— Есть вероятность, что находящийся в здании колдун может уйти в сверток.

— А почему не установить пикеты в точках переходов? — деловито поинтересовался Гамлет.

— В этом случае спецоперация перекинется на многолюдные улицы. Этого необходимо избежать.

— Хотите устроить засаду непосредственно в этом, как его… в свертке? — догадался Селин.

— Именно! — подтвердил куратор. — Сколько это займет времени, неизвестно, поэтому мы решили привлечь к операции людей, привычных к магическому излучению.

— Какова численность горожан? — нахмурился Филипп.

— По предварительной информации преступная группировка состоит из десяти — пятнадцати человек, но сбежать в полном составе они не успеют. — И Шептало вновь указал на экран. — Бросок штурмовой группы до здания займет считаные секунды, а дальше, сами посмотрите, от входа до лестницы рукой подать. Они даже предпринять ничего не успеют.

— Просто подождать в засаде? — задумчиво пробормотал Гамлет и повернулся к Городовскому: — Что скажешь?

— Нормально.

— Небольшое уточнение! — поднял я руку. — Взять с собой в сверток смогу только троих. А то надорвусь.

— Сходишь два раза, — предложил Владимир Николаевич.

— Да нет, — покачал головой Филипп. — Будет лучше, если кто-то из нас с этой стороны останется. Во избежание дружеского огня и прочей ерунды…

— И еще один важный момент! — повысил голос Шептало. — Вероятно, там находится один чрезвычайно талантливый выпускник Гимназии…

— Только не говорите, что придется брать его живым, — пробурчал я.

— Нет, — несколько даже удивил меня таким ответом куратор. — При первой же возможности его следует ликвидировать. В Гимназии он специализировался на теории межпространственных переходов, и создание барьеров для распространения магической энергии точно его рук дело. Увидите — убейте, пытаться захватить живым слишком опасно. Да и доверять ему мы в любом случае не сможем. — Владимир Николаевич выложил на проектор листок, и на экране появилась размытая и нечеткая фотография молодого парня лет двадцати пяти. — Вероятно, сейчас он выглядит именно так.

— Вероятно? — удивился Гамлет.

— Для побега из Форта он сделал пластическую операцию. И это все, что нам удалось извлечь из памяти хирурга — когда разобрались в случившемся, тот был уже несколько дней как мертв.

— Погодите! — прищелкнул вдруг пальцами Городовский. — Колдуна оперировал Прокопенко из "Аполлона и Афродиты"? Февраль или март две тысячи седьмого?

— Он, — подтвердил Шептало.

— А что такое? — заинтересовался я.

— Мы как раз тогда заведение выкупили! — пояснил Денис. — Теперь там спа-салон.

— Не отвлекайтесь! — попросил куратор и выложил на проектор новую фотографию. — Второй интересующий нас персонаж — некто Жуков, кондуктор. Сможете захватить живым, хорошо. Нет — убейте. Только не дайте уйти.

— Ясно, — кивнул Селин и откинулся на спинку кресла. — Еще какие пожелания будут?

— У меня все, — объявил Шептало и сошел с кафедры. — Лед?

— В общем, предупреждаю сразу: эти ребята — профессионалы. Скорее всего, из егерей. Зевнем, они нам наваляют.

— Да мы тоже вроде не колода карт, — фыркнул Денис. — Или, Скользкий, ты уже не такой скользкий как раньше? Заплыл жирком?

— Просто предупредил.

— Мы тебя услышали, — веско произнес Городовский.

— Что с оружием? — обернулся я тогда к Шептало.

— Мы со своим. — Гамлет ткнул ботинком лязгнувшую металлом сумку. — На тебя тоже взяли.

— Остальное снаряжение? — уточнил я.

— Получишь на месте, — пообещал куратор.

— Когда выступаем?

— Операция начнется в одиннадцать. Чем раньше перекроете сверток, тем лучше.

— Тогда выдвигаемся?

— Да.

Из транспортного цеха мы выехали на двух фургонах. Забравшись внутрь, парни сразу принялись избавляться от своих теплых курток и шапок, пришлось их остановить.

— Вы особо не разнагишайтесь. В свертке, скорее всего, снег лежать будет, — предупредил я.

— А можно это как-то заранее узнать? — проворчал Селин.

— Нет.

— Вот зашибись!

— Не ворчи, — попросил его Гамлет. — Помечтай пока лучше, как заначку потратишь. Жене ведь о подработке не скажешь?

— Чтоб она мне все мозги вынесла? — фыркнул Денис. — Ей же не объяснишь, что от некоторых предложений не отказываются, и вовсе не в деньгах дело!

— Так оставайся сверток караулить, — предложил я.

— Нет, останется Борис, — возразил Датчанин. — У нас каждый своим делом занимается.

Тут автомобиль замедлил ход и остановился; я немного сдвинул дверь вбок, выглянул наружу и спросил у куратора:

— Не проще было со стороны подстанции "Скорой помощи" подъехать? Здесь топать и топать.

— Зона энергетических аномалий занимает весь сквер, — объявил Владимир Николаевич. — Где именно расположена точка перехода, неизвестно.

— Наверняка она где-то на периметре, — предположил я. — Ладно, сейчас пройдусь, и видно будет.

— Давай в темпе, — поторопил меня Шептало. — И рацию возьми. Машина поблизости будет.

— Хорошо. — Я сунул динамик в левое ухо, основной блок убрал в нагрудный карман камуфляжной куртки и натянул на голову форменное кепи. Выпрыгнул наружу, начал закрывать фургон, но сразу почувствовал непонятное сопротивление.

— Погоди, — попросил Гамлет, — дай хоть одним глазком посмотреть. Интересно же…

— Город как город, — фыркнул Селин. — Было бы на что смотреть!

— Не подеритесь только, — усмехнулся я и перешел через проспект.

Остановился на краю зажатого улицами сквера и вскоре ощутил, как струится от сгустившихся под деревьями теней холодок магической энергии. Сверток — там, но как в него проникнуть, непонятно. Как и в случае с логовом оборотней, с ходу почувствовать точки соприкосновения аномалии с реальностью не получилось.

Передернув плечами, я зашагал по пешеходной дорожке, оглянулся на кативший в крайнем правом ряду фургон и решил опробовать рацию.

— Проверка связи, — произнес и отпустил клавишу.

— Слышу тебя, — после секундной заминки отозвался куратор.

Я поспешил дальше, прошел мимо выстроенного на месте общественного туалета ночного клуба и кирпично-красного храма Александра Невского и уже на подходе к баскетбольным площадкам уловил некую неправильность. А когда, ломая над этой странностью голову, добрался до громады Дворца Молодежи, вдруг сообразил, что магическое поле здесь искривлено и натянуто.

С чего бы это?

Ехавший за мной фургон вдруг мигнул аварийкой и ускорился, я в недоумении огляделся и только тогда приметил спрятавшийся за деревьями особняк, занятый горожанами. А как увидел его, сразу понял, что центр искажений находится именно там. Такое впечатление — кто-то взял да и перетянул к дому располагавшийся где-то поблизости вход в сверток.

Ну ничего себе! Лихо.

Сразу после подстанции "Скорой помощи" присутствие свертка ослабло; огибая сквер, я свернул на одну улочку, потом на другую, но хоть граница и была всегда где-то рядом, вторую точку перехода почувствовать так и не удалось.

До проспекта идти всего ничего, вот-вот круг замкну, а результат нулевой.

"Дурацкое положение", — подумал я и, как ни удивительно, вскоре оказался в положении еще более дурацком.

Забор сквера вдруг вильнул в сторону проезжей части, и пешеходная дорожка уперлась в каменные блоки. Похоже, когда за счет газонов еще одну полосу движения прирезали, на такую мелочь никто просто внимания не обратил.

Ограда высоченная, по дороге автомобили так и снуют. Засада!

Выгадав момент, когда перед светофором выстроится длинная вереница машин, я прямо по проезжей части перебежал на замощенную тротуарной плиткой площадку перед памятником Пионерам-Героям и задумчиво огляделся по сторонам.

Что за ерунда? Где второй выход из свертка?! Это ведь не "пузырь"! Точно не "пузырь"!

— Как сходил? — раздался в наушнике голос куратора.