и безжизненными, словно использованная ветошь.

Мда, ты и правда выглядишь, как бездомная кошка.

Я провела пальцами под глазами, вытирая остатки туши.

— За той дверью ванная комната, — он указал на дверь позади обеденного стола, — можешь умыться.

— Чтобы ты успел мне что-нибудь подсыпать в еду, усыпить, а потом провернуть какие-нибудь грязные преступные делишки? — фыркнула, пристально наблюдая за тем, как он раскладывает хлеб, индейку, зелень и овощи.

Его плечи дрогнули, будто это его рассмешило, а затем он извлёк нож из подставки и, повертев его в руке, медленно повернулся ко мне.

— Что по-твоему я собираюсь с тобой сделать? — его бровь приподнялась, а взгляд стал пронзительным.

Он был немного пугающим: высокий рост, намного выше моего, широкие плечи, тёмные густые волосы, немного взъерошенные и спадающие на глаза, будто он не стригся уже пару месяцев. Такие же густые хмурые брови, придающие его взгляду суровость. И лёгкая щетина, из-за которой он выглядел немного дико и гораздо старше меня.

Мои глаза сосредоточились на лезвии, отражающем лампочки, встроенные в панель у него над головой. Я инстинктивно двинулась на другую сторону островка, отступая ближе к двери.

— Расслабься, Бэмби, — он подкинул луковицу, поймал и приземлил на столешницу, а затем открыл дверцу, чтобы извлечь урну, — я не собираюсь тебя убивать, расчленять или тем более насиловать. Ты не в моём вкусе, — он снова ухмыльнулся, и его глаза сверкнули весельем.

Я скрестила руки на груди и отвернулась в сторону, делая вид, что изучаю интерьер.

— Я хочу понять, почему у нас столько общего. Люди называют тебя иначе, чем ты думаешь на самом деле, — нож разрезал луковицу с глухим деревянным стуком, словно отсчитывал факты, — те парни следили за тобой, — снова стук, — что ещё я не знаю о тебе?

— Я не знаю, что ещё я упускаю, потому что ничего не знаю о тебе, — я махнула рукой в его сторону.

— Хорошо, — он кивнул, принявшись раскладывать ломтики хлеба, — мне двадцать один год, студент третьего курса медицинской школы Гарварда, сам родом из Веллингтона. Точнее мой отец живёт там. Моя квартира на этом берегу, — он принялся раскладывать листья салата.

— Подожди, это не твоя квартира?

— Нет.

— А чья? — я нахмурила брови, снова оглядевшись по сторонам.

Дизайн был стильный и современный. Кирпичные стены, высокие потолки, огромные окна, тёмная мебель, оригинальное освещение, напоминающее прожекторы, игровая консоль и плазма над лестницей…

Всё это напоминало мужскую берлогу. Эдакое место для развлечений.

— Друга.

— У тебя есть друг? — я снова повернулась к нему.

— Думаешь у меня не может быть друзей? — он снова взглянул на меня из-под опущенных бровей.

— Я имею в виду, — я выдвинула барный стул и взобралась на него, — у тебя есть друг. Он знает тебя как Маркуса или как Мэтью?

— Отличный вопрос, — парень кивнул, снова ухмыльнувшись, — он знает меня как и того, так и другого. Он рассказывал, что я довольно популярен среди моих друзей. Но я их не знаю.

Я вдруг задумалась.

— Девушка, Кайла кажется, было похоже, что она всерьёз была напугана моим состоянием. Возможно она моя подруга, но я её не помню. Вообще, если честно, я не помню никого, кроме своих родителей. Я точно знаю, что у меня есть друзья. Я была уверена, что меня кто-то поздравит сегодня с Днём рождения. Но тишина. Будто я осталась одна одинёшенька, — я уставилась на свои ладони, терзающие край кухонного полотенца, лежащего на столе.