— Эй! — кричу я. — Напади на кого-нибудь своего размера!

— Я прекрасно справляюсь, — цедит Марджори, пятясь от зверя.

Его разинутая пасть с бритвенно-острыми зубами заставляет меня содрогнуться, но я добираюсь до неё.

— Уверена?

— «Напади на кого-нибудь своего размера»? У кого-то завышенное самомнение.

Прежде чем я успеваю ответить, второй волк издаёт завывание — печальный звук, — и я смотрю направо. Тот, которого я ранил, совершенно неподвижен. В груди шевелится печаль от бессмысленной смерти такого великолепного существа, но либо он, либо я.

— Отличная работа, Тайрен. Кажется, ты только всё усугубил, — ворчит Марджори.

— Я убрал одного из трёх, — фыркаю я.

— Но теперь их не утихомирить.

— Они и без того не звучали утихомиренно, когда я услышал твои крики.

— И что теперь, принц? Думаешь, сможешь одолеть остальных, теперь когда они знают, на что ты способен?

Второй волк угрожающе крадётся к нам, выглядя так, будто очень хочет разорвать нас на части. Мы встаём спиной к спине, чтобы держать обоих зверей в поле зрения.

— Сможешь бежать?

— С ногами всё в порядке.

Мой волк в нескольких футах от меня, и я возношу молитву любому богу, кто услышит, о небольшой помощи. Эта проклятая тварь почти такого же размера, как мой конь.

— Джори, прошу, когда я скажу бежать, ты бежишь как чёрт и не оборачиваешься.

Зверь замирает, издавая очередной леденящий душу вой. Чёрт. Он зовёт подмогу? Я рискую быстро взглянуть через плечо на волка Джори, и тот щёлкает зубами, перекусывая её палку пополам. Джори напрягается за моей спиной, и свободной рукой я разворачиваюсь и толкаю её.

— Беги!

Её зверь прыгает на меня, и я падаю на землю. С рывком я взмахиваю мечом вверх и вспарываю ему живот, его внутренности вываливаются на меня кровавой кучей. Боги, как же это воняет. Меня чуть не выворачивает, но я просчитался. Огромный зверь падает прямо на меня, его тяжёлая туша придавливает меня от груди до ног.

Вой последнего волка пронзает меня страхом. Что, если Джори не успеет убежать? Но она быстрая. Она наверняка знает этот лес как свои пять пальцев после стольких лет жизни здесь. Огромные лапы появляются в поле зрения, и он смотрит на меня со злобой в своих тёмных, бездонных глазах. Мой меч застрял в волке сверху. Я совершенно беспомощен. Тусклый свет от брошенного факела едва освещает поляну. Удивительно, что он не погас. Пожалуй, есть и худшие способы умереть.

— Это ничего личного, — говорю я, кивая зверю. — Я не мог позволить тебе съесть мою ведьму.

Волк наклоняет голову, снова скаля на меня зубы. Слюна капает из его чудовищной пасти, и я морщусь. Я ошибался. Это ужасный, ёбаный способ умереть.

Я закрываю глаза, ожидая, когда он вцепится в меня, но раздаётся отвратительный хлюпающий звук, за которым следует резкий скулёж. Что за…

Волк падает, из его глаза торчит большая палка.

— Джори? — выдыхаю я. — Я же сказал тебе бежать!

— Вот так ты благодаришь меня за спасение своей жизни? — язвит она, появляясь в поле зрения.

Облегчение заливает меня, и я выдыхаю дрожащим вздохом.

— Ты богиня. Спасибо.

Она замирает, затем качает головой.

— Я не могла позволить тебе забрать всю славу, правда?

— Ты бросила эту ветку как копьё? — спрашиваю я.

Она пожимает плечами.

— Может быть.

— Чёрт, женщина.

— Можешь выбраться? — спрашивает она, игнорируя комплимент, и толкает огромного зверя, придавившего меня.

— Придётся немного повозиться, — говорю я, пытаясь сдвинуть тушу и найти упор ногами, но едва могу пошевелиться.

— Моя рука бесполезна, — жалуется Марджори, разворачиваясь и налегая на волка спиной.

— Не можешь призвать лианы на помощь?

— Если бы могла, — говорит она.

Мне хочется расспросить её, но сейчас не время.

Джори исчезает и возвращается с кучей свободных лиан.

— Я попытаюсь вытащить тебя. Сможешь обвязать это вокруг груди, под мышками?

— Почему бы и нет.

Следуя её инструкциям, Марджори обматывает лианы вокруг дерева и начинает тянуть, упираясь ногами для рычага. Неужели это вообще сработает?

Самодельная верёвка впивается в плоть, причиняя новую боль, но я двигаюсь, дюйм за дюймом. Я продолжаю выворачивать нижнюю часть тела, надеясь выскользнуть.

— Почти всё, Джори. Ты прекрасно справляешься, — кричу я.

Ещё одним мощным рывком, который наверняка оставил порезы в подмышках, мои ноги наконец освобождаются, и я вскрикиваю от облегчения.

Лианы ослабевают, и моя голова падает на землю. Блядь. Больно.

Я смотрю в тёмное небо и с удивлением не вижу ни звёзд, ни света Луны. Странно.

Джори возвращается, заслоняя мой обзор.

— Нам лучше уйти, пока не пришли ещё волки.

Я стону. Я надеялся, что ошибся насчёт того, что волк звал подмогу.

— Если у тебя нет желания умереть, поднимай свою задницу и иди за мной, — говорит Джори смиренным тоном, направляясь затоптать огонь от моего факела.

Поляна погружается в кромешную тьму, и я моргаю, ничего не видя. Я поднимаюсь и ощупываю кровавое месиво в поисках меча, стараясь не вырвать.

Слава богам, мне удаётся вытащить его. Я пытаюсь вытереть его о землю, но в темноте мало что могу сделать.

— Пошли! — говорит Джори. Слабый звук воя вдалеке возобновляет моё чувство срочности.

— Веди, дорогая.

Глава 4

Левая рука пульсирует болью при каждом шаге. Я чуть не потеряла сознание, вытаскивая Тайрена из-под волка, кровопотеря делает меня слабее с каждой секундой. Я выживу, но…

Тайрен притягивает меня к себе, осторожно обходя мою руку.

— Похоже, тебе не помешала бы помощь, — бормочет он мне в макушку. — Мы близко, или нам стоит остановиться, чтобы я осмотрел твою руку?

Слёзы жгут глаза, но я не знаю, от заботы в его голосе или от боли в ране… Должно быть, от раны.

— Мы почти пришли.

Я позволяю Тайрену поддерживать меня, пока мы наконец не добираемся до пещеры, которая была моим домом последние сто лун. Отстранившись от него, я раздвигаю завесу из лиан и плюща, маскирующую вход, и ныряю внутрь. Это не самый мой умный поступок — впускать его в моё убежище. Я не могу позволить ему подобраться слишком близко, опустить стены. Он не должен разрушить проклятие сна.

Но ты была бы свободна… Ты ничего ему не должна, ничего не должна этому миру.

Я отгоняю навязчивую мысль.

Здесь не так уж плохо. Очаг вспыхивает, заливая пещеру тёплым уютным светом.

— Весьма уютное у тебя местечко, — говорит Тайрен, но в его голосе нет насмешки, как я ожидала.

Я пытаюсь увидеть это его глазами: стены, увитые лианами, и вспышки цвета от крошечных цветов. Сушёные травы свисают с потолка пещеры, пересекая пространство, словно гирлянды. Здесь нет мебели, только постель из упругих веток, покрытая мягким зелёным мхом. Маленький ручей протекает в глубине пещеры, давая свежую воду для питья и купания.

— У меня было достаточно времени, чтобы обустроиться.

— Здесь красиво.

Я направляюсь к ручью — нужно промыть рану, пока не началось заражение. Способность к быстрому исцелению, которой я когда-то хвасталась, исчезла, даже здесь. Ещё одно последствие утраты божественности. Моё тело будет заживать, но медленно и мучительно, как у любой смертной. Я начинаю думать, что боги наслаждаются моими страданиями.

Я зажмуриваюсь, вспоминая ту ночь сто лун назад.

Вспышка света, и я останавливаюсь как вкопанная, перехватив дыхание.

— Боже, В, что ты здесь делаешь?

Веритиус, прекрасный бог истины, скрещивает мускулистые руки, его смуглая кожа блестит в свете Луны.

— О чём, во имя всех богов, ты думала, Гал…

— Здесь меня знают как Марджори. — Я оглядываюсь через плечо, но мы, кажется, одни, королевская дорога пустынна.