Наклонившись немного ниже, я помахала рукой:

— Пока.

Чтобы не выглядеть глупо, я выпрямилась и неспешно направилась вниз.

Захлопнув за другом дверь, Маркус повернулся ко мне лицом. Он просто стоял и смотрел на меня, пока я не решалась преодолеть последнюю ступеньку. Парень скользнул взглядом по моему телу сверху вниз, будто оценивая, а потом двинулся в мою сторону, не сводя глаз. С каждым его шагом расстояние между нами сокращалось всё больше, а внутри меня напрягалась каждая клеточка. Странное волнение в области живота вызывало лёгкую тошноту, и я сглотнула. Но не отвела взгляд. Когда между нами остался всего лишь шаг, он остановился, а я вздёрнула подбородок. Взгляд брюнета скользнул по моему обнажённому плечу, затем по взъерошенным волосам и остановился на моих глазах.

Его губы искривились в ухмылке.

— Тебе бы душ принять. Выглядишь неважно, Бэмби, — его глаза загорелись весельем, а я чуть не задохнулась от возмущения.

А-а-а-а-а-а-а!!!!!!

Яростный вопль в моей голове, чуть не разорвал меня надвое!

Пока я пыхтела, как маленькая ручная зверюшка, он обогнул меня и зашагал вверх по лестнице.

— Меня зовут Хэйли! — выкрикнула я и побежала за ним, — перестань меня называть так! Я не глупый потерянный оленёнок! — он резко развернулся, и я почти врезалась носом в его живот. От неловкости ситуации я отшатнулась на пару ступеней ниже, успев ухватиться за перила.

Он снова посмотрел на меня сверху вниз с видом, будто ему до ужаса скучно.

— У меня есть имя, — прорычала я, запрокинув голову, чтобы посмотреть прямо ему в глаза, — Хэй-ли. Слышал? Хэйли!

— Да, только оно даже не настоящее, — парень дёрнул плечами, — полотенца в левом шкафчике, в ванной.

И снова развернувшись, он продолжил подниматься по лестнице, а затем скрылся за раздвижными матовыми дверями спальни.

Даже не настоящее…

Хэйли

Тёплая вода струилась по моим волосам, лицу, плечам, стремительно обволакивая моё тело.

Говорят, вода обладает особой способностью успокаивать.

Сейчас меня это, чёрт возьми, не успокаивает!

Боже… Я так зла! Меня всю трясёт и раздирает от ярости! Каждую мышцу ломит от чувства неудовлетворённости ситуацией. Он насмехался надо мной! Говорил, что хотел, а потом уходил на своих длиннющих ногах. А я, как маленькая собачонка, семенила за ним, пыталась рычать, а с высоты его эго, просто тявкала.

Я сползла на кафельный пол. Поджав колени к груди, подставила лицо струям воды и зажмурилась.

Чуть больше восемнадцати часов, а мне уже нужна передышка. Нужен укромный уголок, где я могу просто немного побыть наедине с собой, чтобы никто не следил за мной из-под густых тёмных бровей и не использовал любую возможность, чтобы уколоть меня.

Я могла бы весь день провести здесь. Но это будет глупо. Это будет означать, что я струсила, а он победил. Да и тем более, что здесь делать? Пялиться на сияющий белизной унитаз? Считать крошечные кубики в кафельной плитке? В конце концов, сидеть в дискомфорте, на полу. Я не сделала ничего, чтобы быть ущемлённой. Так что с чего бы мне прятаться здесь? Я просто должна придумать, как отвлечься.

Оттолкнувшись от стены, я поднялась на ноги. Ещё раз намочив волосы, повернулась к полке с бутыльками.

Не густо.

На одном было написано «Гель для душа», на другом «Шампунь 2в1». Взяв второй бутылёк, открыла крышку и принюхалась. Терпкий мужской аромат с лёгким ментоловым оттенком наполнил ноздри. Приятный. И будоражащий.

В голове мелькнула едва неуловимая картинка, и я замерла, уставившись в стену перед собой. Снова принюхалась. Но картинка, мелькнувшая в моём сознании, быстро растворилась.

Знаете, бывает такое: ты чувствуешь запах и понимаешь, что он знаком, но не помнишь откуда. И так сильно начинаешь на этом концентрироваться, пытаясь понять, когда, при каких обстоятельствах ты его чувствовала ранее, что сознание будто включает защитный рефлекс.

— Нет-нет-нет-нет…, — я снова шумно втянула носом воздух, практически уткнувшись им в бутылёк.

Упустила.

Я зажмурила глаза.

Знакомо. Очень знакомо.

Хотя… Господи, вот же глупая! Ты с этим запахом уже больше двенадцати часов на одной территории.

Я перевернула бутылёк и выдавила содержимое на ладонь.

— Уж извините, мистер Заносчивая задница, но раз уж вы поселили меня здесь, придётся делиться.

Хотя я отклонила футболку, которую он мне предложил.

Отклонила, потому что вывел из себя.

— Ты неважно выглядишь… Тебе нужно принять душ… — я покривлялась, передразнивая его, и нанесла шампунь на волосы. Массажными движениями втирая пенящееся средство в кожу головы, я чуть не замурлыкала от ощущения расслабленности. По моему телу пробежали мурашки.

Закончив принимать душ, я вышла из-за стеклянной перегородки, открыла дверцы шкафа и достала пару полотенец. Вытершись и обмотав волосы, открыла рюкзак.

Мда… Плохо я подготовилась к побегу. Тушь для ресниц… Кому она нужна, когда тебя не видит никто, кроме пары наглых глаз? Лучше бы запаслась сменным бельём.

Когда вчера унеслась из школы, я даже не подумала, что нужно захватить побольше вещей из шкафчика. Всё, что у меня было с собой, — зубная щётка, средство для умывания, куча проводов от зарядных устройств, которыми теперь и заряжать-то нечего, одни сменные трусы, пижама и форма чирлидерши.

Просто восхитительный набор!

Мне нечего надеть. В джинсах я уже схожу с ума, но ходить в пижаме будет некомфортно. Единственный вариант — рашгард, шорты и юбка. Вот он поглумится надо мной.

Я вздохнула.

Плевать. Пускай глумится! Это лучше, чем надеть ту футболку, которую он мне «любезно одолжил». К этому я уже начинаю привыкать.

Взяв средство для снятия макияжа, я подошла к зеркалу и протёрла его ладонью. Моё лицо было бледнее, чем обычно, от чего я казалась уставшей. Хотя, почему казалась? Так оно и было. Последние полтора суток были похожи на бред сумасшедшего, странный сон. Я была выжата.

Почему всё это происходит со мной? Этому должна быть какая-то причина. Какое-то объяснение!

Я… И Маркус… Мы знать друг друга не знаем. Он верно подметил: не было никаких шансов, что мы когда-то пересекались. Разный возраст. Разные школы. Разные города. И мы считали себя теми, кем не являемся на самом деле. Как такое возможно? Временное помутнение разума? Тогда почему нас только двое? Есть ли ещё такие же как мы? А если и есть, какова вероятность, что мы их встретим? Какова была вероятность, что мы встретимся? Если бы я не сбежала от матери, если бы не приехала в Бостон на ночь глядя, если бы Маркус не оказался в том переулке, мы бы никогда не пересеклись.

Те двое. Вчера. Они следили за мной. Почему? Они охотились? Или контролировали? С какой целью гнались за мной?

За Маркусом они тоже следили.

Быстро смыв макияж, я промокнула лицо полотенцем и натянула на себя форму, не забыв о гольфах. Не знаю почему, но когда я была босой, мне казалось, будто я голая.

Сложив все свои вещи в рюкзак, я вышла из ванной. На первом этаже было тихо. Откуда-то сверху доносились едва различимые задорные крики, приглушённая музыка, сменяющаяся чуть ли не каждые несколько секунд.

Я подошла к лестнице и прислушалась.

— Она сделает это? — женский поражённый вздох послышался сверху.

Я подошла ближе, глядя на проём в стене кабинета.

— Думаешь, не получится? — другой женский голос прозвучал с вызовом.

Секунды тишины. Одна. Две. Три. И раздался оглушительный вопль множества голосов. Визги. Ликование. Восторг.

Мне стало ужасно интересно, что происходит наверху, и, поддавшись любопытству, я молниеносно взлетела по ступенькам и ворвалась в кабинет.

Маркус сидел за столом, откинувшись на спинку кресла и глядя в монитор компьютера. Как только я оказалась на пороге, он крутанулся, перевёл взгляд на меня и вскинул бровь. Лёгкая улыбка коснулась его губ.